– Вот шагаю в ногу с модой, хочу выглядеть достойно на свадьбе собственной дочери. – Карла попыталась превратить разговор в шутку. – Как думаешь, худоба мне идет?
Изабелла, привыкшая с раннего детства убаюкиваться на пышной маминой груди, окинула взглядом Карлу и с горечью подумала, что худоба сразу же состарила маму на много-много лет.
– Да, мамочка. Она тебе идет. Ты смотришься очень стильно.
– Вот и славно! – ответила Карла, беря дочь под руку, они вместе вошли в дом. – Мне так много нужно тебе сказать. Но вначале передохни немного с дороги.
Никакой усталости Изабелла не испытывала. Напротив! Все те долгие дни, что длился ее вояж в Бразилию, она только и делала, что отдыхала, и сейчас ей не терпелось поговорить с мамой по душам. Но Карла бросила на нее выразительный взгляд, и Изабелла тотчас же поняла, что это не ей, а матери нужна небольшая передышка, чтобы собраться с силами.
– Конечно, мама, – тут же согласилась она. – Мы с тобой сейчас обе немного вздремнем, а потом уже будем разговоры разговаривать. – Изабелла увидела, как просветлело после ее слов лицо Карлы. Остановившись у дверей родительской спальни, она добавила: – У тебя, мамочка, очень усталый вид. Можно я помогу тебе снова лечь в кровать?
– Нет, – достаточно твердым голосом отказалась от услуг дочери Карла. – В спальне меня уже поджидает Габриела. Она поможет мне раздеться и лечь. А с тобой мы увидимся попозже.
Карла кивком головы попрощалась с дочерью, взялась за ручку двери и тут же исчезла в спальне, плотно притворив за собой дверь.
Изабелла бросилась на поиски отца и застала его в рабочем кабинете.
– Паи, скажи мне, пожалуйста, что с мамой? Какая у нее болезнь?
Антонио в очках, которых он до ее отъезда не носил, сидел, погруженный в свои бумаги. Но вот он отложил бумаги в сторону и взглянул на дочь.
– Девочка моя, твоя мать не хотела лишний раз расстраивать тебя, пока ты была далеко от нас. Вот мы тебе ничего и не писали. Месяц тому назад ей сделали операцию, удалили опухоль в груди. Операция прошла успешно, врачи настроены оптимистично и надеются на полное выздоровление. Все случившееся не прошло для Карлы бесследно. Она еще слишком слаба. Но как только у нее восстановятся силы, дело тут же пойдет на поправку.
– Паи, но выглядит она просто ужасно! Пожалуйста, скажи мне правду. Насколько серьезна ее болезнь? Не скрывай от меня ничего.
– Клянусь тебе, Изабелла, я ничего не скрываю. Все, что ей сейчас нужно, это покой и хорошая пища. Но, к сожалению, после операции аппетит у нее стал хуже некуда.
– Ты уверен, что мама поправится?
– Абсолютно уверен.
– Хорошо, что я вернулась домой, сразу же займусь ее выхаживанием.
Как ни странно, но именно то обстоятельство, что мама так серьезно больна и за ней требуется особый уход, сильно помогло Изабелле. Хлопоты вокруг матери отвлекали ее от печальных мыслей о собственных невзгодах. Все последующие дни она целиком и полностью сосредоточилась на матери и всем том, что связано с уходом за ней. Она лично контролировала на кухне, как готовится еда для Карлы. Все блюда должны быть питательными, но легко усвояемыми, чтобы Карла могла не только проглотить пищу, но и переварить ее. По утрам Изабелла часами просиживала у постели матери, стараясь с самым беззаботным видом щебетать о том, что она видела в Европе. Рассказывала Карле о профессоре Ландовски, о своих посещениях лекций в Высшей школе изящных искусств, о замечательном проекте по воздвижению статуи Христа, которым руководит сеньор да Силва Коста.
– Говорят, уже приступили к закладке фундамента на вершине горы Корковадо, – как-то в один из дней заметила Карла. – Хотела бы я подняться туда когда-нибудь и увидеть все своими глазами.
– Обязательно поднимемся! Вместе, – с энтузиазмом подхватила Изабелла, а в глубине души взмолилась, чтобы такая экскурсия стала возможной и чтобы мама окончательно поправилась.
– И пора нам уже начинать думать о твоей свадьбе, – заявила Карла, сказав, что сегодня она чувствует себя гораздо лучше и может даже немного посидеть в кресле на террасе, на которую есть выход прямо из спальни. – Надо многое обсудить.
– Всему, мамочка, свое время. Вот окрепнешь немного, тогда и начнем обсуждать, – непреклонно возразила Изабелла.
Спустя три дня после возвращения Изабеллы домой, когда они все трое ужинали вместе, Антонио, обращаясь к дочери, сказал, что ему только что звонил Густаво.
– Спрашивал, может ли он навестить нас, чтобы встретиться с тобой.
– Пусть мама немножко окрепнет, а уже потом… – робко предложила Изабелла.
– Изабелла, он не видел тебя целых девять месяцев. А потому я пригласил его к себе завтра, после обеда. Габриела посидит с мамой, пока ты будешь беседовать с Густаво. Иначе он может подумать, что ты вообще не желаешь его видеть.
– Хорошо, паи, – послушно согласилась Изабелла.
– Уверен, ты и сама с нетерпением ждешь этой встречи, правда?
– Конечно, паи.
Густаво появился в строго назначенное время. Карла настояла на том, чтобы для встречи с женихом Изабелла нарядилась в одну из своих обновок, привезенных из Парижа.