— Кто ворует у Гомеза, долго не живёт.
Но я не стал заморачиваться с ответом. И так, понятно даже ежу, что в Старый Лагерь мне хода нет. Да и в Новый, пожалуй, тоже. Новички видели, что я проредил обе стороны и вряд ли действительно будут молчать. Так что, это скрыть не получится при всём желании. Разве что перебить всех оставшихся в живых свидетелей. Но к подобному я был не готов. Теперь-то уж, попробовав на практике, мог определённо утверждать, что убивать людей не люблю. И делать это буду только если меня вынудят.
Мы беспрепятственно прошли настежь открытые деревянные ворота заставы. Их охранники, видимо, погибли от стрел в самом начале схватки, не успев перекрыть проход. Помнится, в игре здесь стоял дружелюбный стражник, которого я, при последующей тотальной зачистке территории, никогда принципиально не трогал. Вон тот, с арбалетом, похож на него. Арбалет кстати дрянной, с массивным деревянным ложем.
Хотя — не факт. Судя по всему, я прибыл задолго до событий канона. Почему я так думаю? Резоны изложу позже. А сейчас надо двигаться. В принципе, идти нам не далеко. Вначале перебраться через речку. Через мост, а если там стражники стоят на посту — слева от моста переплыть к скалам. Там ещё ниша с кротокрысами и падальщик должны быть. Ещё левее — шершни, но нам туда не надо. Направо вдоль скалы. Обогнуть заставу в земли орков, спуск вниз, где охотничья стоянка Кавалорна. Затем подняться на несколько уступов в пещеру, где мы временно, максимум на пару дней, остановимся. Но для постоянного места жительства я собирался занять другую пещеру. Об этой знал как минимум один рудокоп, не помню как там его звали[20]. При неудачном стечении обстоятельств, он даже может уже там обитать. Да и она расположена слишком близко от дороги в Старый Лагерь. Опять же, размер пещеры маленький. А вот вторая, расположенная под тропой к развалинам форта, где Безымянный встретил орочьего шамана Ур-Шака, гораздо лучше. Правда добраться до неё за один раз будет сложно. И да, я не сомневался, что мои знания о Минентале верны. Может это слишком самонадеянно, экстраполировать малую часть на всё остальное, но тем не менее. То, что я увидел у озера и подъёмника отличалось от памятного из игры только масштабом и растительностью, рельеф же соответствовал до самых мелких деталей. Вон, впереди, показался навес по левую сторону, вход в заброшенную шахту, мост из грубых досок над головой, уходящая вверх уступом тропа. Всё вполне себе узнаваемое.
Скорее мимо, вниз по разбитой колёсами телег колее. Скелет висельника на месте, но я даже не стал подбирать воткнутый рядом в землю старый меч и выдёргивать стрелы из дерева. К чёрту также кирку, сундуки, молодых падальщиков, гоблина, кротокрыса, обитающих на скальных уступах. Пусть ими потом Безымянный заморачивается. Мы и без того нагрузились по максимуму. Эти бы ништяки благополучно унести, куда ещё желать большего.
Уже спустившись по горному распадку до начала относительно узкой, огороженной грубыми перилами со стороны пропасти, горной тропы, я заметил, что вслед за нами скрытно следует паладин. Причём, двигался он грамотно, держась в отдалении, и перебегая от укрытия к укрытию. Но вот мест базирования местных падальщиков не знал даже из игры, как я. Вот и нарвался случайно на одного. Крик птицы его демаскировал, хотя прожила она не долго — молодой падальщик не проблема для хорошего меча в руках умелого воина. Но даже недолгая возня за спиной всё же насторожила меня, позволив засечь слежку.
Я мысленно отругал себя. Конечно, были смягчающие обстоятельства. Тот же тяжёлый спуск по крутому горному склону, да ещё и с грузом на спине, никак не добавлял бдительности. А вся оставшаяся была полностью обращена вперёд, по пути следования.
Впрочем, эта проблема не требовала немедленного решения. Сейчас первоочерёдным было побыстрее убраться с узкого места, чтобы не натолкнуться на, наверняка уже спешащую сюда, помощь из Старого Лагеря.
Вот и подножие горы. Мы, по моему знаку, свернули направо, туда где в игре новичка встречали два вора, Ретфорд и Дракс. Сейчас их, естественно, здесь не наблюдалось. Но изгородь из грубых жердей наличествовала. Как и огромный старый пень, между корнями которого мы и затаились, с удовольствием сбросив мешки на землю.
Взяв по взведённому арбалету в каждую руку (девушка с неизвестным мне пока именем отдала свой с явной неохотой), я шепнул:
— Сидите пока здесь, надо разобраться с преследователем.
Выскользнув из временного укрытия, отправился назад. Спрятавшись в тень от нависающей скалы, снова подошёл к дороге. А вот и наш упорный паладин. Воин Инноса шёл широким, крадущимся шагом, неся на плече широкий двуручный меч. Ага, запыхался, шлем снял. Что-то я его не вижу, наверное в сумку спрятал. Это мне очень на руку…
Больше всего меня в данной ситуации поражало, что навешанный на него толстый слой железа практически не гремел. По крайней мере за треском цикад не было слышно ни звука. Вообще, этот боец производил довольно опасное впечатление. Оставалось только порадоваться, что мне давеча, на кураже, удалось так легко вывести его из игры.
Когда паладин прошёл мимо меня и завертел головой, осматриваясь, я шагнул ему за спину, и вскинув арбалеты на уровень груди, негромко сказал:
— Стой.
Он резко развернулся, но тут же застыл, увидев направленные ему в лицо стальные жала болтов. Медленно снял меч с плеча, опёршись на него, как на трость.
Тянуть время смысла не было. Поэтому я заговорил первым.
— Я не прошу меня извинить, за то что сделал. Но пути назад у тебя теперь нет. А сейчас нам надо отойти от дороги, пока здесь не появился ещё кто-то из врагов.
Его умные серые глаза презрительно сощурились, а рот перекосила кривая ухмылка.
— Кому враги, а кому сотоварищи. Ты то здесь будешь как рыба в воде. Да я за все годы своей службы ещё не встречал такого наглого каторжника.
При этом он спокойно, не обращая внимания на всё также нацеленные в его лицо арбалеты, последовал за мной.
Мы спорили битых полчаса. За это время мимо нас, вверх по тропинке, промчалась группа вооружённых людей. Судя по расцветке одежды — это были стражники Старого Лагеря.
— Говорю тебе, что ты попал сюда не случайно. — продолжил я полоскать мозги паладину, когда топот и звяканье оружия отдалились. — Именно здесь помощь делу Инноса[21] требуется как нигде более в мире.
— Да бред ты несёшь! Какой ещё демон! Барьер вокруг рудников возник просто потому, что маги что-то напортачили. — всё так-же непримиримо возражал тот. На первый взгляд вроде не дурак, но какой-же твердолобый фанатик!
Ничего, рано или поздно, ему всё-таки придётся мне поверить. Понятно, что моё предзнание будущего от реальности отличается примерно как комикс от кино. Уверенности в деталях нет и быть не может. Но основные расклады я примерно знаю. На достаточном уровне, чтобы промыть мозги не только этому недоверчивому паладину, но и людям гораздо более опытным. Магам огня и воды, гуру, Ксардасу в конце-концов. Так что буду, кроме всего прочего, считать этот разговор тренировкой на кошках.
Наконец мне удалось убедить собеседника принять моё предложение. Брать его с собой до конечной точки маршрута я не планировал в любом случае. Не хватало мне ещё неизбежных боданий за лидерство. Я ведь по натуре не вождь, власть и связанная с ней ответственность… не моё это. Поэтому решил его оставить обживаться во временном пункте, через который пролегал наш путь. Пещере того рудокопа, да! Вспомнил! Его имя — Гилберт. А там дальше видно будет.
Кстати, в процессе разговора, мы представились друг-другу. Паладина звали Аделар. Орёл по нашему. Новую женщину — Фэйт. Вроде-бы это на английском значит судьба? Прикольное имя. Я же назвался Астором, как давно уже задумал. Почему? Во время первого участия в боях без правил у меня была кличка Ястреб, Hawk. И все последующие никнэймы в Интернете так или иначе обыгрывали этот образ. В общем, такое имя было мне вполне по духу и душе, так что — буду ястребом на немецкий манер. Да и имя паладина косвенно подтвердило правильность подобного выбора. И пусть меня после этого посчитают суеверным, я это переживу.
5
Договорившись о правильной последовательности ближайших действий, мы двинулись по выбранному маршруту. Добравшись к реке, я ещё раз убедился, что знания из игры в самом деле очень точно отражают окружающую действительность. Сходились даже мелкие детали, вроде расположения на местности местного зверья. Сама местность различалась разве что масштабом — в реальности расстояния были больше в несколько раз. Так что мы без труда обошли пасущуюся вдоль склона горного хребта стаю падальщиков.
[20] Гилберт
[21] местный бог огня и света, о теологии этого мира будет рассказано позже