– Ты этого еще не понял? Твоя жизнь – одна из мириад во Вселенной. Ты потенциально бессмертен, и эта жизнь – одна из многих. Ты можешь найти смысл жизни в чем угодно – в возделывании почвы или торговле, в изучении древней мудрости или писательской работе, в огромном множестве других занятий. Эта работа может быть любима и радостна для тебя, может нести благо. Учись любить труд. Каким бы незначительным и малым тебе твой труд не казался – он необходим перед тем, как ты станешь готовым исполнять другую, более ответственную работу. Учись быть добрее, смелее, увереннее, мужественнее, мудрее. Помогай ближним делом, будучи попрошенным о помощи, и учись видеть, когда твоя помощь необходима.
Путь от животного через состояние человека до состояния сверхчеловека и проявленного Бога – это путь людей. Это высший путь людей, заповеданный им. Это и твой путь. Выберешь ли ты его, узнаешь ли свои истинные безграничные возможности, направишь ли стопы свои к благу? Это твой выбор. Живя в одном мире – планете Земля – люди живут как бы в разных мирах. Одни – в лучезарных и чистых, другие – в заполненных туманом или ядами зловонных испарений самости и эгоизма. Миры одних полны изобилия и богатства, миры других больше похожи на выжженную солнцем пустыню, в которой практически невозможно жить. Это – результат их выборов. Какой выбор совершает каждый из них, в какую сторону он движется – тот результат и начинает ощущать по собственной жизни.
Совершай выборы и помни о безграничности собственных возможностей, находящихся пока еще в зародыше, но доступных во всей полноте при выборе светлого творчества, при выборе пути работы над собой, прежде всего через помощь ближним.
– Кто эти люди, о которых ты говоришь? Живущие в чистых и лучезарных мирах без боли и ненависти, посвятившие свою жизнь людям?
– Воины света. Люди, избравшие путь самосовершенствования, подвиг и труд как смысл жизни. Люди на пути к новому миру в их сердцах – чистому и благодатному, великому и прекрасному, миру заповеданному. Люди, шагающие по дороге, где раскрывающиеся горизонты – удивительны, где жизнь – полна смысла, тайн и удивительных открытий, где люди – щедры и добры.
– Как мне улучшить себя?
– Облагораживай свою мысль. Изгони мысли мелкие и сорные, не давай им появляться. Мысли масштабно и широко, без предрассудков. Помогай словом и делом. Работай над собой каждый день. Верь в свои силы. Никогда не отчаивайся. Не останавливайся на дороге своей жизни, шагай смело. Учись не бояться препятствий – это способ испытать себя, а испытание закаляет дух. Учись радоваться жизни. Обрати взор на прекрасное – и тогда ты увидишь много. Учись прощать, быть высоким и достойным в готовности к самопожертвованию и подвигу.
– Как я узнаю, правду ли ты говоришь, мудрец?
– Проверь мои слова жизнью.
* * *
Звучащие слова. Его вопросы. Ответы, данные ему. Он так и не узнал, что это был за человек, которого он встретил тогда здесь, на берегу моря, так же стоящего с улыбкой на губах и задумчиво смотрящего вдаль на синюю гладь моря.
Он проверил его слова – проверил их жизнью, не закрываясь предрассудками. Теперь он видел блеск истины в его мудрых словах. С тех пор он жил другой жизнью – обновленной, полной искренней радости жить, развиваться и расти, улучшать себя, вносить благо в мир. Эти слова и сейчас звучат у него в памяти мелодией красоты – стройной и чудесной музыкой жизни.
Стоящий на горней выси человек. Свет солнца в глазах. Шум волн. Свист ветра. Шумящее бурное море. Восходящее на востоке солнце. Начало нового дня всех живущих в этом прекрасном мире…
20.12.2004
На пути к солнцу
Мы с детства знаем о том, как снимали проклятия на баррикадах, и о том, как снимали проклятия на стройках и в лабораториях, а вы снимите последнее проклятие, вы – будущие педагоги и воспитатели. В последней войне, самой бескровной и самой тяжелой для ее солдат.
Братья Стругацкие
Эту историю рассказал мне мой знакомый и друг примерно год назад. Тогда он работал учителем в одной из школ – классный учитель и психолог от Бога, хотя по специальности он когда-то не являлся ни тем, ни другим. Цепкая память до сих пор хранит эти образы и слова, глубоко запавшие мне в душу, побудившие коренным образом изменить свою деятельность и образ жизни. И я не жалею о выборе, который сделал, – я рад ему. Я благодарен своему другу за это и буду благодарен всегда, ведь именно с того момента началась моя новая жизнь. Историю я передаю вам – и пусть вы увидите и поймете в ней еще больше, чем увидел я в свое время. Я буду рад за вас. В путь, мои друзья!
* * *
Был осенний прохладный вечер, и мы беседовали c ним, удобно устроившись на какой-то скамейке в парке. Он тогда решил рассказать мне случай из своей учебной практики. Работал он в то время учителем литературы в одной из городских школ. Точнее сказать, подрабатывал, как это обычно принято называть, – вел подготовительные курсы по предмету для подготовки учеников к поступлению в гуманитарный ВУЗ города. Работал он третий год и считался одним из лучших «специалистов», хотя сам он, помнится, постоянно морщился при упоминании этого слова.
«Я не специалист, – часто говорил он, – я сам нахожусь на пути познания». Помню, он еще, бывало, сокрушался о том, что вынужден готовить этих самых «специалистов», набивая ученикам головы необходимым материалом, пусть даже и набивая умело и с обоюдным для обеих сторон удовольствием.
«Не это главное, Александр, не это», – говорил он мне. «Я вынужден давать людям умные схемы и таблицы, что были придуманы за них давным-давно. Да, я могу давать это очень увлекательно и интересно – но само по себе это не научит учеников мыслить. Мертвые схемы, какие-то там подходы – к чему это им? Сделать из них людей – вот моя задача, Александр. Людей, приученных мыслить без предрассудков и без предрассудков же подходить ко всем явлениям жизни, чтобы они не говорили «это невозможно», но пробовали, работали и добивались результата – в том числе и в том, что еще вчера было недоступно их силам. Я хочу их научить любить труд, видя в нем источник обновления для себя и открытия новых границ, потому что только свободные от предрассудков и любящие труд люди могут познавать весь горизонт открытого им мира. Понимаешь, о чем я?»
Честно сказать, тогда я мало что понял из сказанного, но продолжал слушать с интересом. Мой друг вообще был удивительный и интересный человек – много знал сам и многому же мог научить (нет, не академической мудрости, но живой жизни!). Он был внимателен и добр. Он был просто мудр.
Я слушал, а он продолжал говорить.
«Нет невозможного, есть просто еще не сделанное – вот каков должен быть девиз! Как тяжело, Саша, совмещать обучение учеников такому миропониманию с наполнением их голов всегда ограниченными конструкциями, навязываемыми этим или тем подходом извне! Ведь надо приучать их мыслить и изучать самостоятельно, именно тогда будут рождаться интерес и увлечение, и любовь к труду станет залогом свободного и светлого творчества! Вот в эту сторону надо менять образование, но на это нужны объединенные усилия множества людей. А пока этого нет, и положение учителя – великая роль и ответственность! – сведено до положения чернорабочего в стране – какие страшные явления начинают рождаться, Саша!
Я не работал в той школе как другие учителя, но многое мог замечать. Третьеклассники, Саша, третьеклассники! – тогда я впервые увидел это «подрастающее поколение». Никаких сопровождений учителя из школы в раздевалку не было – ребята неслись сами. По пути шествия по коридору парни хлопали девчонок из своего класса по попам, отпуская уместные к делу слова, остальные же ребята рядом при этом хохотали. Девчонки это воспринимали как должное, даже как знак внимания с мужской стороны – и улыбались. Какой-то парень сбил девушку постарше – тут же на лету перепрыгнул через нее, выругавшись, и понесся дальше.
Потом я видел некоторых из этих ребят на улице – компания из пяти или шести собралась вокруг неизвестного мне мальчугана чуть постарше. Они периодически сплевывали на пол и что-то говорили зажатому парню. Я не слышал слов – сначала просто смотрел. Потом зажатый парень, кажется, начал что-то просить у них, и те заулыбались. Затем внезапно один из них резко сплюнул на землю и пнул паренька в живот. Я больше не стоял – подбежал и раскидал этих парней. Тот мальчуган, что пнул паренька, помнится, пытался сопротивляться и хотел ударить меня – я просто аккуратно отбросил его, и тогда они все дали деру. У хрипящего и согнувшегося от боли парня я таки узнал, что он взял у них денег в долг – кажется, рублей пятьсот – матери на лекарство. Но долг так пока и не смог вернуть, хотя прошло уже около двух недель… В тот день я проводил парня до дому – он жил недалеко. Я обезопасил ему этот день – но кто, кто сможет обезопасить ему остальные дни его жизни от таких, как эти, кто, Александр?!
А на следующий день я стал свидетелем еще более занятной сцены. Решил поприсутствовать на уроке – математике, кажется. До сих пор картина стоит перед глазами: совсем молодая и уже плачущая учительница – и класс, злорадно улюлюкающий над ней… Они подложили ей крысу в письменный стол. Это в этот раз – а в прошлые были размазанные красками стулья, веером нарезанный классный журнал, даже кнопки на стуле…
Это я узнал от нее в тот день, когда вынужден был вмешаться и силой прекратить этот «урок» издевательства (вот ребята то радовались, что смогут свалить домой раньше!), и утешал эту девушку, еще совсем недавно закончившую педагогический ВУЗ и устроившуюся на свою первую работу…
Через три недели Лариса – так звали молодую учительницу – уволилась, не в силах больше это терпеть. Уволилась так же, как и предыдущие три девочки… Только вот продержалась она больше всех – три месяца. Остальные не выдерживали и этого.