– Мы знаем. Там пятеро врачей. Над ним поставили стерильную операционную палатку. Рядом лежат двое пожелавших дать кровь. Тиратрон, искусственное сердце и печень уже работают.
– Тогда ведите меня в переговорную. Соединитесь с мировой сетью и вызовите центр информации северного пояса. Как спутник пятьдесят семь?
– Вызывали. Он молчит.
– Разыщите спутник в телескопе и рассмотрите при большом увеличении в электронном инверторе…
– Машины серьезно повреждены, и новых записей на индикаторе нет.
– Все погибло, – прошептал Мвен Мас, опуская голову. Ночной дежурный северного центра информации увидел на экране измазанное кровью лицо с лихорадочно блестевшими глазами. Он тщательно всмотрелся, прежде чем смог узнать заведующего внешними станциями – широко известную на планете личность.
– Мне нужно председателя Совета Звездоплавания
Грома Орма и Эвду Наль, психиатра.
Дежурный кивнул и принялся оперировать с кнопками и верньерами памятной машины. Ответ пришел через минуту.
– Гром Орм готовит материалы и ночует в жилом Доме
Совета. Вызвать Совет?
– Вызывайте. А Эвда Наль?
– Она находится в четыреста десятой школе, в Ирландии. Если нужно, я попробую вызвать ее, – дежурный посмотрел на схему, – к переговорному пункту 5654СП.
– Очень нужно! Дело жизни и смерти!
Дежурный оторвался от своих схем.
– Случилось несчастье?
– Большое несчастье!
– Я передаю дежурство своему помощнику, а сам займусь исключительно вашим делом. Ждите!
Мвен Мас опустился на придвинутое кресло, собирая мысли и силы. В комнату вбежал заведующий обсерваторией.
– Только что фиксировали положение спутника пятьдесят семь. Его нет!
Мвен Мас встал, как будто не получил никаких повреждений.
– Остался кусок передней части – порт для приема кораблей, – продолжался убийственный доклад. – Он летит по той же орбите. Вероятно, есть еще мелкие куски, но они пока не обнаружены.
– Значит, наблюдатели?.
– Несомненно, погибли!
Мвен Мас сжал кулаками нестерпимо болевшие виски.
Прошло несколько томительных минут молчания. Экран вспыхнул снова.
– Гром Орм у аппарата Дома Советов, – сказал дежурный и повернул рукоятку.
На экране, отразившем большой, тускло освещенный зал, возникла характерная, всем знакомая голова председателя Совета Звездоплавания. Узкое, будто разрезающее пространство лицо с крупным горбатым носом, глубокие глаза под скептическими угловатыми бровями, волевой изгиб твердо сжатых губ.
Мвен Мас под взглядом Грома Орма опустил голову, как набедокуривший мальчишка.
– Только что погиб спутник пятьдесят семь! – Африканец бросился в признание, как в темную воду.