— Я не могу быть уверенным во всем, что касается этой колдуньи, но от нее исходит совсем иное ощущение, нежели от Алл Фиори или бесхвостых. Сложно объяснить, нечто похожее на целый букет, состоящий и враждебности, смирения и решительности, а также много чего еще. Я бы сказал, она очень похожа на человека, если бы не огромная магическая мощь. Будь на самом деле человеком, ее тело разорвало бы сопротивлением.
— Говоря иначе, за нами охотится чудовище с охрененной кучей силы и безграничной регенерацией в довесок. Это шутка такая, да? Скажите мне, что это шутка!
— Шутка. Лично ты здесь никому не сдался. Охотятся явно за кое-кем другим, — стиснул зубы Ладан. Затем, оглянувшись на ренегата, он спросил: — Может вспомнишь, кому успел насолить за эти восемь лет, что мы тебя не видели? Тем более если учесть, за какой короткий срок ты сумел стать врагом всего человечества…
— Далеко не факт, что охотятся конкретно за кем-то из нас, — вступилась за парня Кассандра. — Гончие многим перешли дорогу. К тому же, сами должны были заметить, о сопутствующих жертвах наш враг ничуть не волнуется. Словно механизм, настроенный на уничтожение.
Молчавшая до последней секунды Катарина добавила:
— Твои слова недалеки от истины. Разум врага устроен наподобие управляемого заклинания. Так мне показалось, когда мы скрестили оружие.
Тему Гончие обговаривали недолго. Спасаться от могущественного противника — обычное дело для их отряда. Даже последние годы, когда у лидерства находилась Катарина, они умудрялись наживать новых врагов. Взять хотя бы пример, когда по вине отряда был убит один из правителей Лиги Свободных Городов. С того момента к Гончим прикрепилось новое прозвище — Черная Буря.
Оставив противника в покое, члены отряда наконец-таки познакомились с новыми лицами, а именно — Региной и ее дочерью Саллин.
Видимо, уже немного попривыкшая к творящейся вокруг жути, девочка послушно следовала за матерью. Она не хныкала, не причитала. Стойкости и спокойствию семилетнего ребенка поражались все.
Обсуждения Гончих не укрылись от ушей Регины. От нее не скрывали, в каком положении все они оказались. Потому Катарине пришлось отвечать на вопросы.
— Ты тоже маг, верно? — спросила она первым делом. Пускай никаких огненных шаров в ее исполнении Регина не видела, несложно было догадаться, судя по сражению у ворот.
— Не совсем. Я ведьма, — ответила та.
— Ведьма? Кто это?
Неожиданно, ответ подсказала девочка:
— Злая колдунья!
Катарина улыбнулась ей.
— Все правильно. Я злая колдунья. Однако детей я не похищаю, и тем более не ем их на завтрак, обед и ужин.
— Правда? — слегка разочарованно переспросила та.
Сама Регина так и не поняла, шутка то была или честный ответ. Вместо того чтобы зацикливаться на странностях, женщина решила побольше расспросить Катарину о том, что с ними происходит. К Реннету она боялась подойти, если честно.
Они расположились на очередной привал, уже восьмой по счету за неполный день. Погони погонями, а с ними была маленькая девочка. Держать обычный темп невозможно, а от повозки пришлось избавиться еще четыре дня назад, из-за поломки. Никто не жаловался. Возможно, впервые за много лет Гончие делали что-то действительно хорошее — охраняли мать и дочь, не имеющих отношения к тьме этого мира.
Реннет держался особняком. Во-первых, он так и не разобрался в себе, по-прежнему обладая смутными представлениями о том, кто он есть. А во-вторых, Регине и Саллин он явно пришелся не по душе.
Вдруг послышалось:
— Можно, я присяду?
Ренегат искренне удивился, увидев перед собой Ладана, и потому заранее приготовился к новым обвинениям. Однако их не последовало.
— Прошу прощения за те слова, что я наговорил сегодня, и за все остальные дни тоже! — извинился он перед юношей. — Не думаю, что имел право взваливать все на тебя одного. Это ребячество. Понимаешь, я просто запаниковал, когда ты объявился.
— Запаниковал? — не глядя на своего собеседника, спросил тот. Оторвав от черствой лепешки небольшой кусочек, он отправил его в рот.
— Да, именно что запаниковал, — подтвердил тот. — Не знал, что от тебя сейчас можно ожидать. Помнишь или нет, но ты убил Оуэра, просто чтобы отвлечь нас от правды.
— … - Реннет собирался было что-то сказать, но у него не получилось. Уж слишком мало он о себе знал, чтобы разбрасываться словами.
Ладан продолжил, не заметив его нерешительности:
— За все остальное я не могу тебя винить. Так уж вышло, мы не знаем, чем ты пожертвовал ради установления мира и предотвращения Конфликта. Уж по крайней мере своей жизнью. Возможно даже, мы все еще живы только благодаря тебе. Где ты был последние восемь лет?