Морис кивнул.
– Надеюсь, что оперативники собрали всё, что только можно было собрать…
– Вы думаете, что он бросил окурок или уронил носовой платок? – улыбнулся Морис.
– Ничего такого я не думаю. С платком ты вообще загнул. Но следы всё-таки могли остаться…
– Какие?
– Учитывая то, что шёл сильный дождь, к его обуви могли прилипнуть кусочки грязи, потом отпасть и остаться здесь.
– У нас в полиции нет Шерлоков Холмсов, чтобы находить преступника по кусочкам грязи, – фыркнул Морис.
– У вас может быть, и нет, а у нас…
Морис понял её намёк и обиделся, – я говорил о российской полиции.
– А…
Они выглянули из арки и оглядели двор. Никого!
В субботнее утро народ не торопился просыпаться, набираясь сил после трудовой недели.
– Что интересно, – проговорила Мирослава, – собачников тоже не видно.
– По-моему люди теперь меньше стали держать собак, – ответил Морис
– Ну, да, в кризис себя бы прокормить…
– Может быть просто прошла мода.
– Ага. Теперь заводят собак, что размером меньше кошки и таскают их под мышкой. Не знаешь, зачем такая собака?
Морис пожал плечами, – для души.
– Для души есть кот!
Морис хотел сказать, что не все думают так, как она, но решил воздержаться от полемики.
Переубедить Мирославу в том, что не все считают кота центром мироздания, было невозможно.
В её мироощущении кот это всё! И точка.
Они прошли весь двор, задержались на том месте, где предположительно был найден труп и не спеша двинулись к подъезду.
Мирослава нажала на домофоне номер квартиру Тюриных, тотчас щёлкнул замок, и они вошли в подъезд. В нём было прохладно и тихо. Мирослава проигнорировала лифт. Морис направился следом за ней.
Он знал, что Волгина всегда тщательно осматривает лестничные площадки и пролёты. Иногда это приносило свои плоды. Но на этот раз в чисто убранном подъезде детективы ничего не обнаружили.
Лукьянова стояла на пороге квартиры.
– Заходите, – сказала она, – надеюсь, никто из соседей не мается утренней бессонницей.
– А что есть любопытные соседи?
– Таня ничего о таких не говорила, но мало ли.
Осмотр квартиры Тюриных тоже не принёс ничего нового. Что было и неудивительно после тщательного обыска полицией, Мирослава и не надеялась найти какие-либо улики.