— Знаешь, — Сэм явно расслабился, видя, что Дин не злится, — ты бы был так же хорош в исследованиях, как и я, если бы действительного концентрировался на них.
— Был бы, — согласился Дин, — наверное, был бы, но я предпочитаю концентрироваться на… других вещах.
Сэм, благослови господь его невинную душу, не заметил грязного намека:
— Ага, я вижу. Поэтому я так хорош в исследованиях — мне приходится работать за двоих. О, и кстати, не забудьте поднять и заново протереть все книги, которые уронили, — похоже, Сэм особо и не расстроился, по крайней мере, осознание, что в этот раз на него не наорут, явно помогло ему справиться с фактом жестокого обращения с книгами.
— Ага, без проблем, мы и так собирались это сделать. Не волнуйся о книжках, с ними всё будет в порядке.
— Вообще, если серьезно, вам и правда нужно быть аккуратнее. Многие из этих томов бесценны, и у нас хранится единственный экземпляр.
— Знаю-знаю, но мы с тобой, вроде, договорились, что самые редкие книжки будут храниться в архиве, где можно поддерживать нужную температуру и влажность?
— Дин! — восторженно воскликнул Сэм, — ты запомнил!
— Не то чтобы я вообще тебя не слушаю… просто иногда выключаюсь, кода ты слишком долго говоришь о чем-то скучном.
Внезапно из-за спины Дина раздался полный раздражения голос:
— Извините, вы не возражаете, если я вас прерву?! Я тут кое-чем занимался и очень хотел бы продолжить.
Дин замер, внезапно снова ощущая три пальца, растягивавшие его, пульсирующий от возбуждения член и очень недовольного ангела, пытающегося переварить тот факт, насколько легко Винчестер мог отвлечься.
Может быть, всему виной было хорошее настроение охотника, но внезапно тот факт, что он вел светские беседы с братом, пока его парень трахал его пальцами, показался Дину самым смешным за всю его жизнь. То, что Кас вряд ли обрадуется, если у Винчестера начнется истерика, его особо не смутило, и он заржал.
Дин смеялся так сильно, что у него подогнулись колени: он бы точно оказался на полу, если бы Кас не обхватил его рукой и не дернул вверх, прижимая к себе. Каким-то образом Кас так и не вытащил пальцы — наоборот, он протолкнул их чуть глубже. Это было чрезвычайно приятно, и член Дина дернулся от удовольствия… Но почему-то тот факт, что Кас буквально пытался вытрахать из него смех, показался Дину еще более забавным, чем разговор с Сэмом. Охотник уткнулся лицом в ладони и попытался не смеяться, но его хватило секунд на десять. По щекам уже текли слёзы, а раздражение стоящего сзади Каса делало ситуацию только еще смешнее.
Дин так хохотал, что едва услышал диалог Сэма и Каса:
— Я… Ты знаешь, что… Что вообще происходит? — голос Сэма раздавался откуда-то издалека.
— Его хорошее настроение перетекло в начальную форму слабоумия? — предположил Кас, опять приподнимая норовившего сползти на пол Дина.
— Может быть, нам… сделать что-нибудь? Он же скоро в обморок упадет.
— Не беспокойся. Я знаю несколько прекрасных способов мгновенно привести его в чувства.
— Кто бы сомневался. Мне уйти?
— Желательно. Мы тут всё уберем, когда закончим.
— Спасибо, просто скажите, если что-то будет серьезно повреждено. И никакой спермы на книгах!
— Обещаю.
Успокоиться у Дина не вышло (никакой, мать его, спермы на книгах?!), и он продолжил — по словам Каса — «ржать, как породистая лошадь, еще минуты три после ухода Сэма». Но угрожающий голос, сообщивший, что в ближайшее время его ждет свидание с мистером Новаком и расческой, быстро отрезвил охотника настолько, что Кас смог беспрепятственно заменить пальцы членом… А над этим смеяться уже не полагалось.
ВТОРНИК
Вчерашний разговор о том, что заниматься сексом лучше всего в собственной спальне, чтобы не провоцировать Сэма, не возымел никакого эффекта.
Дин понял это ровно тридцать секунд назад, когда наклонился, чтобы помыть ноги, а Кас обхватил его за шею, провел вперед и толкнул вниз, вынуждая упасть на колени (к счастью, на полу каким-то образом материализовалось толстое, сложенное в несколько раз махровое полотенце, на которое охотник и приземлился). Кас тут же перегнул Дина через металлическую скамейку. Почему в центре душевой стояла металлическая скамейка — тот еще вопрос, но Дин, кажется, впервые понял, как её можно было использовать.
Кас бессчетное количество раз трахал его, прижав к стене, или взяв на руки так, чтобы Дин обвил ногами его талию, или вынуждая Винчестера нагнуться и упереться руками в мокрый кафель. Но это… Это уже что-то новенькое.
И Дин был только за.
Кас потратил на подготовку минимум времени: черт знает откуда достал (он был голым, какие карманы) бутылочку смазки и три или четыре раза толкнулся двумя пальцами, прежде чем добавить третий.