Ничья: читать начало книги онлайн

Риг посмотрел на товарища иначе – вот уж не думал, что добряк африканец способен кого-то убить сексом. Он ведь и муху не сразу прихлопнет – подумает, прикинет, действительно ли заслуживает. Заза смешно развел руками.

– Силы-то много, а мозг не работал. Вот и приходилось временно сублимировать. Это потом мы с тобой отрывались.

Риг приподнялся, вскочил на ноги.

– Когда состоится знаменательная сходка? Русских, китайцев, французов увидим?

– У Огненного в поместье, здесь, неподалеку. Все через пару деньков появятся. Естественно, прибудут и красавцы аристократы. Куда же без их прогнивших сиятельств. Без них даже солнце над Землей не встанет. Вначале испросит высочайшего разрешения.

Заза почти беззлобно оскалился, сверкнув черными, как куски гематита, глазами. Нет, не забыл он годы рабства, не стерлись из памяти унижения, оскорбления, издевательства. Но отпустил и постарался простить. Вот еще один лельхай, которого Риг уважал искренне, а не демонстрировал картонную лояльность, как и положено, к равным существам собственной расы. Заза был очень сильным духом древним. Достаточно сильным, чтобы, обретя могущество – и физическое, и политическое, – заняв место среди самых влиятельных проклятых, не мстить ни потомкам рабовладельцев, ни тем из них, что стали лельхаями.

– Значит, снова собрание двадцати пяти? Я уж думал, что больше не увижу подобных. Забавное и опасное мероприятие. Учитывая, какие мы все разные, как из разных миров прибыли.

Риг усмехнулся.

Когда-то двадцать пять самых известных древних лельхаев суматошно наводили порядок в мире проклятых. Ттахи только-только заявили о своем существовании и походя так, даже не показываясь на глаза, сообщили людям о существовании проклятых. Лельхаев, которых наделили своей магией, что так или иначе нуждались в человеческой крови. Началась охота на ведьм. Смертные – они везде смертные. Чуть что – паника, малейшая неизвестность – поиски смертельных врагов. Лельхаи убивали, что правда, то правда. Их жертвы списывались как пропавшие без вести или погибшие из-за встречи с диким животным. Благо люди не успели истребить хищников.

Но убивали проклятые редко, и в основном молодые. Не все, как Заза, понимали – что такое боль. Настоящая, нечеловеческая, когда хочется умереть, только бы все прекратилось. Некоторые новопревращенные не считали нужным сдерживаться. Упивались силой, мощью, поддавались инстинктам, которые в таком случае превращали почти в безумца. Даже не в зверя – нет, тот убивает лишь по необходимости. Если защищается или очень голоден. Молодые лельхаи – совершенно другое дело. Они теряли самообладание и переставали осознавать, что творят. И если не умели держать себя в руках до момента становления, как называли его проклятые, умудрялись начудить немало. Поубивать десятки людей, изнасиловать множество женщин, отомстить обидчикам в смертной жизни. Оставляли длинные кровавые следы и безутешных родственников, чье горе уже не способны понять, ибо мыслят иначе.

Когда ттахи открыли существование проклятых, люди начали масштабную охоту. И часто убивали даже сородичей, ведомые ужасом, паникой и малейшим подозрением.

Тогда-то и собрались двадцать пять самых древних проклятых. Каждому на тот момент стукнуло не меньше восьми столетий. Рубеж, который практически равнял лельхаев с ттахами. Они почти не нуждались в крови смертных, лишь если сильно растрачивали магию. Довольствовались лишь ничтожными каплями. Почти не получали ожогов на солнце, а силой и скоростью давали фору машинам смертных.

Вместе они пришли к человеческому правительству, чтобы договориться о «совместном проживании». Пообещали самостоятельно наказывать особо провинившихся. Тех, на чьем счету значились многие жертвы. И навести порядок среди проклятых. Так началась эра государства лельхаев. Образовался совет, в который вошел и Риг. Заза и Огненный, конечно же, тоже.

Вначале пришлось организовать целые отделы полиции проклятых. А фактически – карательные отряды, что ловили нарушителей и убивали по-своему: быстро и жестоко. Вскоре желающих спорить с древними поубавилось. Еще иногда их подкарауливали. Где-нибудь подальше от человеческих поселений. На пригородных трассах, в лесу, в поле. Являлись сотнями и пытались убить. Но что такое сотня полусмертных, как раньше презрительно именовали молодых лельхаев, по сравнению с одним древним? Это же как битва малышни из песочницы с мужчиной лет двадцати, к тому же неплохо физически развитым.

После того как молодые проклятые сотнями погибали на подобных ристалищах, желающих связываться с «четвертью вековых» – так прозвали двадцать пять древних – уже почти не оставалось.

И постепенно лельхаи навели порядок. Государства как такового у них по-прежнему не существовало. Двадцать пять входили в советы земного государства и в городские советы каждого города. Но особенно в политике они не участвовали. Следили за своими, чтобы те не буйствовали, по крайней мере – не среди хрупких смертных, и развивали доходные бизнесы. Почти каждый из них стал миллионером. Маленьким царьком в своей области.

Заза вот открыл сеть клубов для фитнесса. Удивительно, но факт. И преуспел на одних лишь своих фотографиях, которые красовались на всех постерах.

И кто бы подумал, что эти бугры мускулов, которые в поте лица пытались накачать смертные, африканец приобрел на плантации, под палящим солнцем тогдашней Бразилии, сутками обходясь без воды и еды? Какие там протеиновые коктейли? Какие гантели, гири, тренажеры? Тяжелый физический труд с утра до ночи и ублажение хозяйки с ночи до утра…

Английские и французские древние так вообще даже думать не пожелали – открыли свои родовые замки и владения как музеи, а сами переселились в современные коттеджи. Купоны стригли, как выражаются русские, только так, и горя не знали.

Глава 6

Елена

Мы с Мариной переместились в спальню для взрослых. Здесь интерьер тоже не разочаровывал. Шкаф из розового дерева, теплый паркет из того же материала, в виде зигзагов и елочек. Кровать – как четыре двуспальных, две тумбочки, небольшой столик, на случай если захочется перекусить в узкой компании, четыре стула с высокими спинками и мягкими бархатистыми сиденьями. Поодаль от кровати на стене поднималось от пола к потолку прямоугольное зеркало в ажурной раме.

Я думала, мы с няней разместимся на кровати, аккуратно застеленной покрывалом, похожим на гобелен с оленями и зелеными лугами. Но Марина предложила сесть за стол.

Некоторое время мы обсуждали все на свете. Как питаются лельхаи, какие из них чувствительны к солнцу, каковы дети проклятых от особенных. Эта тема очень заинтересовала меня. Не из-за Рига, нет, скорее из любопытства. Выяснилось, что дети проклятых от особенных женщин берут все лучшее от обеих рас. Лельхаи ли папа с мамой или один из них человек, отпрыски, как и смертные, любят солнечные ванны, но быстрые и сильные, как проклятые. Только магии в их крови ничтожно мало. Поэтому провернуть фокус с перемещением, как сделал Риг для Захара, у такого полукровки, увы, не получится. Здесь уже все дело в крови ттахов. Чем меньше ее течет в существе, тем меньше у него магических способностей.

За разговором мы с Мариной познакомились получше. Она рассказала, что работала у Феликса, давнего приятеля Шелли с Малистой. Нянчила усыновленных лельхаем двойняшек. Проклятый женился на особенной, смертной, но та не смогла выносить ребенка, и пара удочерила двухлетних девочек.

До Феликса Марина работала у Летиссии – нянчила сына лельхайки с Тахиром, древним проклятым родом из Грузии. Малиста проверила все рекомендации, и Марина предложила мне их тоже предоставить. Кажется, она была очень опытной. Вот только у меня что-то не складывалось. На вид я дала бы няне лет тридцать пять. Но слушая о ее послужном списке, чудилось – Марина работала с колыбели. Пока мне не открыли еще одну новость. Марина между делом спокойно сообщила, что дважды пользовалась сывороткой лельхаев. И проживет теперь лет до ста пятидесяти. Надеется завести собственных детишек, но еще не нашла подходящего мужчину.

– А вы бы хотели стать особенной женщиной? – внезапно спросила я у Марины. Даже не знаю – почему вырвалось. То ли беспокоила собственная судьба, то ли рассказы няни о парах, созданных между проклятыми и особенными женщинами, вызывали у меня жгучий интерес.

Марина собиралась что-то ответить, даже небрежно повела плечом, но резкий выдох у двери остановил нас. Риг Ураган собственной персоной высился в проеме: огромный и взвинченный. Клыки выпущены, глаза сверкают, руки непроизвольно сжались в кулаки. Няня встала и вышла к Захару. Молча, без единого лишнего слова. Прикрыла дверь до щелчка ручки.

Риг постоял в дверном проеме. Я и не замечала – какой же он маленький, узкий до неприличия – Урагану едва хватало свободного места. Лельхай резко приблизился и сел неподалеку. Огромная ладонь древнего проклятого легла практически рядом с моей. Риг изучал, что-то высматривал, словно пытался прочесть мои мысли, и после нескольких минут выпалил:

– Знаешь, что ты моя особенная женщина?