— Самые одинокие из людей те, кто познал однажды прикосновение любви и был оставлен своим возлюбленным, — внезапно родились у меня слова.
В эту секунду из-за низко плывущих облаков вынырнул тарн и у самой воды расправил широкие крылья. Вот уже несколько дней я ожидал, когда это произойдет. Черной тенью, со скоростью выпущенной стрелы птица скользнула над замершей поверхностью воды и на мгновение застыла над крепостной стеной.
Часовые подняли тревогу. На стену выскочили охранники.
Тарн вцепился когтями в ограждение крепостной стены и, запрокинув голову, издал пронзительный крик. В свете факелов я различил фигуру сидящего в седле воина, голову которого скрывал глухой железный шлем. Воин наклонился в седле и протянул руку к стоящей на стене девушке, Эли-нор. Она вскрикнула, бросилась к нему и через секунду уже лежала в тарнском седле, поднятая сильными руками воина.
Турнок сорвал с плеча лук со стрелами и натянул тетиву.
— Нет! — приказал я, удерживая его руку. Он ошеломленно посмотрел на меня. Глаза его пылали яростью.
— Нет! — настойчиво повторил я.
Человек в глухом шлеме величественным жестом бросил за ограждение крепостной стены какой-то предмет. У самой его головы просвистели две выпущенные охранниками стрелы. Со всех сторон по крепостной стене к нему бежали люди. Я слышал их крики и грохот оружия. Еще две стрелы со свистом ушли в ночное небо; одна из них зацепила крыло тарна. Птица пронзительно вскрикнула, оторвалась от стены и стала медленно набирать высоту, уходя от града провожающих ее стрел. Ее черный силуэт ясно вырисовывался в свете горианских лун.
— Я мог бы уложить его на месте! — воскликнул Турнок. 439
— Именно этого мне и не хотелось, — признался я.
— Преследовать его, капитан? — крикнул снизу один из охранников.
— Нет, — ответил я. — Все спокойно. Продолжайте отдыхать.
— Вы потеряли девчонку! — не мог успокоиться Турнок. — Он забрал ее с собой!
— Принеси мне предмет, который он бросил на стену, — попросил я.
Турнок направился к месту, где только что находился дерзкий похититель, и вскоре вернулся, неся в руках кожаную сумку. Это оказался большой кошель, доверху набитый золотом. При свете факелов мы насчитали сотню золотых монет. На каждой из них стоял герб Трева.
— Ну вот, Турнок, — сказал я. — Теперь мы можем пропустить по кружечке паги и — спать! Утром мы должны встать пораньше. Нам нужно будет осмотреть “Дорну” и “Телу”.
— Да, мой капитан, — ответил Турнок. — Да!
Джон Норман
Странники Гора
Глава 1. РАВНИНЫ ТАРИИ
– Беги! – крикнула женщина. – Спасайся!
Она была босой, одетой во что-то, отдаленно напоминающее старый мешок; на плече женщина несла плетеную клетку с вулосами – домашними голубями, разводимыми ради мяса и яиц. Из-под тонкого, дырявого платка на мгновение показались испуганные глаза – она уже обгоняла меня.
За ней спешил мужчина с мотыгой – очевидно, её муж, тащивший мешок с домашним скарбом.
Он поравнялся со мной.
– Посторонись, со мной Камень Очага!
Я шагнул в сторону, даже не пытаясь обнажить оружие. Хотя я принадлежал к касте воинов и был хорошо вооружен, а на плече крестьянина лежала лишь грубая мотыга – я не мог не уступить ему дорогу: никто не смеет препятствовать человеку, несущему Домашний Камень.
Убедившись, что я не собираюсь нападать, мужчина приостановился и взмахнул жилистой рукой.
– Они идут! Дуй что есть силы! Беги к воротам Тарии!
Тария – белостенный горианский город, крепость, возвышающаяся среди бескрайних степей, на вольных просторах которых безраздельно властвовали «люди телег», или, как их здесь чаще называли, «народы фургонов».
Тария была неприступна.
Поторопив меня, крестьянин перекинул свой мешок на другое плечо и припустился во всю мочь, изредка испуганно оборачиваясь.