Над Лесом балансировала луна. Скоро пойдет снег. Гидеон чувствовал его холодное приближение.
И еще что-то.
Он замер, положив руку на стебель плюща, и прислушался.
Что-то необъяснимое проникло в поместье.
Гидеон его чуял. Каждый волосок у него на руках чувствовал это. Вторжение из какого-то темного места. Зловонный запах зверя.
Гидеон нырнул в кусты и низко пригнулся. А потом вдруг услышал вой, оно выло так близко, что юношу бросило в дрожь.
Протяжный жуткий, леденящий кровь вой.
Гнев волка.
Гидеон перевел дух. Захрустели опавшие листья. Из-за деревьев вынырнула чья-то тень. Неподвижный, будто закоченевший на холоде труп, Гидеон увидел, как рядом промелькнул человек. Худой, с жидкими волосами, глаза спрятаны за маленькими очками с синими линзами, в которых, казалось, отражалось все вокруг.
Человек, лишенный плоти.
Человек-призрак, человек-эхо. А следом за ним крался на мягких лапах белый, как бумага, волк.
Надежно укрытый своим даром Ши, Гидеон позволил им пройти мимо. Они исчезли в тени особняка, а после них в ночи осталась черная дыра, вакуум.
Возможно, Джейк поступил разумно, когда решил не открывать окно Убежища.
– Потому что Ши я знаю, – тихо пробормотал Гидеон. – И людей знаю. А вот ты что за существо?
Скворец спорхнул на ветку рядом с Гидеоном, искоса посмотрел на юношу черным глазом и сказал:
– Она интересуется – есть о чем доложить?
Гидеон не изменился в лице, они умели считывать малейшие изменения. И в эту секунду принял решение. Он сбежит от них, пусть даже придется умереть. Она не будет его хозяйкой до конца времен.
– Нет. Докладывать нечего.
Уортон услышал голоса и замер возле зеркала. Выругался, быстро скользнул за часы и присел на корточки за стойкой с рычагами. В ту же секунду Пирс вывел из лабиринта Сару, а сразу за ними появился Венн.
– Волноваться не о чем, – убеждал Венн, обращаясь к девушке. – Мы с Пирсом будем здесь, рядом… если что…
Сара внимательно оглядела лабиринт из грубо сплетенной сети, нагромождение непонятного оборудования, а потом посмотрела на зеркало.
– Все нормально. Я не боюсь.
Неправда, конечно. Ей стало страшно, когда она снова увидела это жуткое устройство и искривленное отражение своего лица в его глубинах. К зеркалу были подведены спутанные провода и подключены мониторы. Сара лучше Венна знала, к каким непоправимым последствиям могут привести попытки использовать это устройство.
– Это оно? – как можно спокойнее спросила девушка.
Венн встал рядом, и теперь зеркало отражало их обоих.
– Да, это оно. Хроноптика. Воплощение невероятного. Идеально плоское и при этом вогнутое зеркало. Его еще в тысяча восемьсот сороковом году приобрел один эксцентричный тип Викторианской эпохи по имени Джон Харкорт Симмс. Он заявил, что это зеркало способно искривлять время. Но все его опыты закончились провалом. Хотя наверняка мы это утверждать не можем. Один из его журналов был утерян, так что последний эксперимент мог дать определенные результаты.
Пирс занялся проверкой оборудования.
– И что с ним случилось? – спросила Сара, глядя на то, как Пирс щелкает переключателями.
Венн пожал плечами:
– Забудь о нем. Мы не станем повторять его глупости. Просто откалибруем устройство. – Венн посмотрел на Пирса: – Браслет?