Веспасиан. Фальшивый бог Рима: читать начало книги онлайн

Не считая рискованного нападения с моря, вторгнуться в Египет по суше можно только с северо-востока, через Иудею и лоскутное одеяло крошечных царств и тетрархий, что её окружают, задействовав при этом четыре других легиона, расквартированных в Сирии.

Макрону же, чтобы удержать за собой Египет, достаточно того, чтобы сирийские легионы были задействованы где-нибудь в другом месте. Что, собственно, он уже и сделал в прошлом месяце. Какой, однако, ловкий и дальновидный политический ход, надо признать.

— Парфянское посольство, — прошептал Азиатик. — Потрясающий ход.

— Согласна, ещё какой! — сказала Антония, довольная тем, что консулу понятен ход её рассуждений.

— Но ведь это лишь кучка мятежной знати, которой хотелось сместить с парфянского трона царя Артабана и поставить на его место Фраата, который находился в качестве заложника здесь, в Риме, — возразил Корбулон. — При чём здесь Египет и Макрон?

Веспасиану смутно вспомнились слова Магна о мятежных парфянах, сказанные, когда тот прибыл в Киренаику.

— При всём, — отозвалась Антония. — Если внимательно посмотреть на время их прибытия в Рим и на то, кто организовал это посольство.

— Ирод Агриппа, — произнёс Веспасиан, внезапно всё вспомнив, за что вознаградил себя глотком вина.

Антония пристально посмотрела на него — мол, откуда ему известно?

— Верно. Ирод уже давно пытается убедить Тиберия, что тот должен восстановить Иудею в качестве вассального царства, а на трон посадить его самого. Однако Тиберий до сих пор отказывался его слушать. Макрон наверняка пообещал Ироду то, что тот хочет, в обмен на его влияние на недовольную парфянскую знать, дабы убедить их, что сейчас лучший момент для смены царя. Друг Ирода, Фраат, — единственный живой представитель династии Аршакидов, а значит, единственный законный претендент на парфянский трон. Думается, Фраат был бы только рад оказать ему услугу.

— Как, однако, ловко задумано, — улыбнулся Азиатик. — Тиберий, разумеется, согласился. Артабан посадил на армянский трон своего сына Аршака, в результате чего баланс сил на Востоке сдвинулся в сторону Парфии.

— Совершенно верно, консул. Я знаю, что Тиберий заставил Фраата пообещать, что в обмен на трон тот возвратит Армению в сферу влияния Рима. Тиберий считает, что внёс весомый вклад в римскую дипломатию, и теперь посылает Луция Вителлия, нового наместника в Сирии, с его легионами в Парфию. Война — а без неё не обойтись — продлится самое малое два года, а то и три. То есть дольше, чем проживёт Тиберий. Как только Макрон и Ирод запустили идею парфянского посольства в действие, им осталось лишь устроиться поудобней и ждать, когда Тиберий на неё клюнет.

Судя по лицу Корбулона, до него тоже наконец всё дошло.

— Кажется, я понял. Макрон ждёт, когда Тиберий умрёт сам или же ему помогут, причём на тот момент война ещё не закончится. После чего он возведёт на трон Калигулу и в качестве вознаграждения получит Египет. Поскольку сирийские легионы будут завязаны в Парфии, он сможет создать буферное государство, объединив Иудею, Галилею и Идумею и прочие мелкие еврейские царства, во главе которого поставит Ирода.

Антония кивнула.

— Ирод уже готовит для этого почву. В прошлом году по пути в Рим он сделал остановку в Александрии. Здесь его жена убедила алабарха ссудить им огромные деньги. Ирод же, вместо того чтобы вернуть мне долги, втайне от Клавдия и Нарцисса пустил эти деньги на закупку зерна.

— Но ведь какой бы тайной ни была сделка, вряд ли она избежала бы внимания со стороны агентов императора. Тогда бы Ирода ждало бы суровое наказание, — резонно заметил Азиатик.

— Только в том случае, если бы это привело к недопоставкам зерна в Рим. Но их не было. Поместья, в которых он его приобрёл, выполнили свою квоту. Так что Ирод закупил зерно, предназначенное для второстепенных провинций.

— Теперь понятно, откуда такая нехватка зерна в Киренаике, — заметил Веспасиан. — Кстати, это была одна из причин волнений среди местных евреев.

— Думаю, Ироду глубоко наплевать на евреев в Киренаике. Зерно нужно ему лишь для того, чтобы с его помощью заполучить себе новое царство. Независимое объединённое еврейское государство имело бы необходимые человеческие ресурсы для создания внушительной армии, а её, как известно, нужно кормить. Зато она — залог его могущества. По крайней мере, чтобы не допустить вторжения Гая в Египет через Иудею.

— И Калигула не сможет ничего поделать, поскольку в руках Макрона окажется львиная доля запасов зерна, и он вполне может этим нас шантажировать.

— Именно, — согласилась Антония. — Но сначала он должен заполучить в свои руки Египет. А для этого ему нужны деньги, и немалые, чтобы купить верность расквартированных там легионов и союзных когорт. А с деньгами у него туго.

— И поэтому он решил объединить силы с Поппеем? — сказал Веспасиан, наполняя кубок. — Серебряные рудники его семейства в Испании, коль их хватило на подкуп фракийских мятежников, наверняка обеспечат Макрона звонкой монетой.

— Более чем, — согласилась Антония и сделала знак Паллу, чтобы тот наполнил ей кубок. — В свою очередь Макрон обещал ему свободу действий здесь, в Риме. Теперь Поппею ничто не мешает свести счёты со своими врагами, а надо сказать, он наделал себе их немало. Со своей стороны Поппей согласился ссудить ему деньги, необходимые для того, чтобы стать крупным землевладельцем в Египте, для чего он...

— ...скупит все поместья у Клавдия, — в один голос закончили её мысль гости.

— Тем более что зерно резко выросло в цене после гибели флота, перевозившего последний урожай.

— Но ведь и цена поместий тоже наверняка выросла? — резонно рассудил Веспасиан, довольный тем, что разговор зашёл о том, в чём он сам неплохо разбирался: о деньгах.

— Тоже верно. Но это на руку всем участникам. Поппей будет рад, так как Макрон займёт у него больше денег и он нагреет руки на процентах. Макрон, в свою очередь, получит от угодий хорошие барыши, на них — приобретёт лояльность, без которой ему никак не обойтись. Вряд ли он станет считать каждый грош, ведь это не его деньги. Когда же Египет будет в его руках, он сможет расплатиться по долгам за счёт налогов.

Клавдий же неплохо заработает, с выгодой продав поместья Макрону. Ирод тоже счастлив: он не только скупил у Клавдия почти все остатки зерна, но, будучи в Риме, продолжал покупать ещё на деньги, занятые у Поппея. Теперь он может часть запасов продать по более высокой цене и тем самым частично решить свои финансовые проблемы.

— Какие, однако, счастливцы, — хмуро заметил Азиатик.