— А ну вертай взад!
— Кхм, — тактично начала я, — меня дома дела заждались, знаешь ли. Пора. — И, махнув рукой, сделала небольшой шаг вперед, тут же цепляясь за ближайшую ветку дерева, по которому забралась сюда. — И не ори так! Люди спят!
Усадьбу покидала быстро и не оглядываясь. Видимо, хозяева решили во что бы то не встало найти и поговорить со мной, поэтому охрана теперь не просто болталась по территории, а вполне прилично мониторила её, освещая фонариками каждый темный угол.
— Идиоты, — прошептала себе под нос и почесала Зефушку, перебравшегося в капюшон. — Правда, сладкий? — Сладкий согласно пошевелили усами и укусил меня за палец. — Злюка.
— Босс, мы нашли! — Кого?
Оглянулась, но нашли явно не меня, ибо, как бы, я стою от него справа и смотрит он отнюдь не сюда.
— Нет, не рыжая девка, парень какой-то мутный… Вывести за территорию и сломать колени? Понял. — Жестоко! хотя, это мой шанс лишний раз не перелазить через стену.
Быстро нашла машину, в багажник которой затолкали, как я поняла, нарколыгу, который влез в надежде что-нибудь вытащить и потом загнать за дозу, просто залезла и легла на пассажирское сидение, и буквально через пару минут мы загрузились полностью, завелись и выехали с территории особняка. За-ме-ча-тель-но!
— Слышь, Коль, а из-за чего переполох такой? — Заговорил один, спустя минут десять пути. По моим подсчетам, мы приближаемся к черте города, еще немного, и мне надо будет выйти.
— Да сам не знаю. — Ответил водила. — Девку какую-то рыжую ищут. Небось очередная пассия Сокола. Сперла фирменные трусы на память, как так Алёна, — или Оля? — и теперь бегает, шантажирует. — И оба заржали. Какая у них тут насыщенная жизнь.
Машина остановилась ровно тогда, когда я решила, что пора уже выходить. Мужчины засуетились, выскочили, забрали парня и ушли в лес, а я, как Царь-Боженька, просто вышла и пошла домой. Часа два пешим ходом. Нормально, один раз вообще десять тысяч километров бежать пришлось. Вот номер был. А тут какая-то пара-тройка, фи!
Дверь собственной квартиры встретила меня букетом угадайте чего?
Бинго! Возьмите с полки пирожок, мои умненькие!
Под дверью меня ждал огроменный букет рыжих, прям как мои волосы, роз. Просто охуительно! Вот надо было этому малолетнему ублюдку именно розы выбрать! А где фантазия? Где разнообразие? Почему блядские розы?!
Почесала глаз, руку, копчик. Прокляла ебучую малолетку и сняла с ног сапоги. Прицелилась. Кинула прямо в звонок Алевтины Антиповны. Старушка не заставила себя долго ждать: открылась дверь и показалось лицо в сметане.
— О, Ярославушка, что такое?
— Да вот, Алевтина Антиповна, мальчик из вчерашней квартиры перед вами извиниться за неудобства хотел, да дверь перепутал, и мне подложил.
— А ты уверена, что перепутал? — Старушка хитро щурила не по годам молодые глаза. — А может тебе?
— Забирайте эти блядские розы нахуй из-под моей двери! — Психанула я, стараясь и дышать через раз, ибо зачесалось уже горло. Изнутри.
— Ты что ж, Ярославушка, — осуждающе сказала бабка, забирая букет из-под двери. — Парень старался, а ты так! Не хорошо!
— Не хорошо жрать после шести, а это нормально, — бросила ей вслед и скрылась за дверью, ибо уже чувствую, как гортань опухает. — Где в этом ебучем доме таблетки? — спросила у Зефира, который тут же соскочил с моей головы и залез в одну из так и не распакованных сумок. — Спасибо, милый! — Горностай достал именно средство от аллергии. За те годы на границе не только я совершенствовалась. Зефу тренировали наравне со мной. В основном это было поиск воды или обнаружение закопанных мин, но я научила его еще и таблетки искать, ибо иногда совершенно не в состоянии это сделать.
— Зеф, а в чем вообще смысл нашего с тобой здесь пребывания? — горностай потряс головой, намекая, что он не философ и, тем более, не психиатр, так что с вопросом я не по адресу, но все равно вскочил на спинку кресла, в котором я провела последние четыре часа, и я начал массировать голову лапками. — Хорошо, что хоть ты у меня остался…
Конец моей фразы утонул в дверном звонке, и я, разочарованно застонав, схватила в руки биту и пистолет, приставляя второй к двери на уровне дверного звонка, открывая.
— Вы — Романова Ярослава Арсеньевна? — спрашивает молоденький парнишка в пестрой форме доставщика и протягивает мне блокнот. — Распишитесь за получение.
— Получения чего? — спросила, пробегая глазами по строчке «отправитель». Кому-то сейчас будет плохо.
— Букета, — улыбается он, сминая смуглую бумагу щек. Когда-то такие были определенно в моем типе, потом на голубые глаза у меня появилась аллергия. — Вы такая красивая, что достойны этого букета. — И мне в руки втаскивают букет сто одной розы, судя по размерам, а у меня вспухают легкие и кожа на пояснице, не смотря на пачку сожранного средства от аллергии.
— Я скормлю ему все по бутончику, — рычу я, скидывая двести двадцати девяти миллиметровый боевой кольт на так и не разобранные сумки.
Дверь за моей спиной захлопнулась сама, а удивленный доставщик просто хмыкнул, поправляя кепку и спускаясь по лестнице с сумкой на перевес, пока я взлетала на десятый этаж.
Поверхность носов берцев с глухим стуком встречалась с новой, явно более стойкой поверхностью железной двери, ровно до тех пор, пока эта чертова дверь не раскрылась.
— Маленький ублюдок, — мои пальцы вмазываются в его острые, мальчишечьи скулы, а сам он удивленно охает, когда я вдавливаю его затылком в красивые, коричневые обои с завитушками, — я, кажется, в прошлый раз доступно объяснила, — смятые рыжие лепестки просачиваются между его губ, за крепость зубов, и он давится, испуганно хныча, — чтобы ты больше не приближался ко мне. — Моих пальцев касаются еле заметные дорожки слез, и я широко слизываю их с молодых щек, чувствуя, как парень под моими руками задрожал.