Потерянная земля: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И только тут до него дошло, чего не хватало в окружающем пейзаже. Электрических столбов.

Мысли заметались как тараканы по кухне студенческой общаги… Вадик, впрочем, довольно быстро навел порядок железной рукой, а вот на Руслана стало смотреть совсем жалко. Вадик подцепил его за локоть и придал ускорение в направлении вкопанной у крыльца деревянной лавочки, не обращая внимания на безмолвный протест и панику в глазах парня. Возникло отчетливое желание набить этому рохле морду. Просто чтобы спрятать подальше свой собственный страх.

Вадику было очень страшно… происходящее не имело никакого логического объяснения. Ладно — деревня без электричества (в двадцать первом веке, в центре страны!); советский флаг, может — кино снимать будут… но вот дороги, меняющиеся каждый час, явно имели непосредственное отношение к зеленым человечкам, летающим тарелкам, чашкам и прочим предметам из состава сервизов, к путешествиям в прошлое — словом, к тому, что принято называть фантастикой. Вадик любил почитать на досуге хороший фантастический роман, следя за полетом фантазии автора и вычитывая между строк то, что он хотел сказать — но все события, описанные в книгах, были для него абстракцией. «Потому, что не может быть никогда». Так что, выходит, может?!

Вот вам и коммунизм. Почти. Советская власть в чистом виде, без электрификации.

А лучший способ справиться со страхом — разозлиться. А под рукой — только Руслан, не срываться же на едва знакомую девушку, к тому же, похоже, из прошлого века…

У крыльца стоял видавший виды «виллис», такие аппараты Вадик видел только в фильмах про войну. Видимо, председательский. И номера на нем были советские — черные с белыми цифрами и такой же рамкой по периметру.

Каменными были только внешние стены конторы, внутри перегородки сделали деревянными. Как и обшитые фанерой потолки, и щелястые полы. Ряд рассохшихся дверей выходил только на одну сторону пыльного коридора, вторую сторону занимали несколько больших окон, между грязных стекол висели пыльные кружева паутины. В старой половой краске были протоптаны дорожки от кабинета к кабинету и на выход, молча чах в своей кадке неуместный лимон, а по углам затаились пыльные комочки.

На всем лежала отчетливая печать запустения, словно они невесть зачем заглянули в заброшенный дом… кто-то бесплотный, казалось, наблюдал за людьми, нарушившими его покой, примеривался прыгнуть на спину и порвать горло острыми когтями, прокусить затылок, дробя огромными желтыми клыками такие обманчиво-прочные кости черепа. Вадик даже передернулся, до того отчетливо накатила жуть. Оглянулся нервно — но ничего сверхъестественного в проеме входной двери не усмотрел. Все-таки нервы пора полечить. Пять капель валерьянки в коньяк, темпераментную пассию — и утром как новенький…

Инга уверенно прошла к самой дальней двери, вошла без стука. За ней оказалась крошечная приемная с большим, почти во всю стену, окошком — здесь, для разнообразия, вымытым. Скудную меблировку составляли несколько деревянных стульев, шкаф для документации и стол, за которым восседала симпатичная русоволосая девчушка лет двадцати, неторопливо тыкавшая пальцами в литеры старинной печатной машинки. С Ингой она поздоровалась кивком головы и воззрилась на Вадика все с тем же странным, чуть ли не испуганным, выражением.

— У себя? — в голосе Инги послышалось явственное пренебрежение.

— Где же ему еще быть…  — в тоне секретарши уважения было немногим больше. — Сказать ему?

— Чести много. Пошли! — это относилось уже к Вадику. Он пожал плечами и послушно переступил порог начальственного кабинета.

Председатель оказался пухлым коротышкой, усы он отрастил не иначе как для пущей солидности — настолько они не шли к его розовому круглому лицу с гитлеровской челкой, налипшей на вспотевший лоб. При появлении посетителей он встрепенулся и резко прекратил свое занятие…

Вадик сообразил не сразу — но когда дошло, лишь героическими усилиями сдержался, чтобы не заржать в голос. Председатель, высунувший язык от усердия, загнал в почти пустую стеклянную чернильницу муху — и пытался утопить ее, осторожно действуя деревянным писчим пером с металлическим наконечником. Несчастное насекомое обреченно жужжало, но вырваться из чернильного плена не могло; на все это безобразие укоризненно взирал из-за спины председателя портрет Владимира Ильича.

Инга даже не постаралась быть политкорректной.

— Простите, товарищ председатель, что мы отвлекли вас от государственных дел…  — розовое на лице начальства оперативно сменилось багровым, он спешно навернул на чернильницу колпачок и чуть ли не швырнул ее в недра массивного стола — вместе с мухой.

— Чего надо? — даже тени приветливости на его лице не мелькнуло, что, впрочем, было не удивительно; Вадик, пожалуй, и сам бы не обрадовался на его месте.

— Да, я тоже рада вас видеть! Я — насчет колодца, как обычно. И — вот, мужчина с вами хотел побеседовать, я пока в приемной подожду. — Инга подмигнула Вадику и скрылась за дверью, из-за которой почти сразу донесся звонкий смех.

— Бабы…  — буркнул председатель, извлек из какой-то папки на столе чистый бланк и промокнул им лоб. Голос его — низкий и густой, с внешностью не вязался. — Проходите, присаживайтесь. Валентин Александрович — протянул он руку.

— Вадим Леонидович — пожал руку Вадик. Ладонь начальника была пухлой и влажной, настолько не мужской, что Вадик едва не скривился.

— Рассказывайте, Вадим Леонидович. — Председатель посматривал искоса. Примерно так же, как и все до сих пор встреченные местные… словно у Вадика выросла лишняя голова — ну, или что-нибудь в том же духе.

— Да, в общем-то, особо и рассказывать нечего. Мы на машине, заблудились в ваших краях и скатали весь бензин… Хотели вас попросить продать литров двадцать, да дорогу объяснить.

— Заблудились, значит? — хозяин кабинета довольно улыбнулся, встал и прошел к одиноко стоящему в углу скособоченному шкафу. Скрипнувшая дверца открыла осыпавшееся зеркало, в котором отразилась бледное лицо Вадика. Председатель нырнул в его недра, покосившись в зеркало, что-то переложил внутри с места на место и вернулся за стол. Хоть и глупо — но Вадику показалось, что все это было затеяно исключительно ради взгляда в мутную амальгаму. — Ну что же… отчего не продать? Продадим… по рубль двадцать за литр вас устроит?

И опять внимание Вадика привлек взгляд председателя. В нем было странное сочетание жалости — и робкой надежды… «Успокойся, физиономист великий»! — одернул сам себя незваный гость. «Минуту…»

— По сколько?!! — Вадик в первый момент подумал, что ослышался. Но тут же вспомнил флаг над крыльцом и похолодел… вот чего-чего, а советских денег у него не было и в помине. Председатель, впрочем, расценил его возглас по-своему.

— Что вы кричите? — сдавленным голосом просипел он. — Ладно, по рублю, но только без бухгалтерии! Пойдет? — в его голосе, жестах, неуловимо мелькнула фальшь.

«Эх, жили же люди…» — растерянно подумал Вадик. Но — час от часу не легче, купить невероятно дешевый бензин было решительно не на что, несмотря на то, что в бумажнике было около тысячи — вчерашняя шабашка. Хотя…

— А может, немного по другому договоримся? — Вадик решительно расстегнул ремешок часов, стараясь не думать, что своими руками создает временной парадокс. — Деньгами мы не богаты, но вот, часы есть хорошие, японские. Двести рублей стоят! — Вадик сознательно занизил цену. На самом деле навороченную электронную игрушку ему подарили на тридцатилетие друзья — и, насколько он знал, стоили они что-то около десяти тысяч. Примерно, как самолет в этом времени.

Председатель с интересом покрутил их в руках.

— Хм, интересно. Без стрелок. Ну надо же… И что, не жалко?