— Мне плевать на мир, в котором нет свободы! — и неожиданно его голос смягчился: — К тому же, Гесфера не настолько хрупка, как была раньше, иначе ты не смогла бы сюда явиться. Ты отдашь мир мне, а я со своей стороны обязуюсь не уничтожать его.
Меч в груди Защитника вспыхнул еще сильнее, испепелив ее полностью. Давление магии поубавилось, но не исчезло, потому как Реннет все еще контролировал свои силы. Он обратил взгляд на Бессмертную Стражу. Все четверо застыли, готовясь дать ему отпор и понимая, что не выстоят и секунды.
— Тот факт, что вы подчинялись приказам своего Бога, не снимает с вас ответственности, однако я никогда не считал ваши действия неправильными. Просто вам не повезло встать на моем пути. Потому, прежде чем вы уберетесь обратно в Сферы, хочу заключить сделку.
— Сделку? — впервые с момента появления, беловолосая женщина изволила заговорить.
— Я уничтожу все Черные Книги, а взамен вы освободите свою сестру Мирейн. Она ведь до сих пор в заключении за помощь Смертному Богу?
Бессмертные удалились, приняв предложение Реннета. Они не посмели возразить после всего, что произошло с Защитником. Буря понемногу успокаивалась. Молнии сверкали реже, а под ногами перестала дрожать земля.
Ни один из числа Гончих и последователей Смертного Бога не решился приблизиться к парню, всего минуту назад сравнявшегося по силе с Защитником. Армель напряженно начал:
— Наш Бог теперь…
— Успокойся, с Ним все будет в порядке, — ответил на невысказанный вопрос Реннет, также не торопясь подходить к ним. — Тот латник — всего-навсего его образ, часть самого Бога. Именно это стало решающим фактором в нашей схватке. Будь она здесь в полноте своих возможностей, боюсь, Континент прекратил бы свое существование.
— Но… но ведь ты сразил Бога! — священник крепко сжимал кулаки, изо-всех сил пытаясь смириться с реальностью.
— Ни больше, ни меньше, — кивнул тот. — Человек способен на это, при определенных обстоятельствах, разумеется.
— Человек? Ты все еще продолжаешь верить в свою человечность? — горько усмехнулся Ладан, впрочем, оставшись на почтительном расстоянии.
Реннет ответил резко и твердо:
— И да, и нет. Я далеко не Бог, но и не совсем человек, в общем понимании. Потому я буду и тем, и другим, в зависимости от ситуации. Не тебе меня осуждать. Если кто и имеет право… — его взгляд наткнулся на ведьму, — то это ты!
Катарина смотрела на него прямо. Ее молчание ясно указывало, что сказать правду он должен перед всеми.
Он слегка заколебался, что нынешней его личности, казалось бы, совсем несвойственно. Губы парня зашевелились, произнося одно-единственное слово «Бессмертие».
— Что?
— Защитник считает, что я даровал тебе истинное бессмертие, тем самым нарушив один из основополагающих законов мироздания, которое в свою очередь привело к появлению Темноты.
— Постой-ка! Как могут быть связаны Темнота и бессмертие? — спросила ведьма, сбитая с толку неожиданным ответом.
— Дослушай до конца. Ты уже и сама должна была заметить, что после преодоления тридцатилетнего возраста у тебя перестали появляться новые морщины, а кожа не постарела ни на чуть-чуть. Также, ты без последствий переживала самые тяжелые ранения. — Он сделал паузу. — Однако Защитник ошибается, потому что на тебе нет печати бессмертия. Восемь лет назад я не был уверен, что вновь смогу вернуться. И моим единственным желанием оставалось защитить тебя. Твоя душа… как и души всех ведьм, после смерти попадают в Яму, где медленно гаснут. Нет участи страшней, уж поверь. Я пошел на это, даже зная, что могу заслужить твою ненависть.
— Что… ты… со мной… сделал? — сурово спросила Катарина у него.
— Можно назвать это Свободой, свободой от законов этого мира и от влияния тех, кого нельзя назвать смертными.
Остальные, по крайней мере те, кто мог слушать, старались проследить за ходом мыслей парня, однако у них это не очень получилось.
— Ты не бессмертна, но если захочешь, сможешь надолго оставаться молодой. Вольна выбирать, умирать в девяносто лет, либо прожить столько, сколько уготовано твоей душе. Также, свобода эта распространяется и за пределами мира. Тебе необязательно уходить за Пределы и тем более падать в Яму. В какой-то степени оно похоже на бессмертие, однако душа твоя не затронута никак. Закон Гибели Всего Живого на нее влияет, и когда придет время, она сгорит. Еще, как уже было сказано, ни один бессмертный или Бог более не сможет тебе навредить.
— Хочешь сказать, ты предоставил мне выбор, которого у большинства смертных нет? — помрачнела женщина.
Реннет покачал головой.
— Нет, всего лишь подарил возможность не идти по кем-то проложенному пути, а создавать свой.
Катарине тут же вспомнился тот далекий день, когда юноша сказал ей, что мечтает достичь Истинной Свободы, чтобы не ограничивать себя выбором.
— Каковы же последствия? — поинтересовался Ладан, без грубости, совсем тихо.
— Их два. Столь бесцеремонное нарушение законов привело к воцарению Темноты — к нестабильности природной магии. Что же касается второго… я должен был умереть от руки Катарины. Это крайне важное условие необходимо соблюсти. Чтобы нарушить один закон, нужно придумать и следовать новым законам. Так работает запретная магия! Тот, кто защищает, обязан умереть от руки того, кого он поклялся защитить — такое условие я придумал.