========== Пролог ==========
Рабастан вновь и вновь просматривал свои воспоминания о встрече с этой девчонкой Грейнджер, и сердце его тревожно сжималось. Гриффиндорка была почти во всем похожа на Джейн Уиллоу. Мужчина судорожно вздохнул. Принципы принципами, но встреча с красивой магглой и их дальнейшие свидания тайком от брата, от всего волшебного мира… это больше походило на сумасшествие, на какое-то помешательство. Не будь он уверен, что у магглов нет любовного напитка, он бы подумал, что Джейн его опоила. Настолько сильно и крепко он попал в ее сети.
Лестрейндж обхватил голову руками. Если о его неожиданном отцовстве узнает Повелитель — ему не жить. Про Беллу и говорить нечего. Впрочем, ни у него, ни у Руди не будет больше детей. Целители вынесли свой приговор, и род Лестрейнджей прервется с их смертью. Наличие у него дочери — спасение для Рода. Брат его простит, а Белле о наличии наследницы вообще знать необязательно. Да, надо рассказать все брату. Род — прежде всего. Служение Повелителю никто не отменял, но если Гермиона Грейнджер его дочь, то у них есть шанс на возрождение.
— Басти, ты в порядке? — спросил брат. — Выглядишь неважно.
— Мне надо с тобой поговорить, — тяжело вздохнув, ответил тот, махнув рукой на ближайшее кресло.
— Что-то случилось?
— Случилось. Не знаю, правда, насколько мои догадки верны, возможно я и ошибаюсь, — Рабастан замолчал, обдумывая, каким образом сообщить брату о возможном наличии у него взрослой дочери-полукровки. — Понимаешь… есть вероятность, что у меня имеется ребенок.
— Что?! Наследник?! Но ведь это же здорово! Басти, наш Род….
— Наследница, Руди. Это девушка, и… ее мать — маггла.
Глаза Рудольфуса расширились от ужаса. Сама мысль, что брат мог спать с…
— Ты…
— Не будем говорить о том, что я нарушил правила, брат, — младший Лестрейндж помотал головой. — Я был молод, а она слишком красива, и я не удержался. Помнишь наш рейд, когда меня ранили? Я скрылся от авроров, и был без сознания. Меня подобрала девушка, подлатала порезы, и я… я не мог ее убить. Она работала в маггловской больнице, точнее, проходила практику. Я уговорил Джейн не вызывать маггловских стражей правопорядка, и она… она спасла меня. Вам я сказал, что мне не сильно досталось, и я прятался, но на самом деле те два дня я провел у нее дома. Она вытащила меня с того света, и я устно это подтвердил.
— Признал долг жизни к маггле, — поморщился Руди.
— Да, убей я ее, и тут же мог лишиться не только магии, но и жизни, — кивнул Рабастан. — Я мог бы ее просто выбросить из головы, но… Мне было восемнадцать, Руди.
— И ты в нее влюбился, — констатировал брат.
— Да, но я вовремя остановился, ну, мне тогда так казалось. Чтобы спасти ее, я… стер воспоминания о себе.
— Значит, твоему ребенку сейчас почти семнадцать.
— Да. Она учится в Хогвартсе и считает себя дочерью магглов.
— Но когда ты ее мог видеть?
— Хм… в Министерстве магии, — лицо Басти побледнело. — Катастрофа в том, Руди, что моя предполагаемая дочь — гриффиндорка и лучшая подруга мальчишки Поттера.
Рудольфус в ужасе уставился на брата, так как подобное означало только одно — Повелитель не пощадит ни одного из них. Его ненависть к магглам была почти осязаема, особенно после возрождения, и хотя воспоминания и магия в теле Повелителя были, с разумом его происходило что-то странное. Темный Лорд после возвращения стал неадекватен. Это признавала даже Белла.
— И что нам теперь делать? — спросил Руди, наливая себе крепкое бренди, и одним махом опустошая его содержимое.
— Не знаю, брат, но Род — прежде всего.
— Никто не должен знать, что Грейнджер — твоя дочь, Басти, — в глазах Руди появилась решимость. — Надо сделать все возможное для ее спасения, но для начала выясни, действительно ли в ней течет кровь Лестрейнджей.
— И как ты предлагаешь мне это провернуть?
— Придумаем что-нибудь. Главное — сохранить девчонке жизнь, — на лице Руди появилась ухмылка. — Ты только подумай, брат, Лестрейндж на Гриффиндоре.
— Это все издержки воспитания, — не моргнув глазом, ответил Рабастан и рассмеялся. С его плеч свалился тяжкий груз, и с братом они сделают все возможное, чтобы уберечь девочку, если она действительно является его дочерью.
Спустя год после победы
— Ты не знаешь, для чего тебя гоблины вызвали к себе в банк? — спросил в который раз Гарри, поднимаясь вместе с ней по ступенькам Гринготса.
— Нет, — девушка пожала плечами. — Честно говоря, меня это заинтриговало.