Ну, в принципе, информация ни разу не секретная, даже строго наоборот, так что…
— Понял, Ода-сама. — поклон, наощупь пойти к дверям.
— И Гайдзин… — я остановился и повернулся с девушке. — Я очень надеюсь, что это больше не повторится.
Ответа от меня не ждут. Еще один поклон, и можно наконец-то занятся настоящей работой.
Ах да, сначала нужно дойти до комнаты. Как же я ненавижу все это дерьмо.
Глава 6
Проект медицинских реформ удалось закончить даже раньше, чем я думал. Самые банальные понятия гигиены, личной и общественной, регламент действий при оказании первой помощи, пока порядка 'руки перед операцией мыть и повязку накладывать', но уже в работе оказался полный гайд для врачей по лечению всяческих ран. Самые основы — как промывать, как и чем тампонировать, как перевязывать и вообще чем отличаются виды ран. Когда ко мне привели местного врача, при любом вопросе начинавшего втирать мне про духов и [пользу перегноя в деле лечения ран], я сорвался и послал его к черту, решив написать полный трактат по типам ранений. Это, конечно, все очень грубо и бесполезно от болезней, но в войне может очень помочь.
Сам трактат, если так можно назвать этот гайд, строился по принципу 'тип ранения — все о нем и что с ним делать'. В конце я добавил отдельный подраздел про всяческие пренеприятные последствия вроде перитонита, сепсиса, гангрены и столбняка, но ввиду того, что я с трудом сам понимаю как их лечат, и возможно ли их вообще вылечить в средневековых условиях, оставил как сноску. Пусть хоть знают, от чего умирают, что ли. Заняло это дело около недели, в течении которой я периодически срывался на писца, отбирал бумагу и писал сам. Но потом мне это надоедало, и бедолага снова получал свою работу.
Как бы там ни было, Набуна, в кои то веки получившая толковое объяснение того, что на самом деле происходит с ранами, ввела эту написанную на коленке бумажку как обязательную к изучению всем подчиненным самураям и лекарям, так что мне было чем гордится. Вернее, было бы, если бы введение обошлось без возбуханий со стороны буддистских монахов и прочих представителей местного духовенства.
Они и так смотрели на меня как на дерьмо, а уж теперь, после того жестокого попрания монополии на знания и вообще урону авторитету варварскими знаниями Набуне пришлось приставить ко мне охрану — пару бойцов, статуями вставшими у дверей в мои покои. Попытки заговорить с ними ни к чему не привели, так что я банально забил на это дело.
Банковское дело, судя по словам Нива, потихоньку развивалось под ласковым крылом власти дайме, так что девушка была в приподнятом настроении и буквально высасывала из меня знания. Не уверен, насколько полезны они будут в ближайшие лет триста-четыреста, но раз уж ей интересно, то почему бы и нет.
— Вас хочет видеть Ода-сама. — старик Еситору, который меня презирал настолько же ярко, сколь сильно бесился от моей компании, был приторно вежливым.
Я только кивнул, даже не поворачиваясь к старикану.
Дорогу к кабинету Набуны я уже выучил наизусть, и ориентируясь по стене пришел, куда надо без помощи. В коридорах, кроме стражи, никого не было, да и статус у меня теперь более, чем достаточный. Всем стало ясно, что двинутая на варварах дура из Овари нашла себе игрушку, и эту самую игрушку лучше не трогать.
Все это очень неприятно напоминало некую русско-польскую историю, закончившуюся выстрелом праха из пушки, так что я старался особенно не привыкать к успехам.
Постучавшись, вошел в кабинет, сняв повязку с глаз. В разговоре с ней мне лучше видеть человека.
— Садись. — даже голос девушки звучал устало. Очень, очень устало. — И повтори все, что тебе известно о войне Ода-Имагава.
Ого. Началось?
— Как прикажете, Ода-сама. — я задумался на пару секунду, освежая память. В принципе, я этой темой крупно интересовался… И никогда бы не подумал, что второй сегун так поможет мне в жизни. — Род Имагава, не так давно получивший контроль над родом Мацудайра, который впоследствии станет родом Токугава — черт, как же странно так говорить про будущее. — Решил окончательно разбить ослабленный гражданской войной дом Ода, и выдвинул двадцати пяти тысячную армию в бой. — а вот теперь нужно точно вспомнить все до деталей.
Черт, специально же записал, чтобы не забыть, как только понял, куда попал.
— М… Авангард армии вторжения под командованием Мацудайра захватил без боя приграничный замок, а основная армия двинулась к… — ну бля, где там эта битва была… — к Окахадзима, где начал атаку на приграничные форты.
Набуна только вздохнула. Сам понимаю, что не очень подробно.
— Что сделала… Я в твоем мире? — ну хоть что-то, на что я могу достоверно ответить.
— Выдвинулись с двухтысячной армией к месту боя и пошли на совершенно безумную, но гениальную авантюру. — я не смог сдержать восхищения в голосе. Черт, бой двадцать пять тысяч против неполных трех, в атаке — и полная победа. Какие там триста спартанцев, это что-то вообще запредельное. — Вы забрали все боеспособные войска из укреплений, по сути сдав их, после этого при помощи плохой погоды и горной местности спрятали армию, и когда враг расслабился, посчитав, что ваша армия разбита, прошли прямо к штабу Имагава, лично возглавив атаку. В итоге три тысячи победили двадцать пять, а имя Ода Набунага стало нарицательным в Японии. — Сдать укрепления, пожертвовать частью армии, вывести самые элитные войска в поле — и все чтобы атаковать превосходящую в восемь раз числом армию в открытом бою. — Совершенно непредставимая авантюра, обернувшаяся гениально просчитанным планом.
Набуна задумалась.
— Да… Я могу представить себя, проводящую битву именно так. — она резко остановилась. — Погоди. Ты говорил, что твои глаза могут убить что угодно?
Ну вот. Она тоже попала в эту ловушку.
— Да, Ода-сама. Но я не могу убить сразу всех солдат или… — девушка рявкнула.
— Молчать! — я послушно заткнулся. — Просто отвечай на вопросы. Имагава Есимото расположил свою ставку на холме?
— Да. — усилием я заставил себя просто ответить на вопрос.