- Ты не убьёшь… ни его… ни меня, - ответил Оби-Ван, немного отдышавшись. – Ты не посмеешь, потому что тебе это запретили. Граф Дуку, как я полагаю?
Вентресс с размаху ударила его по лицу, так, что её длинные когти распороли ему щёку.
- Заткнись! – заорала она, но тут же овладела собой и продолжила уже спокойнее: - Кстати, о графе Дуку. Знаешь, он многому меня научил. Например, этому. - Она сомкнула вместе большой и указательный пальцы.
От боли Оби-Ван упал на колени, на глазах выступили слёзы. Казалось, что каждый нерв его тела объят пламенем. Но он лишь сжал кулаки, стиснул зубы и молчал, отчаянно призывая Силу.
Вентресс минуту-другую смотрела в искажённое от боли лицо джедая, затем отпустила его.
- Не пытайся меня впечатлить. Я знаю твою силу. Но она же – и твоя слабость. Твоё глупое джедайское упрямство. И ради чего?
- Ради жизни, - ответил Оби-Ван, поднимаясь на ноги. – Не ради ненависти.
Она взревела и вновь стиснула его горло в хватке Силы.
- Да что ты знаешь и о жизни, и о ненависти? – цедила она сквозь зубы. – Кто ты есть? У тебя нет ни семьи, ни жены, ни детей, ни родины… ничего! Всё одно пустое лицемерие! И сам ты – ничто!
Вентресс сжимала ему горло почти до потери сознания, потом отпускала, давала чуть отдышаться и сжимала снова. Он по-прежнему молчал. Вскоре ей это надоело.
- Ну, хватит уже, - сказала она. – Сколько можно держаться за своё глупое упрямство? Неужели в тебе нет ни капли здравого смысла? Неужели тебе совсем не жаль себя?
- Мне жаль… тебя, Вентресс, - проговорил Оби-Ван хриплым от удушья голосом. – Ненависть настолько поглотила тебя, что ты ничего уже не замечаешь – не замечаешь той частицы добра, что по-прежнему живёт в тебе. Наставления твоего учителя… Сама память о нём…
- Не смей мне об этом говорить! – Она вновь собрала Силу, оторвала его от пола и с размаху ударила о каменную стену, а потом ещё раз. И ещё.
- Отвечай – по – существу! – Каждое слово сопровождал удар. Но ответом было лишь глухое эхо под каменным сводом. Удары, наверное, были слышны даже в соседней камере.
- Не смей меня жалеть! Лучше себя пожалей! Ты ничего не знаешь о ненависти! Конечно, ты же у нас весь такой правильный. В голове – полторы мысли, и те не свои. И о боли ты ничего не знаешь… но я тебя с радостью научу. – Она подняла его Силой почти под потолок. – Ну! Отвечай!
Молчание.
Она разжала хватку Силы. Оби-Ван тяжело упал на пол и остался лежать неподвижно. Он не лишился чувств, но был оглушён. Вентресс подошла к нему.
- Тебе мало, что ли? – спросила она. – Мне всё труднее удержаться, чтобы не убить тебя.
- Ты бессильна, - ответил джедай, сплюнув кровью. – Ты можешь искалечить или убить моё тело, но у тебя нет власти ни над моим разумом, ни над моей волей. И это тебя злит.
- Знал бы ты, как! – Она подозвала одного из дроидов. Тот снял с плеча электрошест и замахнулся было, но Вентресс остановила его:
– Дай сюда! – И с силой опустила шест на затылок Оби-Вана.
Он вздрогнул, но промолчал. Вентресс била его снова и снова – между лопаток, в поясницу, по ногам – и с каждым ударом всё сильнее бесилась. Оби-Ван отпускал боль в Силу, прятал в темном, укромном уголке своего сознания, а Вентресс продолжала наносить удары, пока, наконец, боль не вырвалась наружу и не захлестнула его. И тогда он потерял сознание.
Вентресс выдохнула сквозь зубы и выругалась. Опустила руку с электрошестом и подозвала дроидов. По её лысой голове катился пот.
- Приведите его в чувство и верните обратно в поле.
Дроиды повиновались. Пока они снимали с Оби-Вана наручники и заключали его в энергетическое поле, Вентресс продолжила – специально, чтобы он слышал:
- Как закончите, отнесите заключённому в соседней камере еду и воду. А этого, - она кивнула на Оби-Вана, - не кормить и не поить. Может, тогда станет посговорчивее.
Она пристально посмотрела на него. Он не отвечал. Лицо его покрывали синяки, волосы слиплись от пота, на рыжеватой бороде запеклась кровь. Но от него по-прежнему исходило всё то же ощущение спокойной уверенности. И упрямства.
- Не строй из себя героя, Кеноби. Сегодняшнее – это только задаток. Можешь лицемерить и обманывать сам себя сколько угодно – всё равно ты в конце концов сломаешься. Давай, можешь отвечать: «Этого никогда не будет!» Надменный, самовлюблённый глупец!
Он не ответил. Ещё бы, слишком гордый! Вентресс ощутила, как он обратился к Силе, и увеличила напряжение поля.
- Подумай хорошенько! Завтра я вернусь, и тогда ты пожалеешь, что не сдох где-нибудь быстрой смертью! Потому что я тебе быстрой смерти не обещаю!