Эйрик послал своего сына Лейфа к норвежскому двору, настолько оживленными были в то время сношения метрополии с ее колониями. Король, обращенный в христианство, решил направить в Исландию духовную миссию, призванную сломить культ Одина. Он приставил к Лейфу несколько священников, которые должны были проповедовать основы христианства гренландцам; но молодой авантюрист, едва вернувшись на родину, предоставил святым отцам самим выпутываться из положения, а сам, узнав об открытии Бьярни новых земель, предпринял путешествие за океан и действительно обнаружил обширную пустынную землю, усеянную огромными валунами. Лейф назвал ее Хеллуланн (Каменистая страна). По-видимому, это был северный берег острова Ньюфаундленд, далее за низким, песчаным берегом стеной поднимался темный лес, оживляемый пением бесчисленных птиц. В третий раз он вышел в море. Отсюда Лейф спустился к югу и через несколько дней вошел в бухту, известную под именем Род-Айленд. Мягкий климат, лесистые берега, реки, полные лососей, так понравились Лейфу, что он, назвав эту землю Маркланн (Лесная страна), построил большой бревенчатый дом Лейфсбудир (жилище Лейфа). Затем он послал своих товарищей на юг исследовать близлежащие земли. Моряки вернулись с хорошей вестью: по берегам рек в лесах оказались густые заросли дикого винограда. Лейф присвоил этой земле название Винланн (Страна вин). Нагрузив свои корабли лесом, виноградом и пушниной, норманны летом 1001 г. вернулись в Гренландию.
Со слов Лейфа известно, что самый короткий день в той стране длится девять часов. Отсюда можно заключить, что Лейфсбудир был построен на северо-восточном берегу Америки, под 41°24'10" северной широты.
Экспедиция Лейфа наделала много шума. С тех пор сына Эйрика стали называть Счастливым. Чудесные рассказы об открытых за океаном странах побудили брата Лейфа, Турвальда, отправиться туда с тринадцатью товарищами (1002 г.). Перезимовав в Лейфсбудире, Турвальд исследовал берега к югу, осенью возвратился в Винланн и в следующем, 1004 г. занялся осмотром берегов к северу от Лейфсбудира. На обратном пути норманны впервые встретили эскимосов и без всякого повода безжалостно их перебили. На следующую ночь после убийства норманны внезапно оказались окруженными бесчисленной флотилией эскимосских «каяков», откуда на них сыпались целые тучи стрел. Предводитель экспедиции Турвальд был смертельно ранен и вскоре умер. Товарищи похоронили его на мысе, названном мысом Креста.
В XVIII в. на берегу залива Массачусетс была открыта каменная могила, в которой оказался скелет человека и железная рукоятка меча. Так как индейцам этот металл не был известен, то скелет не мог принадлежать представителю какого-нибудь индейского племени, равно как и европейцу, высадившемуся здесь позже XV в., — о чем говорит характерная форма железной рукоятки. Археологи утверждают, что это — погребенье скандинава, и не исключена возможность, что найденный скелет — останки Турвальда, сына Эйрика Рыжего.
Весной 1007 г. гренландские колонисты снарядили еще одну экспедицию за океан, которую возглавил отважный викинг Борфинн Карлсефин. Сто шестьдесят норманнов разместились на трех кораблях, захватив с собой несколько десятков голов скота. На этот раз было решено прочно обосноваться на новых землях. Эмигранты обследовали Хеллуланн, Маркланн и Винланн, а затем, высадившись на одном из островов, построили хижины и приступили к обработке земли. Надо полагать, что они утратили чувство меры или были непредусмотрительны, потому что зимой у норманнов кончились съестные припасы и в селении начался голод, что заставило пришельцев снова перебраться на материк. В начале 1008 г. они занялись поисками Лейфсбудира и поселились недалеко от становища Лейфа Счастливого. Здесь норманны вступили в сношения с туземцами, вероятно эскимосами, которых они называли «скрелингами»[166]. Некоторое время скандинавы торговали с эскимосами, но потом мирные отношения между ними испортились, так как туземцы соглашались отдавать меха только в обмен на железные топоры и секиры. Частые столкновения с местным населением вынудили норманнов вернуться в Гренландию после трехлетнего пребывания в далекой стране, где они не оставили после себя никаких сколько-нибудь заметных следов.
Нет возможности перечислить все норманнские экспедиции, следовавшие одна за другой на огромных пространствах — от Гренландии до Лабрадора и нынешних Соединенных Штатов. (Тем из наших читателей, которые пожелали бы более подробно ознакомиться с плаваниями норманнов, рекомендуем обратиться к специальным работам, посвященным этому вопросу, а также к текстам исландских саг и прежде всего к «Саге об Эйрике Рыжем»[167].)*
В том же, 983 г., когда Эйрик Рыжий высадился в Гренландии, один скандинав по имени Марсон был отброшен бурей к берегам страны, названной им «Землею белых людей»; она простиралась, по мнению Рафна, от Чесапикского залива до Флориды.
Откуда пошло название «Земля белых людей»? Не обосновались ли там еще раньше какие-нибудь европейцы? Некоторые места в исландских летописях дают основание для таких догадок. Но каких-нибудь указаний, которые позволили бы установить национальную принадлежность этих поселенцев, пока что найти не удалось. Саги еще не раскрыли всех своих тайн. В них еще много неразгаданного и неясного. Но если учесть, что саги и археологические раскопки блестяще подтвердили многие предположения учёных, то можно надеяться, что наши сведения о скандинавских мореплавателях со временем станут более полными.
Другая легенда, включавшая много романтических эпизодов, сохранила все же реальную основу; в ней рассказывается, что некий Бьорн вынужден был покинуть Исландию из-за несчастной любви, он укрылся в странах за Винланном, где в 1027 г. его нашли соотечественники.
Достоверность исландских саг можно подтвердить еще одним примером. В 1051 г., во время очередной заокеанской экспедиции, «скрелинги» убили исландскую женщину. В 1827 г. была раскопана гробница с рунической надписью[168], в которой оказался женский скелет и остатки одежды, хранящиеся ныне в одном из вашингтонских музеев. Это открытие было сделано в том самом месте, которое упоминается в саге, причем сама легенда, повествующая об этом случае, стала известна лишь в 1863 г.
Но не только норманны, обосновавшиеся в Исландии и Гренландии, достигали в начале XI в. берегов Америки. Упомянутая нами «Земля белых людей» в других источниках именуется «Большой Ирландией». Действительно, имеются сведения, правда очень скудные, что, кроме норманнов, ирландцы и галлы также основывали свои поселения на американском побережье. Некоторые историки считают эти указания вполне правдоподобными, несмотря на то что окончательно доказать их достоверность не удается.
А теперь посмотрим, как сложилась судьба норманнских поселений в самой Гренландии.
Колонии, основанные сначала в окрестностях мыса Фарвель, вскоре распространились вдоль западного берега (тогда он был менее суровым, чем теперь) — вплоть до таких северных широт, куда гренландские жители в наше время не заходят. В заливе Диско норманны били тюленей, моржей и китов. Колонисты поддерживали постоянную связь с Исландией и Норвегией. Норманнские поселения продолжали разрастаться до середины XIII в., когда на юго-западном берегу Гренландии насчитывалось около двухсот восьмидесяти поселков — значительно больше, чем в позднейшие времена, после того как Гренландия стала датской колонией.
Каждое из норманнских селений состояло, вероятно, из небольшой группы домов. Остатки их были найдены в разных местах — на всем пространстве от мыса Фарвель до Упернивика. Вместе с тем многочисленные рунические надписи на древнеисландском языке, которые научились теперь легко разбирать, окончательно подтвердили факты, остававшиеся долгое время неизвестными. Но сколько следов исторической деятельности норманнов еще не удалось открыть! Сколько драгоценных свидетельств о храбрости и предприимчивости скандинавских народов погребено навсегда подо льдами!
Помимо всего сказанного известно также, что делались попытки перенести в Америку через Гренландию и христианскую религию. Папа Григорий IV посылал миссионеров «укреплять в вере» новообращенных норманнов и проповедовать Евангелие среди эскимосских и индейских племен, а в гренландском епископстве и «на соседних островах и землях» папские посланцы в XII в. выступили с проповедью крестовых походов. Гренландия до 1418 г. платила папскому престолу десятину и «лепту святого Петра», что составляло для этого года две тысячи шестьсот фунтов моржовых клыков.
Но позже скандинавские колонии в Гренландии зачахли и обезлюдели. Это произошло в силу многих причин. Положение колонистов резко ухудшилось после того, как Исландия отошла к Норвегии и исландские корабли почти перестали посещать гренландские берега. В самой Гренландии заметно посуровел климат. Вследствие климатических изменений образовались колоссальные ледники, которые движутся от центра острова к берегам со скоростью до тридцати метров в год. Кроме того, в 1347 и 1351 гг. значительный урон населению Гренландии нанесла эпидемия черной оспы. И наконец, к полному развалу гренландские поселения норманнов привели опустошительные набеги морских разбойников с Оркнейских и Фарерских островов[169].
Эти острова издавна служили пристанищем для скандинавских пиратов. Со второй половины XIV в. Оркнейские острова стали собственностью потомков Сен-Клера, или Синклера, одного из спутников Вильгельма Завоевателя. Около 1390 г. знатный венецианец Николо Зено на пути в Англию потерпел крушение у Оркнейских островов и поступил на службу к графу Генри Синклеру. Любопытная история путешествий Николо Зено была записана его братом Антонио Зено и включена (но, к сожалению, не в подлинном виде) в знаменитое «Собрание путешествий» Рамузио, венецианского географа XVI в.
Записки Антонио Зено постигла удивительная судьба. Один из его потомков, Николо Зено-младший, родившийся в 1515 г., будучи еще ребенком, порвал эти бумаги, не подозревая, какую они представляют ценность. Впоследствии по некоторым уцелевшим письмам обоих братьев он составил рассказ, включенный в упомянутый сборник Рамузио. Была найдена также, по утверждению автора, старинная, полуистлевшая от ветхости карта, составленная братьями Зено. Николо Зено снял с нее копию, произвольно прибавив свои дополнения, которые должны были пояснить рассказ в его редакции. Сделано это было крайне опрометчиво и с такими грубыми ошибками, что карта братьев Зено оказалась безнадежно испорченной. Только те места на карте, к которым не прикоснулась рука Николо Зено-младшего, показывают, с какой поразительной точностью братья Зено определили местоположение старой гренландской колонии. Тем самым подтверждается, что записки Антонио Зено, которые многие географы считают подложными, действительно существовали, ибо трудно предположить, что Николо Зено-младший был в состоянии так гениально сочинить историю и украсить ее правдоподобными деталями.
В эти времена моря Северной Европы опустошались скандинавскими пиратами. Синклер, признававший в Зено искусного моряка, соединился с ним; вместе они покорили Фрисландию, пиратское гнездо, откуда морские разбойники совершали набеги на весь шотландский север. На портоланах конца XV в. и картах начала XVI этим именем назывался Фарерский архипелаг, что кажется весьма вероятным, потому что Бюаш обнаружил в современных названиях гаваней и островов этого архипелага значительное количество топонимов, приведенных на карте Зено; наконец, и в наше время работают приведенные венецианским мореплавателем детальные сведения о водах, обильных рыбой, и об опасных мелях в районе упомянутого архипелага.
Перезимовав кое-как на острове, Зено в следующем году высадился на восточном побережье Гренландии, под 69° северной широты, в месте, «где находился монастырь ордена Проповедников и церковь, посвященная св. Фоме. Монашеские келии обогревались природным источником горячей воды, которую монахи употребляли также для приготовления пищи и хлеба». Но больше всего поразил Николо Зено прекрасный зимний сад, хорошо укрытый от стужи, в котором в самый лютый мороз зеленели травы, распускались цветы и вызревали фрукты, словно этот сад, отапливавшийся тем же горячим источником, находился не на Крайнем Севере, а в умеренном климате.
В Гренландии Николо Зено, по-видимому, узнал о существовании обширной земли, расположенной к западу от этого острова.
Смелое плавание в страну, климат которой так резко отличался от климата Венеции, оказалось для Николо роковым. Он умер вскоре после своего возвращения на Оркнейские острова.
Старый моряк, вернувшийся вместе с венецианцем, который, как говорят, долгие годы провел в плену на далеком Западе, сообщил Синклеру детали, столь точные и настолько заманчивые о плодородии и протяженности этих краев, что последний решился отправиться на их завоевание вместе с Антонио Зено, присоединившимся к брату. Но туземцы повсюду проявляли такую враждебность и так яростно препятствовали высадке чужеземцев, что Синклеру пришлось после долгого и опасного плавания вернуться в Фрисландию.
Некоторые ученые, например Форстер и Мальтебрен, отождествляют далекие земли, где попытался высадиться Антонио Зено, с Ньюфаундлендом.
Кто может поручиться, что Христофор Колумб, если он, как утверждают его биографы, в молодости посетил Англию и побывал в «Ультима Туле», ничего не слышал о древних путешествиях норманнов и братьев Зено и что полученные им сведения не навели его на мысль о возможности достижения Индии западным путем?
Из приведенных фактов явствует, что Америка не только была известна европейцам задолго до Колумба, но и что делались попытки основать на ее берегах европейские поселения. Однако по разным причинам, и прежде всего потому, что между северными и южными странами Европы были тогда очень слабые связи, португальцы и испанцы имели об открытиях норманнов самые смутные представления. Разумеется, мы знаем сейчас о плаваниях скандинавов неизмеримо больше, чем соотечественники и современники Колумба. Если даже некоторые слухи и дошли до генуэзского мореплавателя, то, вероятно, он воспринял их в сочетании с теми данными, которые были получены им на островах Зеленого Мыса, и с древними легендами о мифическом острове «Антилия»[170] и платоновской Атлантиде[171]. Все эти сведения, собранные из разных источников, по-видимому, и привели его к убеждению, что на Восток можно проникнуть западным путем.
Как бы то ни было, но слава Колумба остается нерушимой. Именно он, а никто иной, открыл Америку. Бури и ветры занесли туда первых норманнов помимо их воли, и, даже основывая потом на американских землях свои недолговечные поселения, они вовсе не помышляли о достижении азиатских стран. Колумб к этому сознательно стремился и безусловно достиг бы своей цели, если бы… путь ему не преградила Америка.
Одновременно с Колумбом и его последователями в Испании, а в некоторых случаях даже немного раньше, поисками новых путей из Европы к берегам Восточной Азии занялись португальские и английские мореплаватели, которым, в свою очередь, удалось дойти до Американского материка, но только северо-западным путем.
После экспедиций норманнов прошло без малого пять столетий, прежде чем европейцами были вторично открыты и исследованы берега Северной Америки!
В этой связи следует прежде всего упомянуть о братьях Кортириалах. Сведения, сообщаемые о них биографическими словарями, оставляют желать лучшего. Так как история сохранила о роде Кортириалов, этих смелых мореплавателей, очень скудные данные, то нам поневоле придется довольствоваться малым.
[166] Происхождение слова «скрелинги» неизвестно. По одним источникам оно означает «бродяги», по другим — «грязные», по третьим — «обрезки людей» (карлики).
[167] См. тексты и сопроводительные статьи в сборниках «Исландские саги» (М., Гослитиздат, 1956) и «Древнесеверные саги и песни скальдов» (СПб., изд. И. Глазунова, 1903). Во втором сборнике имеется перевод «Саги об Эйрике Рыжем».
[168] Рунические надписи — древние скандинавские письмена, высеченные на камнях.
[169] Прекращение плаваний в Гренландию и Америку было вызвано еще и тем, что европейцы в то время стремились проникнуть в богатые и культурные восточные страны, а суровые и дикие земли, открытые норманнами за Атлантическим океаном, никого в Европе тогда не интересовали. Кроме того, феодальная раздробленность Европы и бесконечные междоусобные войны также препятствовали организации далеких заокеанских экспедиций. К этому нужно добавить низкий уровень оснащения судов, например отсутствие компаса. Отдельные мореплаватели, ориентируясь по небесным светилам, могли пересекать Атлантический океан, но регулярное сообщение с заморскими странами наладить было невозможно.
[170] Легендарные острова Антилия и Бразил были впервые обозначены в Атлантическом океане на карте Тосканелли.
[171] По древнеегипетскому преданию, сообщенному Платоном, некогда существовал огромный остров в Атлантическом океане, населенный культурным и могучим племенем атлантов, которые воевали с жителями Африки и Европы. Атлантида вследствие страшного землетрясения погрузилась в волны океана. Разные авторы под Атлантидой подразумевали Америку, Канарские острова, острова Эгейского моря и др.