Фантастика чехословацких писателей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но странный пациент уже не слушал говорливого седобородого доктора. Он мгновенно вспомнил все, вспомнил свое прошлое, свое имя, свое место в жизни, вспомнил, что будет делать, когда вернется из плена. Все вдруг прояснилось, стало близким и понятным...

Лишь имя Огисфера Муллера напомнило ему жуткий сон. И с полуудивленной улыбкой он сказал:

– Мне снилось, что я блуждал по дому в тысячу этажей

А Огисфер Муллер был хозяином этого дома.

РАССКАЗЫ

Ян Вайсс

Никто вас не звал

Наконец-то я добрался до деревянной будки.

Стены ее как бы вросли в землю, с одной стороны –

вход, с противоположной – окошко. Я постучал по листу ребристой жести, которым был загорожен вход. Так обычно гости оповещают о своем приходе, но здесь вместо дверей зияла дыра.

– Кто это? – послышался неприветливый голос.

– Доктор Ружичка, – представился я. – Можно к вам на минутку?

– А в чем дело? – ворчливо спросил человек в будке.

– Я хочу вас осмотреть. Как вы себя чувствуете?

– Не жалуюсь. Все в порядке. Здоров как бык.

– Но вы хоть выгляните, чтобы я мог вас послушать.

Или давайте я войду.

– Идите своей дорогой и оставьте меня в покое!

– Из этого ничего не получится. Меня привел сюда мой долг. Я обязан вас осмотреть.

– А я протестую против насилия! Где ваша хваленая свобода слова и действий? И вы еще утверждаете, что каждый пользуется ею как воздухом?

– Да, но такое понимание свободы предполагает определенную степень сознательности. .

– Наши предки протестовали против насилия, объявляя голодовки в тюрьмах. Теперь иное время, и я в знак протеста объявляю забастовку молчания!

– Послушайте, пан Сильвестр! Общество уважает ваше решение вернуться назад к природе. Вы можете наслаждаться всеми благами цивилизации, но вам хочется спать на рогожах – это ваше дело! Вы отказываетесь от всего, что дает обществу культура, – как от духовных, так и от материальных благ пожалуйста. Но все же и вы должны уважать определенные законы, если не общественные, то хотя бы присущие человеческой природе. Ведь вы и в этом ските должны оставаться человеком. Вы слышите меня?

Молчание. Из будки не доносится ни звука. Сильвестр начал свою забастовку.

– Я заверяю вас, пан Сильвестр, что с уважением отношусь к вашему решению жить в бедности и скрыться от общества, чтобы предаться размышлениям, как древние философы. Но ведь я новый гигиенист в вашем районе и должен заботиться наряду со всеми и о вас. Вы слышите меня?

Снова тишина. «Ну ладно, – подумал я, – не хочешь по-хорошему – пеняй на себя».

– У меня больше нет времени, дорогой пан Сильвестр,

– сказал я громко, – я ухожу, но завтра снова вернусь. Надеюсь, к этому времени вы поумнеете.

Стараясь побольше шуметь, я пошел прочь, но за ближайшим кустом присел и стал внимательно наблюдать за будкой. Минут пятнадцать спустя из дыры высунулась голова с густой шевелюрой и жесткой щетиной на щеках.

Голова осторожно огляделась по сторонам, и вскоре из будки вылез Сильвестр. На нем болтались штаны – когдато они, по-видимому, были белыми – и черный свитер, который собрал всю окружающую грязь.