– Вот они все.
Даспри проверил их, внимательно осмотрел и положил в карман.
– Прекрасно, ты сдержал слово.
– Но…
– Что «но»?
– А два чека?. Деньги?..
– Ну и наглец же ты, дружище. Подумать только, он еще чего-то требует!
– Я требую то, что мне положено.
– Неужели тебе что-то должны за бумаги, которые ты украл?
Но Варен, видно, уже не отвечал за себя. Он дрожал от злости, глаза его налились кровью.
– Деньги… двадцать тысяч… – пробормотал он.
– Ни за что… я сам знаю, куда их употребить.
– Деньги!
– Ну хватит, будь благоразумным и оставь-ка свой нож в покое!
Даспри схватил его за руку с такой силой, что Варен взвыл от боли.
– Иди прочь, приятель, – продолжил Даспри, – свежий воздух сейчас полезен тебе. А может, тебя проводить? Мы пойдем через пустырь, и я покажу тебе груду камней, под которой…
– Это ложь! Ложь!
– Нет, это правда. Ведь маленькая железная пластина с семью красными дырочками именно оттуда. Луи Лакомб с ней никогда не расставался, как ты помнишь. Вы с братом закопали ее вместе с трупом… и другими предметами, которые наверняка чрезвычайно заинтересуют полицию.
Варен закрыл лицо яростно сжатыми кулаками. Затем сказал:
– Что ж, меня здорово облапошили… Оставим это.
Только скажите… одно слово, я хочу знать…
– Была ли в тайнике… в том, что побольше, шкатулка?
– Была.
– Когда вы пришли сюда ночью с 22 на 23 июня, она еще находилась там?
– Да.
– И в ней лежало?.
– Все, что спрятали туда братья Варен, – очень симпатичная коллекция драгоценностей, бриллиантов и жемчуга, которые упомянутые братья ухитрились стянуть отовсюду, где можно.
– И вы их забрали!
– Конечно! Поставь себя на мое место.
– Значит… мой брат покончил с собой, обнаружив, что шкатулка пропала?