Паучок покосился на смотровую площадку, расположенную на сто втором этаже здания, и помахал рукой ребенку, которому посчастливилось оказаться там и заметить его. Глаза паренька стали напоминать чайные блюдца, и после секундного замешательства он помахал ему в ответ.
«Видишь, Паучок? Хотя бы одного человека ты сегодня обрадовал».
Поглядывая на кучкующиеся возле горизонта грозовые облака, Питер начал мысленно перечислять все свои встречи с ЩИТом за прошедшие годы. Также он попытался воскресить в памяти все, что его супергеройские приятели говорили о том, как связаться с агентами организации.
До него внезапно дошло, что Фил Коулсон, несмотря на свой кажущийся интерес к стенолазу как члену городской костюмированной элиты, никогда не приглашал Паука заскочить к нему на огонек: поболтать, выпить кофе, посмотреть игру, потусить.
«Думай, Паркер... Никто никогда не говорил тебе о каком-то месте, которое служит прикрытием для подпольной базы ЩИТа?»
Питер начал неосознанно постукивать по стальной балке, с которой он свисал... Бритье и стрижка... Бритье и стрижка.
Стук резко прекратился. Громко цокнув языком, он спрыгнул вниз и устремился к раскинувшимся под ним улицам. Его память наконец-то заработала как надо.
– Двадцать пять центов! – крикнул он на пути вниз.
– Тебе придется снять эту маску.
Человек-паук раздраженно уставился на старого парикмахера. Да как же донести свою мысль до старика?
– Мне не нужна стрижка, дедуля, – настойчиво произнес он, – мне нужно увидеть Фила Коулсона.
Мастер продолжал сметать клочья волос с потертого деревянного пола его парикмахерской в Нижнем Ист-Сайде.
– Кальсоны? Приятель, ты ошибся адресом.
– Нет, нет...
Он сдался. Было совершенно очевидно, что заведение вовсе не служило целям ЩИТа, а дедок никогда не был агентом под прикрытием. А если и был, то тогда, когда еще динозавры по земле ходили.
Человек-паук вышел на улицу. Его желудок заявил о себе так громко, что потревожил проходящую мимо таксу и как две капли воды похожую на нее хозяйку.
– Ах ты ж тупой идиот, – простонал он, в шутку стукаясь головой о дверной косяк парикмахерской. – Пиццерия!
Несколько прыжков и полетов через город привели его к следующей цели. Владелец маленького ресторана как раз рассказывал какому-то туристу о том, что угли в его печи для пиццы горят уже почти сотню лет, когда Человек-паук вошел внутрь и занял место за стойкой. Ему потребовалось поднапрячь память, пока он наконец не вспомнил маленькое местечко на 126-й улице и заскочил туда для решающей попытки.
– Привет, я... – обратился он к человеку за стойкой.
Оглядев его, мужчина произнес: «Погодь-ка» – и нажал на кнопку, спрятанную рядом с кассой. Стенолазу показалось, что он услышал ровный тихий гул.
– Ты что, только что?..
– Ага, – ответил мужчина, – полное сканирование тела. Протокол. Ты чист.
– Я чувствую себя оскверненным, – буркнул Человек-паук, когда мужчина отправил его к столику в дальнем конце помещения. После того как Питер уселся, стол начал опускаться. Человек-паук встрепенулся и крикнул владельцу:
– Эй, откуда ты знаешь, что я «чист»?
Мужчина мрачно улыбнулся.
– Это секретная информация.
Лифт опустил его на этаж-другой, и Человек-паук оказался в неприметном кирпичном, слабо освещенном коридоре. Паук прикинул, что эта база, судя по ее виду, уходит корнями в пятидесятые годы. Мило и в стиле ретро, идеально для стареющей шпионской организации.
Его уже поджидала неприветливая привлекательная дама с короткими темными волосами, одетая в форму высокопоставленного офицера ЩИТа. Одну руку она уперла в бедро, во второй держала планшет. У женщины было совершенно нейтральное выражение лица, но каким-то образом от нее исходило ощущение постоянного неодобрения.
– Мария Хилл собственной персоной, – произнес Человек-паук, – очаровательна, как всегда.
Агент скрестила руки на груди и уставилась на стенолаза.