Шаг за шагом они входили в зиму. От колючего снега, который летел горизонтально земле, слезились глаза. Бешено ревела метель. Они пробирались через мертвый, высотой до плеч папоротник, перелезали через поваленные стволы древних вязов. Снег окрасил в белый цвет их волосы и губы. На них стремительно надвигалась белая стена. Сара сошла с тропинки и подвернула ногу. Вскрикнув, упала в сугроб.
Кто-то хрипло закричал у нее над головой.
На ветке, нахохлившись, сидел огромный скворец. Он наклонил голову и с любопытством смотрел на девушку глазами-бусинками.
Гидеон остановился.
– Он здесь. Ты иди, – прокричал он Саре на ухо. – И не забывай обо мне.
Сара поднялась и, ссутулившись, похромала дальше.
Где аббатство? Ледяной ветер проникал сквозь мокрую одежду. У Сары сбилось дыхание. В какой-то момент она начала сомневаться в том, что идет в правильном направлении. А вдруг Ши даже сейчас способны заманить ее обратно в это странное место, куда проникают углы домов из разных миров?
Утопая по колено в снегу, вышла из леса и оцепенела.
Уинтеркомбское аббатство превратилось в обледеневшие руины на заснеженной пустоши.
Она поняла, что вышла из леса в неправильное время, на столетия позже, чем надо, потому что все скаты крыши, все фронтоны были укрыты толстым слоем снега, а парадная дверь распахнута и заблокирована сугробом.
Все окна – темные, ни одна труба не дымит.
Может быть, они все умерли. Венн, Пирс, Джейк. Может, это ее личная зима – блеклый, лишенный всякой надежды мир Януса.
А потом она увидела пламя свечи, оно было похоже на крохотный блик в черном зрачке. Пламя свечи мерцало в окне Большой галереи, потом начало двигаться, как будто кто-то пронес свечу мимо окна. Там кто-то был.
Сара собралась с духом и начала пробиваться к парадному крыльцу. На заметенных снегом ступеньках отчетливо выделялись следы разной глубины.
Девушка вытерла лицо и глаза, откинула мокрые волосы и пробилась через снежный нанос в холл.
Там было темно. На ступенях – мокрые следы. Сара взялась за покрытые ледяной коркой перила и начала очень осторожно подниматься. На первой площадке остановилась.
Сверху из-под сводчатого потолка доносился тихий скрип и позвякивание. На нее посыпалась пыль. Это раскачивалась люстра, как будто ветер привел ее в движение.
Темно-красные шторы на площадке пошли рябью.
Сара обернулась, но на темной лестнице никого не было. Даже кошек.
Ее охватила паника; забыв об осторожности, она быстро побежала наверх. Надо было найти зеркало. И Венна. Сара ворвалась в галерею и чуть не налетела на репликанта.
Он с ногами сидел на стуле. И был так молод! Юный солдат, волосы в этот раз затянуты в хвост, тонкие губы змеятся в довольной улыбке.
Репликант встал и крепко обнял Сару, увернуться она не успела.
– Как же я рад тебя видеть, – сказал он.
Зеркало поместили в укрепленную зону. Ребекка с Маскелайном по приказу Уортона забаррикадировали дверь самой тяжелой мебелью, а потом вернулись в лабиринт. Уортон держал под прицелом ружья дверной проем. Стеклянный пистолет заткнул за пояс.
Когда Маскелайн спросил его, почему он так поступил, Уортон ответил:
– Потому что я тебе не доверяю.
Ребекка вскинула голову:
– Если это существо проникнет сюда…
– Он пришел за зеркалом. Мы ему не нужны.
Они сели. Говорить было не о чем.