Рогатое величество и ведьма уборщица: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Слышал, как Равал орал, когда ведьму с мороком допрашивал? — Спросил один у другого.

— Конечно, мужик на весь блок горланил, — ответил второй. Третий просто промычал что-то вроде согласия.

В следующее мгновение в нос ударил едкий дым. Курить вздумали, безобразники? А если пожар? А если рак лёгких? А если у меня аллергия на табак, а? Ох уж эти мужики, никогда о нас, девушках не думают. И совсем не важно, что чисто теоретически и логически в мужском туалете нас не должно быть. Но по факту мыто тут!

— Я слышал, ему вчера сестра скандал закатила, что тот за племянницей не углядел, а ведь в СБ работает. С утра весь такой свирепый и злобный ходит, рычит на всех, срывается.

— Да вашу мамашу, мне у него ещё метлу забирать, — подал голос и третий, принимая участие в разговоре. Наверное, в его сторону недоумённо покосились приятели, так как он решился пояснить. — Недавно дворника задержали за использование тёмной магии прямо перед дворцом. Слышали? Так вот, его сюда притащили, а потом выяснилось по портрету, когда морок сняли, что дядька сбежал из камеры предварительного заключения с месяц назад. Не знаю, что там да как, но метла здесь осталась.

— А тебе она на кой? — Весело крякнул то ли второй, то ли первый СБшник.

Послышался звук расстёгиваемых молний и журчание, от чего я превратилась в помидор. Докатилась, ведьмочка! Сидит в мужском туалете и слушает, как люди нужду справляют.

— Да тётка моя, ведьма, всё просит, чтоб ей метлу бесплатно достал. Говорит, что ведьмам обычные мётлы не продают, а специализированные слишком много стоят. Договорился с Равалом, что отдаст сегодня, а он, чёрт, не в духе.

Вот это, кстати, чистая правда! Я, может, ведьминскому мастерству и не обучалась, но во время подработки многое узнала. Знания поверхностные, к сожалению, но это чуть больше, чем ничего.

Так вот, ведьмам мётлы не продавали по той причине, что из обычной нам в разы было проще, а главное — дешевле, сделать магическую. После событий вековой давности, когда наши предшественницы решили запастись эксклюзивным видом транспорта и случайно организовали дефицит, когда дворникам во всех странах нечем было убирать улицы, когда стали массово вырубать леса и это отрицательно сказалось на состоянии биосферы, вот тогда и запретили, справедливо решив, что раз ведьмы во всём виноваты, то их надо ограничить.

Журчание прекратилось, успокоив моё молодое сердечко. Хлопнула дверь, проводив тихим скрипом сначала одного из сплетников, а потом и второго. Самый чистоплотный остался мыть руки, ворча на тётку. Пользуясь моментом, аккуратненько выглянула в щель, чтобы амулеты считали внешность и ауру молодого человека для следующей авантюры.

Перед зеркалом стоял высокий мускулистый мужчина лет тридцати, совершенно по-женски рассматривал свои мускулы и черты лица, недовольно потирая небритую щёку. Пригладив волосы пятернёй, он развернулся и быстрым шагом, стараясь шире расставлять ноги для убедительности, что он — мужчина, вышел в коридор.

Стремительно и резво, с каменным лицом работник ССБ, у которого была тётя, ворвался в кабинет к человеку с фиолетовыми волосами и квадратным подбородком. На входе, кстати, сероглазый дядька с рыжей щетиной без проблем пропустил внутрь, крепко пожав руку. Равал вздрогнул от неожиданности, грязно выругавшись в первую секунду.

— Чёрт бы тебя побрал, Низгил! Чего припёрся?

— Метла, — коротко и ясно.

— Какая метл… а, ты о той, которая дворнику принадлежала? — Но посетитель уже не слушал, он стремительным шагом шёл к левому и самому дальнему углу от стола, за которым заседал Равал. Там стояла самая обычная, с расцарапанным и потемневшим черенком метла. Совсем рядом валялась ведьмина сумка, забитая доверху личными вещами и ещё куча груза и багажа прошлых нарушителей. — А ты ведьму не видел?

— Какая ведьма? — спокойно поинтересовался коллега, беря в большие руки главный инструмент любого дворника… и ведьмы, да. — Красивая или не очень? Молодая или старуха? Сильная или слабенькая?

Низгил больше не спрашивал и не слушал, хоть Равал и начал описывать свою беглянку. Визитёр резко сжал древко метёлки, от чего оно почернело и по нему в разные стороны расползлись зелёные витиеватые узоры, подхватил сумку и подбежал к окну. Хозяин кабинета ничего не успел предпринять, только отчётливо увидел, как коллега закидывает на плечи конфискованную у иностранки поклажу, зажимает между ног палку с привязанными к ней верёвкой прутьями и вылетает через открытое окно. Был пацан, да улетел под небеса.

К сожалению, ни Низгил, ни я, принявшая его внешность, на мётлах раньше не летали, а потому болезненно приземлились на крышу двухэтажного дома. Зато я штрафа избежала и метлой бесплатной обзавелась. Только почему она черная и с зелёными узорами? Копирует цвет волос и глаз? Ой, вряд ли…

Знакомство с тёмной ведьмой и удачная попытка стать… уборщицей

Самый верный способ не чувствовать боль в теле от неудачного падения — это не падать, предварительно не попадая в передряги. Но знаете, что-то в них не получается не попадать. Из-за этого сейчас я лежала на старой черепичной крыше с разодранными коленками и правым локтем, на который так кстати спикировала при падении. Метла, к огромному моему удивлению, даже не поцарапалась и не сломала веточки. Целёхонька! В отличие от меня…

Ещё немного, минут так двадцать, полежала и поохала, чуть ли не плача от жгучих пощипываний на содранной коже. Но вот так вот всю жизнь не пролежишь и не найдёшь новых приключений. Так что пришлось вставать и, придерживаясь за черепицу, опасаться за свою жизнь. Крыша была не плоская, а шатровая, так как сам двухэтажный дом строился квадратом и поэтому вероятность упасть ничуть не уменьшалась. Обходя по периметру всё это безобразие, чудом заметила у западной стороны дома простенькую деревянную лестницу, приставленную к стене.

Ждать, пока кто-то забывчивый её отнимет не стала, а посему, фурией слетела на землю, даже не обращая внимания на перевешивающий багаж и метлу.

— О-о-о, свобода! — Облегчённо выдохнула и втянула в себя сыроватый запах улицы. Создалось ощущение, будто солнце здесь никогда не появлялось и не просушивало землю.

Внезапно в затылок впился чей-то пристальный взгляд, пробирающий до мурашек.

Я оглянулась и наткнулась глазами на скорченную старуху. Её седые волосы, отливающие серым, трепались жёсткими патлами на ветру. Морщинистое лицо с длинным носом и большой бородавкой на самом кончике отталкивали от себя, заставляя морщиться от неприязни. Во всю левую щёку расползался уродливый шрам от ожога. Чёрные зрачки, казалось, слились с радужками, вызывая в теле лёгкую дрожь ужаса. Глаза пугали не столько своей чернотой, сколько зловещим взглядом, лишающим воли. Сама кожа старухи отдавала зеленой, вычёркивая её из списка людей.

Передо мной стояла, опираясь когтистой дряблой рукой на стену дома, самая настоящая тёмная ведьма. Глядя на неё, будь моя воля, при составлении классификаций ведьм вписала ещё пунктик «чёрная». От этой старухи разило настолько мощной и чёрной энергетикой, что маленькие дети должны были плакать, подростки холодеть от ужаса, а взрослые люди нервно отводить испуганный взгляд.

— Молодая, — скрипящим, как дверь в старом заброшенном особняке, голосом насмешливо констатировала факт. — Сильная… Но совершенно неопытная и ничему необученная. Надо же, — тут она ощерилась в улыбке, являя пустынному переулку и мне абсолютно чёрные заострённые зубы. По телу прогулялся холодок. — Сколько лет живу, а такого не видела. Взрослая инициированная ведьма, а силой своей до сих пор не умеешь пользоваться.

И она зашлась в каркающем смехе.

— Я из деревни приехала, — почему-то мне показалось нужным оправдаться, чтобы не чувствовать себя виноватой.