Напротив, мастерских в реке стоит огромный плот бревен. Два буксира натужно тащили его до третьего лесозавода и по какой-то причине оставили на радость нам.
— Эти бревна пойдут через водный цех и лесопилку! Доски получатся хорошие! А после сушки доски погрузят на суда и увезут за границу! — объясняет Володя Перминов, житель третьего лесозавода.
Но нам нет дела ни до лесозавода, ни до его цехов, ни до досок. Солнце уже в зените, а в кузнечном цехе такая жара, что промокла даже спецовка. А с плотов так хорошо прыгать в воду «солдатиком» или нырять! За десять минут можно искупаться и охладиться от несносной жары. Если не шуметь, не барахтаться в воде, не орать, возможно, наших самовольных развлечений никто бы и не заметил. Но с берега уже звучит сердитый и негодующий голос старшего мастера:
— Все по цехам! Продолжить практику! Иначе я доложу начальнику о ваших безобразиях!
Мы быстро вылезаем на плоты, снимаем и выжимаем досуха трусы, не стесняясь своей наготы и того, что нас могут увидеть со стороны. Кому охота ходить в мокрой одежде?!
Старший мастер рад прочитать очередную лекцию по нашей безопасности:
— Плоты скреплены толстой проволокой. На дне реки тоже полно обрывков, стальных прутьев. Можно получить серьезную травму. Не зная броду, не суйтесь в воду! — известной пословицей он заканчивает нравоучение и говорит уже мягче:
— Через пару дней ваша практика заканчивается и лучше бы она закончилась без всяких происшествий. Поняли меня?
К концу июля практика в механических мастерских закончилась. Все мы по месяцу изучали слесарное, токарное и кузнечное дело и, надо сказать, многому научились. Расставание с мастерами было обыденным. Перед выстроившимися практикантами выступил старший мастер Хвиюзов:
— Закончилась ваша практика в цехах. Думаю, вы приобрели достаточные навыки рабочих специальностей. Эта практика необходима вам при оформлении и получении первого рабочего диплома «Механика третьего разряда судовых силовых установок». Желаю вам всем успехов в будущей работе!
Что ж, напутствие короткое и емкое. Впереди ждут четырехнедельные каникулы и, возможно, традиционная поездка в колхоз на картошку. На пороге сентябрь месяц — самый разгар сельскохозяйственных работ.
Глава II
Второй курс
Мы все ждали больших изменений в начале второго курса учебы. А второй курс начался с банальном поездки в колхоз на сельскохозяйственные работы.
Деревенским курсантам администрация заранее выслала извещения, чтобы задержались по месту жительства для работы в своих колхозах и совхозах, с последующим предоставлением справок с указанием отработанного времени.
Городские и иногородние курсанты были собраны в одну бригаду и отправлены в дальние деревни Виноградского района. Оказывается, в деревенской глуши нашелся подшефный район и даже колхоз. А мы даже об этом никогда и не подозревали!
— Что я там делать буду? — первым заныл Володя Турков, — я ведь ни пахать, ни сеять не умею, а коров видел только в кино!
— А тебе к коровам подходить не придется! У них свои пастухи и доярки есть! — подшучивал над неумехой Разулевич.
— Главное, запомни, у коровы рога спереди, а хвост и вымя сзади! На рога не попадись! — сыпали шутками и остротами остальные. — Если хочешь, мы тебя поваром или снабженцем поставим.
— Он накормит! Гвоздями ходить будешь по большому!
Рядом с будущими колхозниками кружится комендант:
— Обувь и одежду берите ту, что похуже! После колхозных работ все выбрасывать и сжигать придется!
— Да ты, дядя, хочешь нас в оборванцев и попрошаек превратить! — возмущается Володя Перминов, — таких оборванцев даже в колхоз не пустят!
— Вот и хорошо! Вот и хорошо! — восторженно завизжал комендант, — Вернетесь обратно, у меня любому оборванцу работа найдется!
— Так ведь там тоже выходные есть! Вечера для молодежи, кино, танцы, наконец! Куда мы в таком рванье пойдем?
— Вы едете помогать деревне! Картошку копать, урожай собирать! А вы о танцах думаете! На курорт что-ли поехали?
С комендантом спорить бесполезно. У него своя, сермяжная правда, да он и не понимает современную молодежь. Но все, про запас берут с собой и хорошую одежду, каждый на свой взгляд и на свой вкус. Одни предпочитают морскую форму, другие — гражданскую, модную, если таковая есть дома.
Без особого энтузиазма строимся в колонну по два. Всего то двенадцать человек, меньше половины учебной группы. Остальные, крестьянские сыны в родных колхозах и совхозах Архангельской области. У них единственная радость: все-таки дома, под крылом родителей.
Денег на билеты выделено ровно столько, что хватило только на самый низший — третий класс. Места не указаны, располагаемся где придется, прямо на палубе. На верхней палубе хорошо: внизу плещется вода, ритмично хлопает колесо своими плицами, загребая воду и толкая пароходик вперед. По обеим берегам Двины проплывают деревеньки и села, пасется колхозный скот на лугах. Буйный, зеленый, пока еще не вырубленный лес, кое-где тронут пятнистой желтизной увядания.
На второй палубе молодежи не видно. Старушки с узлами сидят прямо на грязной, заплеванной палубе, грея спины о теплые покрытые теплоизоляцией бока судового котла. Увидев нас, почти оборванцев, испуганно прячут поближе к себе свой скарб узлы и корзины. Внизу, в проеме, огражденном поручнями видно, как огромный механизм паровой машины крутит без устали гребной вал колесника-парохода. Огромная поленница бревен для топочных жерл тает на глазах. Во время коротких стоянок топливо подвозят на лошадях, и поленница бревен опять пополняется.
— Куда мы с вами поступили? Наша будущая работа паровые котлы и машины! Это же позапрошлый век! Надо было идти учится на финансовые, экономические, химико-технологические специальности! — с поздним сожалением вздыхают отличники, глядя вниз на сопящую, чавкающую и как будто горестно вздыхающую паровую машину.