Эфир. Сборник (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Эфир

Он ненавидел этот город, который только по стечению обстоятельств, чьему-то упущению в географии, считался таковым. Распластанный на двух холмах частным сектором, вечно пыльный, всегда нищий населённый пункт, потерянный в топографии огромной страны.

Детство – лучшее время жизни. Даже самый грязный забулдыга вспомнит какую-нибудь байку и мечтательно закатит глаза. Бездомному псу в липкую грязь вспомнится пора беззаботного щенячества.

Юра не помнил ничего. Или мечтал не помнить.

Только вечная пыль на белых подоконниках, запах прелых листьев среди зимы и шлепки перезревших абрикосов на улицах.

Он должен был уехать сразу после похорон матери, но остался. Гулкие всхлипывания тёток, причитания плакальщиц и яркие пятна тыкв – всё, что он запомнил. И воздух. Целлофановый воздух. Шуршащий.

Он приезжал редко, мог бы чаще, мог. Но не чувствовал угрызений совести. Мать доживала одна. Звонил. Отсылал деньги. Исполнял долг. Не более.

А ведь она его любила. Должна была любить.

Он мало помнил себя, лет до семи не помнил вовсе. Память проявила милость. Потом урывками.

Пыль. Крики. Запах чего-то терпкого, вызывающего рвотные позывы, позже узнал – перегар.

Родного отца Юра не помнил, даже не знал о нём ничего, был ли он? Конечно, был, дети в утробе женщины самопроизвольно не появляются, но мать ничего не говорила о нём, а Юра не спрашивал. Не до сантиментов.

Отчим появился лет в пять, может, позже, перед первым классом – точно.

Первое сентября, мятый букет хризантем и новенький скрипучий ранец Юра запомнил хорошо. Как и ботинки, которые блестели у крыльца с облезлой краской, но к тому времени, как оказались в толпе у школы, были покрыты слоем пыли.

Он ненавидел пыль.

Мать работала медицинской сестрой, ему кажется, работала она всегда. В две смены. В три. Он помнил урывками – стопки выглаженного белья, пара бутербродов утром и стакан молока на тумбочке рядом с его кроватью, мимолётные поглаживания по мальчишеской макушке. Тогда он замирал. Не знал, что делать.

Как увернуться от кулака – знал. Долг в соседнем магазине за водку и карамельки – знал. Знал, что два раза в месяц мать исправно оплатит долг. Как реагировать на нечаянную ласку – не знал. Замирал.

В девятом классе он не замирал, отпрыгивал, как от укуса осы. Его тошнило.

Стены в доме были слишком тонкие, дощатые, покрытые старыми бумажными обоями, которые кое-где шевелились даже от звуков. От скрипа старой кровати под пьяным телом отчима. Юра знал достаточно, чтобы давиться своей тошнотой и непониманием.

Запах перегара, немытое тело и скрип, от которого хотелось выть.

Терпела ли она? Хотела?

Он так и не узнал. Уехал в область.

ПТУ. Общежитие. Рвота до желчи от первой рюмки какого-то пойла. Девица, выкрашенная так, что в темноте казалось – на месте глазниц сквозные дыры. Скрип кровати.

От армии не пришлось косить. Недобор веса.

Работал по специальности. Автомеханик. Хорошая специальность. Сытная. Разбитная.

Времена гаражных мастерских, стихийно переименовывающихся в «автосервис» и СТО.

Его «золотые» руки были нарасхват, оказалось, не только руки. Жёны  состоятельных клиентов не брезговали молодым механиком, он не брезговал ими. Любой.

Наплыв старых иномарок в страну гарантировал доход и стабильность. Работу в любое время суток.

Первую жену он увидел случайно. Знал, что у хозяина автосервиса есть дочь, но не встречал. Зато часто слышал. От её матери. Та была повёрнута на своём ребёнке и говорила о дочери даже в перерывах между сексом.

У дочери такой привычки не было. Она заедала секс мятными конфетами и копну рыжих волос забирала в высокий хвост.

Свадьба была громкой, блудливые глаза тёщи пьяно сверкали. Мать не приехала. Прислала телеграмму. Он был рад.