Полярный конвой. Пушки острова Наварон: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Как? Как вы сказали? – Отвратительная улыбка неожиданно блеснула на лице Шкоды, и он пришел в равновесие. – Вы слишком усердны, лейтенант. Напомните мне, чтобы я поговорил с вами на эту тему. Вы меня недооцениваете: это я и хотел сделать – заставить Меллори говорить под страхом смерти. А вы все испортили. – Лицо его улыбалось, голос звучал легко. Но у Меллори не было на этот счет иллюзий: молодой лейтенант из горного батальона фактически спас ему жизнь. С таким человеком, как Турциг, можно легко подружиться, если бы не эта проклятая война. Шкода снова стоял перед ним. Пистолет остался на столе.

— Ну ладно. Оставим глупости. Не правда ли, капитан

Меллори? – Белые зубы немца так и сияли в тусклом свете электрической открытой лампочки. – Ведь у нас впереди еще целая ночь.

Меллори посмотрел на него и отвернулся. В караульном помещении было душно, но он почувствовал, как неприятный холодок пробежал по телу. Стоящий перед ним немец весь был пропитан злобой. Меллори видел это.

— Но-но-но, теперь-то мы стали неразговорчивы, а, мой друг? – Он что-то замурлыкал под нос, потом резко вскинул голову, улыбка стала еще шире. – Где взрывчатка, капитан Меллори?

— Взрывчатка? – Меллори вопросительно поднял бровь.

– Не знаю, о чем вы говорите.

— Так. Значит, не помните?

— Я не знаю, о чем вы говорите.

— Так, – Шкода снова что-то замурлыкал и подошел к

Миллеру. – Ну, а вы, друг мой?

— Конечно, я помню, – весело сказал Миллер. – Капитан ошибся.

— Вот и умница, – проворковал Шкода. Но Меллори мог поклясться, что в голосе немца звучали нотки разочарования. – Продолжайте, друг мой.

— Капитан Меллори не замечает деталей, – растягивая слова, сказал Миллер. – В тот день я был с ним. Он оскорбил благородную птицу. Это был гриф, а не марабу...

На секунду улыбка исчезла с лица Шкоды. Потом снова появилась. Мертво застывшая, безжизненная, будто нарисованная.

— Они очень и очень остроумные люди. Не правда ли, Турциг? Как сказали бы англичане, прямо комедианты из мюзик-холла. Пусть посмеются, пока могут. Пока петля палача не затянется... – Он посмотрел на Кейси Брауна. –

Может быть, вы?..

— Почему бы вам не запрыгнуть на самого себя с разбегу?

— Запрыгнуть на самого себя? Я что-то не понимаю идиомы. Но сомневаюсь, что это комплимент. – Шкода выбрал сигарету из плоского портсигара, задумчиво постучал ею по ногтю большого пальца. – Хм, нельзя сказать, что они собираются с нами сотрудничать, лейтенант Турциг.

— Этих людей не заставишь говорить, герр гауптман, – в голосе Турцига слышалась твердая уверенность.

— Возможно, и так, возможно, и так, – в тоне Шкоды не было превосходства. – Как бы то ни было, я получу информацию, которая нужна. Буквально через пять минут. –

Он подошел к столу, нажал кнопку, вставил сигарету в нефритовый мундштук и облокотился на стол. В его движениях были надменность и небрежная презрительность.

Даже в том, как он скрестил ноги в сияющих сапогах.

Неожиданно открылась боковая дверь, и, подталкиваемые стволами винтовок, в комнату вошли двое. У Меллори перехватило дыхание, ногти яростно впились в ладони.

Лука и Панаис. Лука и Панаис, связанные, истекающие кровью. У Луки – рана под глазом. У Панаиса пробит череп. Значит, их тоже схватили, несмотря на его предостережение! Оба в жилетах. Лука без своей богато расшитой куртки и алого кушака – станта. Не было на нем и того маленького арсенала оружия, который он носил. Выглядел он странно – жалко и скорбно. Странно потому, что лицо его покраснело от гнева, а усы топорщились яростнее обычного. Меллори равнодушным взглядом окинул маленького человечка. Лицо Луки тоже не выразило ничего.

— Ну же, капитан Меллори, – укоризненно сказал

Шкода, – у вас и двух слов не нашлось, чтобы поприветствовать своих старых друзей. Нет? Или вы слишком удивлены? – ласково предположил он. – Или вы не ожидали такой скорой встречи? А, капитан Меллори?

— Дешевый трюк! – презрительно ответил Меллори. – Я

никогда не встречал этих людей, – его взгляд скрестился со взглядом Панаиса. В глазах грека была черная ненависть, яростное недоброжелательство. И в этом было что-то отвратительное.

— Конечно, нет, – устало вздохнул Шкода. – О, конечно же, нет! Человеческая память так коротка, не правда ли, капитан Меллори? – Вздох его был явно притворным.