А ведь все не так плохо. В броне только он один, сзади стоят помощники с дубинками.
— Это было… — ну надо же, а он умеет двигаться достаточно быстро в этих доспехах. Теперь нижний удар по ногам, причём железными поножами. Правая нога взорвалась болью.
Терпеть. Терпеть. Если я его убью — лучше мне не станет. Незаметно спрятать три трупа, даже порубленные на семнадцать частей, я не смогу.
— Разве я разрешал тебе говорить? — а вот теперь полноценный удар в челюсть. В глазах помутнело, я начал заваливаться назад.
Стальной перчаткой в голову. Хорошо хоть не пробило с концами.
— Что бы завтра я тебя здесь не видел, — мужчина, видимо, посчитав своё дело законченным, повернулся и, не оглядываясь, ушёл дальше по коридору.
Я же, облегченно вздохнув, прислонился к стене.
Мне действительно нужно уточнить у Ода пределы разрешённой самообороны. Или, если она не хочет терять ни бойцов, ни источник знаний, пусть позаботится о предотвращении подобных инцидентов.
Но следующий войны этот ублюдок не переживет. Если враги не убьют — лично выпотрошу, пока никто не видит.
Но пока что нужно доползти до койки и отлежатся. Проблемы с наездами можно решить, но вот мои обязанности с меня никто не снимал.
А значит с утра — за свитки.
Проснулся я, как и в прошлый раз, на рассвете. И снова не потому что так захотелось.
Лицо будто стянуло болезненной пленкой, на животе живописно синел кровоподтёк, да и правая нога не выглядела сильно лучше, но пришлось вставать. Тренировка с начальством будет, как я понимаю, около полудня, так что нужно успеть сделать к тому моменту хотя бы часть запланированного.
Итак, военная тактика.
Самураев и вообще тяжело бронированную элиту — в топку. Они тут традиционно есть у всех и вообще главная ударная сила, так что ничем в этом плане дом, владеющий всего одной провинцией, не удивит. К тому же обучать лет десять, и стоят чуть ли не золотом по весу.
Пикинеры против кавалерии, сзади них поставить на возвышении аркебузиров — послужат заградотрядом, если побегут. Да и самих конников проредят. А пикинеры прикроют от прорвавшейся пехоты, особенно если рядом с ними оставить резервных асигару.
Ну и в целом — больше асигару, больше огнестрела и меньше элиты. Так Набунага и победил в реальной истории.
Конечно, Набуна дойдёт до всего этого сама, если уже не дошла, но так быстрее.
Но все равно эти заметки будут разбирать профессионалы, готов поспорить, я не вижу кучи интересных возможностей.
Так что напишу как я самое интересное — житие Оды Набунаги. Наверное, читать про собственную будущую жизнь это очень странное ощущение.
Успел я до полудня описать не так уж и много — от рождения до первого восстания брата.
Про решающую битву я помню, к слову, только название "при Ино". Подозреваю, местным это скажет больше.
Ну, похоже, пришло время.
Дойти до додзе было не столько сложно, сколько болезненно. Правая нога постоянно пыталась подломится, да и при дыхании начинало саднить живот. Но я все-таки дополз.
Нобуна, к слову, свою основную тренировку уже закончила.
Хм, мне показалось, или ее глаза чуть сузились при виде моей синей рожи? Или это она так целилась?
Мне бросили бокен, и не дожидаясь бросились вперёд.
Не смотря на включённые глаза, избежать удара по лицу я не смог. Второй удар пришёлся в живот, сбив дыхание, и третий по ноге, чуть не отбросив на землю. И как только поняла, у меня же только лицо открыто.
— Меньше подволакивавай ногу. Враг не будет бить по здоровым местам. Или не показывай, или терпи. — спасибо за объяснения, блин.
Разойтись, сойтись, получить по голове или в грудь, снова разойтись. Как я не старался, дотронутся до её бокена не получалось. В Японии всегда было дерьмовое железо и легкогнущиеся мечи, так что парирований в стиле было мало, а Набуна вообще свела их к нулю, не давая мне возможностей использовать глаза.