– Наш договор остается в силе, – стал успокаивать меня Шугалей. – Все обязательства Пономарев берет на себя.
– Посмотрим-посмотрим, – пробормотал я сквозь зубы.
Но, к удивлению, продюсер «Сплина» и вправду сполна ответил по чужим долгам. И как здорово раскрутил группу! Одно попадание Левы и Шуры в культовый фильм «Брат-2» чего стоит (в порядке самокритики – мы бы с Шугалеем вряд ли продвинули «Би-2» дальше клубных концертов). Сказочное попадание, фантастическое превращение. Будто в «Иван Васильевич меняет профессию»: прошли сквозь стену панельного дома и оказались в царских палатах – Иоанн Грозный и князь Милославский!
А были кто? Ну кем они были? Квартирный вор и управдом-подкаблучник.
...Я подумал, что неплохо бы заранее рассказать Пономареву о новой девочке, которая хочет «затмить Земфиру», может, забить стрелку, познакомить. Но, зная плотный график продюсера, я примерно представлял, что он ответит: «Пусть запишет хотя бы пару песен. Тогда и встретимся».
Ну да, правильно. Тем более, что Маня исчезла, второй день не выходила на связь.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Она стояла возле входа в редакцию с букетом подснежников. Черный свитер и юбка, белые колготки. Первоклашка, сама невинность.
– Привет, – беглые глазенки за длинной челкой. – Это тебе.
И протянула мне букет.
– Как трогательно. Куда ты пропала?
– Пойдем где-нибудь кофе попьем. Расскажу.
Я повел ее в редакционный буфет.
После концерта старшекурсников она с подругами зависла в «Китайском летчике». Чайная церемония плавно перетекла в совместное рубилово с музыкантами, в тот вечер выступавшими на сцене.
– Вы что, подрались с ними?
– Да нет, – певунья усмехнулась. – Просто поиграли. Джем-сейшн устроили. Я чуть своих уфимцев не предала.
– В каком смысле?
– Подумала, а не взять ли к себе эту группу.
– А что за группа?
– Думаешь, я помню? Вовремя порвала струну на гитаре. Пресекла измену.
– Значит, Маня у нас способна на измену?
– Ой, способна, ой, способна!
Я рассмеялся, но, если честно, от неопределенности в наших отношениях меня буквально тошнило. Тут бы спасла рюмка водки либо цитата из Гайдая.
– «Шеф дает нам возможность реабилитироваться», – выбрал я последнее.
– О чем ты?
– Нам нужно сделать то, что мы не успели сделать. Поехали ко мне, а?
Согласен, все это было сказано слишком в лоб и звучало пошловато, но Маня поморщилась так, словно я предложил ей спеть песню из репертуара Лены Белоусовой.
– Сейчас не до секса.
Я еле сдержался, чтобы не брякнуть очередную пошлость: «Что, объелась за два дня?» Впрочем, ее ответ был очевиден: «Я же тебе говорила – мне никто не нужен. И сплю я только в обнимку с гитарой». Это у Мани фишка такая – она на ночь кладет к себе в постель гитару, «инструмент – это живая плоть» (цитата не из Гайдая).
Чтобы сгладить неловкость, пробубнил: