Потерянный мальчишка. Подлинная история капитана Крюка: читать начало книги онлайн

– И тогда Многоглазы и не подумают, что это мы убили их ребеночка, – добавил я.

– Это были не мы. Это был ты, – напомнил мне Питер.

Питеру нравилось назначать виноватых, особенно если сам он при этом был в стороне.

– Но ты прав: пираты их отвлекли бы, – продолжил он. – Вот только в поля лучше идти мне, потому что тебя Многоглазы не знают.

Такой интерес к благополучию других был для Питера необычным. Я воззрился на него.

– Мне не хотелось бы, чтобы с тобой что-то случилось, Джейми. Ты был первый – и ты по-прежнему мой любимец.

И тут он улыбнулся. Ох, эта его улыбка! Именно эта улыбка утащила меня из Другого Места, из-за этой улыбки я готов был сделать для него все, что угодно.

Мне вдруг стало жаль, что я вырос, пусть даже немного. Мне захотелось снова стать меньше, и чтобы здесь были только мы с Питером – бегали, карабкались, смеялись – когда этот остров был нашим.

Он хлопнул меня по плечу.

– Но ты можешь мне помочь. Я пойду здесь, через траву, пока их не обгоню. А ты прокрадись к ним со спины и убивай всех, кто попытается вернуться в лагерь за подмогой. Лучше пусть остальные пираты никогда не узнают, что случилось. Они решат, что остров сожрал их товарищей.

Улыбка Питера стала шире и злее.

– Как здорово будет скормить капитана Многоглазам! Он стал такой скучный.

Я мог бы напомнить ему, что он мог убить капитана, если уж ему захотелось нового (именно так у нас всегда новые и появлялись), но я не стал. Мне было наплевать, как именно Питер это сделает, лишь бы опасность от пиратов не коснулась мальчишек.

Он встал: ростом он был достаточно невысок, чтобы его голова не высовывалась из высокой желтой травы, хоть рыжая макушка и была чуть видна.

– Возвращайся в пещеру, когда я уведу их в прерию, – сказал он. – Встретимся там.

Мне не хотелось ждать Питера у пещеры. Мне хотелось уйти дальше, вернуться к дереву, убедиться в том, что Щипок не подловил Чарли с Делом. Но Питер велел мне ждать – и я буду ждать, потому что он улыбнулся и заставил меня вспомнить.

Он исчез, как только я кивнул – такой легкий и не привязанный к земле, что трава почти не зашуршала.

Я выждал несколько мгновений, а потом двинулся следом. Я умел ходить тихо – но не так бесшумно, как Питер. Мое появление вспугнуло кролика, который выскочил из травы на тропу. Я был уверен, что мгновением раньше мимо прошел Питер – а зверек его даже не заметил.

Спустя какое-то время я остановился и прислушался. Солнце палило, так что меня потянуло в сон: я ведь не спал уже больше суток.

Кажется, я чуть задремал, пригнувшись в траве и закрыв глаза под жаркими лучами солнца и в окружении чудесных ароматов земли и травы.

И тут раздался голос – обвиняющий голос, похожий на Питера:

– Что ты наделал?

Я подумал, что он снова злится из-за Многоглазов, но это было другое.

Она снова появилась, кем бы ни была эта она: та «она», которая приходила в мои сны каждую ночь. Глаза у нее были пустые и голубые, темные волосы лежали вокруг головы завитками. Рот у нее был открыт, но была и улыбка – улыбка не на том месте, улыбка, которая пролегла у нее под подбородком от уха до уха. В темноте мигнуло серебро, словно быстрая рыбка в ручье, а потом я проснулся, широко распахнув глаза.

Пираты выкрикивали проклятия, и ветер принес ко мне смех Питера. В следующий миг я уже смог проследить за звуками. Они направлялись на запад, в поля – и, судя по этому гвалту, наверняка должны найти Многоглазов.

А еще этот шум сказал мне, что они преследуют Питера. Значит, мне можно расслабиться и идти по дороге, а не пробираться на карачках по траве. Я встал, стряхивая с куртки цеплючие семена травы: я все-таки немного гордился своей курткой, хоть она и была заляпана кровью, грязью и неизвестно чем еще. Я гордился ею, потому что Питер ее захотел и потому что до сих пор не успокоился, что я первый догадался ее забрать.

Я брел по тропе в сторону пещеры, не думая ни о чем в особенности, кроме разве что возможности поспать. Тряская спешка, не дававшая мне покоя с ночи, ушла. Солнце загнало меня в ощущение дремотного спокойствия. Я думал только о том, чтобы добраться до пещеры раньше Питера, чтобы немного поспать.

Из-за того, что я шел медленно и толком не прислушивался, пират чуть ли не натолкнулся на меня, когда я его заметил.

Тропа петляла вдоль предгорий, и на ней было много слепых поворотов и изгибов. Я должен был бы его услышать: он топал по земле тяжелыми сапожищами, какие носили все пираты – и шумно дышал на бегу. Но я его не услышал. Я думал о том, что мне приснилось, и о голосе, и о серебристом ноже.

Я завернул за угол – и он оказался там, всего в нескольких шагах от меня, и мое неожиданное появление заставило его вздрогнуть и отпрыгнуть с испуганным криком.