Они с Идрисом укрылись под небольшим навесом, в стороне от всей суеты.
— Спасибо Вам, сэр Виктор, — улыбнулся омега, поправляя небесно-голубой шелковый шарф на своей шее. — За все, что вы сделали для меня и за то, что поддержали мое решение.
Виктор украдкой вздохнул, но своего беспокойства показывать не стал. И все-таки Идрис был уверен в том, что поступает правильно.
— Береги себя, — мужчина заботливо потрепал парня по макушке. — И, конечно же, его, — взгляд зеленых глаз упал на пока еще плоский живот омеги.
Идрис кивнул и направился к повозкам. Некоторые из прислуги, стоя чуть поодаль от столпотворения, громко обсуждали недавние события, но Идрису было все равно. Уже все равно. В Хейжаре его ждет новая жизнь, совсем отличная от той, которая была в Абу-Аби.
Шейх Хейжара, вместе со своим мужем и старшим сыном попрощались с Фараджем и Араем, расцеловав последнего на прощание. Идрис залезал в повозку самым последним. Любезно оперившись на ладонь, поданную Фараджем, омега поймал на себе пристальный взгляд карих глаз, но не стал задерживаться на нем и лишь коротко кивнул:
— Благодарю Вас за все, — тихо шепнул Идрис и скрылся внутри повозки.
Семейство Фаиль благополучно двинулось в путь. Три повозки уже практически скрылись за горизонтом, когда Виктор подошел Фараджу, который все еще продолжал смотреть им вслед. По угрюмому виду альфы можно было сразу понять, что шейх в немой ярости.
— Дай им Аллах легкой дороги, — сказал врачеватель так, чтобы альфа услышал его и вышел из оцепенения. — Вас что-то тревожит, мой господин?
Фарадж нехотя перевел взгляд на старого друга.
— Твоя улыбка так раздражает, — сухо кинул он и, развернувшись, направился во дворец.
Конец.