— Присаживайтесь, а я сейчас распоряжусь и вам чай подать, — спокойно предложила Надежда, словно и не заметив слов Декабря.
— Да нам бы к Олесе пора… — начал тот, но Надя его перебила.
— Февраль Месяц только с дозора вернулся, ему поесть надобно и отдохнуть хоть немного.
— Так тебе и надо, — хмыкнул Яр, подмигнув младшенькому, когда Надежда вышла из столовой. Неумолимость Надежды и его впечатлила — девушка явно эмоциям не поддавалась.
— Да уж, сегодня я везде не вовремя, — согласился Дмитрий, а Милава вновь смутилась.
— Не стойте столбами, присаживайтесь, — распорядился хмурый Феликс, а братья отметили темные круги под серыми глазами брата.
— Выспаться бы тебе, Февраль Месяц, — с сочувствием сказала сердобольная Настя, впрочем, понимая, что сейчас это невозможно. Раз уж Абрахсис снова объявился.
— Вот если бы вы вчера толпой в гости не пожаловали… — с намеком ответил Феликс, но в глазах его смешинки прыгали.
И это удивило и братьев Месяцев, и Спутниц их. Обычно Февраль всегда спокойным и даже немного угрюмым был. А не выспавшийся и вовсе мог за дверь выставить. Тревожились они и о скором освобождении Арины — как Феликс это воспримет. Но сейчас все было по-другому. Было заметно, что его забавляет вся эта ситуация с намеками на его холодность к новоявленной Спутнице.
Когда Надя вернулась с полным подносом, Феликс встал, чтобы помочь ей, чем еще больше удивил всех. Братья ожидали от него, в лучшем случае, безразличного отношения к Спутнице.
— Я уже и забыл, что ты можешь быть таким… — сказал Яромир, переводя задумчивый взгляд с брата на девушку.
— Надежда, ты ведь еще не знакома с Милавой, Спутницей Января Месяца, — поспешила замять неловкий момент Настасья. — Она только сегодня вернулась от родных из мира нашего.
Надя сразу обратила на незнакомку внимание, как только гости появились в их доме. Раньше она девушку видела лишь однажды, мельком, когда всех их собирали у провидицы. Как и у Насти, у Милавы были довольно странные глаза. По цвету совершенно обычные — черные, но глядя в них, создавалось впечатление, словно в потусторонний мир заглядываешь. Довольно жуткое и даже неприятное…
«Да что ж с ними здесь приключается такого?» — в очередной раз задалась вопросом Надежда.
— Нам нужно к наставнице моей, — напомнила Милава, когда они обнялись, приветствуя друг друга.
— Да, не мешало бы поторопиться — Абрахсис умеет атаковать неожиданно, — согласился Яромир. — Заодно Серого проведаем, как он справился с первым оборотом, узнаем.
— Жаль, что меня не было рядом в это время, чтобы помочь Олесе, — грустно сказала Милава.
— Дмитрий меня тоже не пустил, — расстроенно откликнулась Настя.
— Ты бы ничем не смогла помочь ему, — попытался объяснить Декабрь. — Тем более, Олеся и Константин сами справились.
— А кто такой этот Серый? — не удержалась от вопроса Надя, окончательно запутавшись.
— Это волк, которого нашли Дмитрий с Настей, — пояснил Феликс. — Его волчицу загрызли гончие, оставив четверых волчат. Да и самого Серого еле выходили. А недавно, с его разрешения, Яромир провел над ними один ритуал.
— С чьего разрешения? — удивилась Надя.
— Так Серого же! — усмехнулась Настя. — Январь Месяц разговаривал с ним.
— Он действительно это умеет, как и все Месяцы, — мягко сказала Милава, увидев округлившиеся от недоверия глаза соклановки. — И вот теперь, после ритуала, что сделал его оборотнем, Серый должен был первый раз обернуться человеком.
— Оборотень! — изумилась Надежда. — Вьюжницы говорили мне, что в мире сказочном они давно исчезли.
— Скорее мы их выселили за пособничество колдунам, — пояснил Февраль, наконец, открыв портал. — Но дела те давние, не стоит о них вспоминать.
— И то верно, Олеся нас уже заждалась! — согласился Яромир, входя вместе с Милавой во вьюжную круговерть.
Последними уходили Надя и Феликс. Девушка не без волнения вступила в портал. Все же это было второе ее перемещение, и она еще не привыкла к такому способу передвижения. А вот когда вышла из него…
— Феликс, ты ее заморозить решил? — недовольно поинтересовался Декабрь, когда они все оказались на заснеженной поляне.
— Совсем забыл! — Подняв руку, Февраль тихонько свистнул.