– Стоп, Магнус! Подожди! Давай по порядку. Моё материнское воображение рисует самые нелицеприятные картины. Где вы сейчас?
– Швейцария. — Как на экзамене ответил Бейн.
– Слава Богу! То что ты в одной из самых безопасных стран мира — успокаивает. Почему вы покинули поезд?
– Ну, понимаешь…
– Не юли! — Строго отдала приказ женщина, чем побудила отпрыска к большей решимости.
– Течка. — Стыдливо произнёс мужчина — У него началась течка. И мы с его сестрой решили, что не лучшая идея оставаться в поезде среди сотен чужих альф.
– Разумно! Хотя ты мог его просто пометить, и вам бы не пришлось никуда бежать. Никто бы не посмел тронуть меченого омегу.
– В том то и дело, что всё не так просто.
– Объяснишь?
Магнус тяжело выдохнул. Никто не похвалит его партнёра за содеянное. Многие даже осудят и назовут «безголовой омегой, которой самое место у плиты» или же «эгоистичной истеричкой, которая решила переть против своей природы». Когда всплывёт правда — достанется всем, кто был так или иначе причастен к конспирации Александра. Поэтому, глупо было утаивать что-то ещё и от родных.
– Мой омега невинный.
– Оу… — С уст женщины сорвалось искреннее удивление. В современном мире вопрос сохранения целомудрия до брака себя изжил. Люди забыли о морали и моральности. Все жили здесь и сейчас: одним моментом. — Это большая редкость в наше время.
– Ага. А ещё он выдавал себя всю свою жизнь за бету.
– Зачем?
– Он мужчина, мам. Он родился идеальным человеком внешне и с огромным изъяном, в виде природы омеги, внутри. Он даже от родителей скрыл, кем является на самом деле. И знаешь, я не могу его винить…
– Сделаю вид, что не слышала того, как ты назвал настоящую природу своей пары, изъяном. — Тон женщины прозвучал как треск льда под ногами: так же опасно и отчаянно. — Мне впервые стыдно за нас, сын.
– Мам я…
– Нет, Магнус. Это моя вина. Я не рассказала тебе, что такие пары тоже бывают. Омеги-мужчины на столько редки, что на планете их не больше полусотни. Но эта связь, Магнус… Я искренне рада, что твоя пара именно такая. Эти особи любят настолько самозабвенно…хм…да ты и сам это скоро поймёшь.
– Но, мам. Я тоже… тоже способен любить. Точнее, уже люблю. Любил ещё до того, как узнал что это мой…
– Ох, сын! Думаю ты не мне это должен говорить.
– Мне страшно, мам. Я так взволнован и так напуган, что ноги немеют.
– Вдохни и выдохни! В конце-концов ты альфа и это твоя суть быть сильным для него.
– Что с нами будет? Скажи, как мне уберечь его от всеобщей травли? Послезавтра пресс-конференция в Берлине, и то что мы на ней не появимся уже вызовет кучу вопросов. Мы не только сами пойдем ко дну, но и весь проект за собой утащим.
– Погоди. Ты хочешь сказать, что твоя пара кто-то из твоих коллег?
– Это Александр, мам.
– Александр? Мальчик, который играет твоего парня? То есть парня Гарри?
– Он самый.
– Но как ты раньше не понял? Ладно. Это сейчас не важно. Ты сказал, что течка уже началась, а значит у нас меньше трёх суток. Мне нужно связаться с его семьей.
– Мам, я не знаю есть ли у нас на это право. Всё же его родителям не известно о том, кем он является на самом деле.
– Магнус! Ты сам сказал, что сейчас речь идёт не только о вас двоих. Пострадает очень много людей вокруг. Они ведь стали вашими друзьями за эти годы, разве нет? Ладно вы собой пренебрежете, но вы не вправе поступать так с остальными.