— Думаешь, нам действительно нужно...
— Через несколько дней, Отсо, мы все будем в лесу, или в плену, или мертвы! Неталю, конечно же, плевать на своих солдат, но он точно не кретин, и потому уже понял, что для победы нужна полномасштабная война. Так что такой она и будет... Эй, там!
Снаряды упали прямо на оборонительные рубежи, и на этот раз васки потеряли двух человек убитыми и еще нескольких ранеными. Теперь враг был уже хорошо виден: продвигаясь медленно и осторожно, берандийцы были уже не более чем в пятистах метрах. Трое солдат неприятеля улеглись на землю и начали устанавливать на треногу сверкающую металлическую трубу.
— Пулемет?
Акки поднес бинокль к глазам.
— Да нет, такого везения у нас не будет: это тяжелый фульгуратор старого образца. Какова максимальная дальнобойность ваших луков?
— Четыреста шагов.
— У них, насколько я помню, триста — триста пятьдесят. Нужно быстро что-то придумать... Отсо! Давай-ка сюда большой фульгуратор, да поскорее!
На той стороне один из берандийцев уже прицеливался, водя туда-сюда длинным стволом. Блеснул тонкий голубой луч, побродил по стене, остановился. Камни рассыпались в пыль, стена частично обвалилась. Затем луч скользнул по вершинам утесов, и один из васков, по неосторожности поднявший голову, подскочил и упал замертво. Акки уже настраивал свой аппарат.
— К счастью, я хороший стрелок, и мой фульгуратор гораздо лучше, чем их. Постараюсь попасть по нему и взорвать магазин. Они могут и не заметить короткой вспышки, — подумают, что взорвался сам фульгуратор, как иногда случалось с первыми образцами.
Он долго целился, затем резко нажал на спуск — внизу, в долине, ослепительно сверкнула молния.
— Попал! Это должно дать нам небольшую передышку.
Словно опровергая его слова, в самую гущу укреплений
упали три снаряда, и тут же, поддерживаемые очередями автоматического оружия, берандийцы устремились в атаку. Акки положил руку на спину Отсо:
— Дождись, пока они не окажутся от нас в пятидесяти метрах!
Враг приближался под прикрытием завесы стрел второй и третьей линий наступления. Когда берандийцы подошли достаточно близко, Отсо подал сигнал. Васки вышли из своих окопов и начали стрелять. Стрелы пересекались, выпущенные пращами камни завывали и с громким стуком ударяли в щиты, если же камень попадал в человека, раздавался ужасный глухой удар по живому телу. Люди падали и с одной стороны, и с другой. Берандийская волна достигла основания первой стены и, раздавленная глыбами, сброшенными с утесов, схлынула. Не вступая в рукопашный бой, неприятель откатился к равнине.
— Первая атака отбита. Подождем продолжения, — сказал Акки. — Полагаю, они не станут тянуть и скоро снова перейдут в наступление.
Он осмотрел долину в бинокль.
— Там, за деревьями, полно людей, — по меньшей мере от четырех до пяти тысяч.
Приглушенное восклицание заставило его обернуться. Отсо смотрел на поднимающееся над горами тяжелое, серовато-розовое под косыми лучами солнца облако дыма.
— Они подожгли Сар!
— Есть ли риск, что нас обойдут?
Нет. Единственная дорога, которая ведет в Сар от моей деревни, проходит через очень узкую теснину. Сарцы наверняка туда уже отступили и будут ее защищать.
— Боюсь, вскоре нам и самим придется отступить.
Высокий васк пожал плечами:
— Ну, это я и сам понимаю.
— Не думаешь, что лучше отступить сейчас, соблюдая порядок, чем потом, в панике?
— Тут я с тобой согласен. Арамбуру!
Подскочил какой-то юноша.
— Беги в деревню и скажи, что мы приступаем к эвакуации. Пусть женщины и дети сейчас же уходят к лесу бриннов, вдоль плоскогорья и долины Эрреки. Пусть выпустят скот и гонят его в горы. Быть может, позднее нам удастся собрать хотя бы часть животных.