Отец Иоанн Кронштадтский: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 46. Исполнившееся и исполняющееся предсказание отца Иоанна

Рассказ княгини Марии Александровны Святополк-Мирской471,

июль 1941 г. Белград в Сербии

«В 1890 или 1891 году отца Иоанна вызвали к тяжело больному в Киев. Он служил Литургию в генерал-губернаторской домовой церкви. В то время в Киеве был генерал-губернатор граф А. П. Игнатьев, семья которого отличалась особенной богомольностью. Дети прислуживали в церкви, пели и читали. Я, дружившая с ними, постоянно у них бывала и всегда посещала и все службы в их церкви.

Великой радостью была для всех нас возможность присутствовать на Литургии, которую совершил отец Иоанн. Глубокое, неотразимое впечатление и на меня, еще ребенка, произвела эта Литургия. Батюшка служил с таким вдохновением, с такой сердечной теплотой, что я помню, как многие плакали от умиления. Я же была так потрясена всем, что видела и слышала, что память об этом осталась на всю жизнь.

Удалось мне подойти к отцу Иоанну только тогда, когда он приблизился к внутренней лестнице, которая вела с верхнего этажа, где была церковь, к передней внизу.

Несметная толпа людей, ожидавшая его выхода, была и на лестнице, и в передней, и на дворе перед домом. Он заметил меня, спросил: “Как твое имя?” и положил свою руку на мою голову; затем пригнул мою голову до ступеней лестницы и сказал мне: “Вот так, Мария, ты будешь терпеть в жизни твоей, но Господь тебя не оставит” и, взяв из кармана просфорочку, им же вынутую, положил мне в руку, протянутую под его благословение. Я так была поражена, что ничего не смогла выговорить и только крепко-крепко прижала просфору к груди. Я сберегла ее и берегу и посейчас. Ее я привезла с собой в изгнание наше, и она как бы помогает мне терпеть все те скорби, которые выпали на долю русских людей, и надеяться, по словам отца Иоанна, что Господь не оставит нас.

В личной жизни еще в ранней молодости много выпало на мою долю скорбей, но, помня завет Батюшки отца Иоанна, я старалась терпеть все и ждать милости Божией».

Глава 47. Благословение отца Иоанна остается на всю жизнь и охраняет от всех бед и напастей

Рассказ Марии Викторовны Говоровой, проживающей в Сербии в Белграде по Вишеградской ул., № 14

«Детство мое прошло в Лесном, в “Сосновке”. Лесное находилось в семи верстах от Петербурга, и сообщение в те времена было только на собственных лошадях; там-то и произошло мое первое знакомство, памятное мне до сих пор, с незабвенным отцом Иоанном Кронштадтским.

Он был у нас там много раз и служил всенощные службы и молебны, но в особенности запомнился он мне в тот день, когда служил напутственный молебен моему брату и сестре, которые поступали один в Пажеский корпус, другая в Смольный институт, куда он напутствовал и меня через три года, так как я была самой младшей. И до сих пор я помню выражение его светлых, очень голубых проникновенных глаз и чувствую его благословляющую руку на моей голове, и уверена, что его помощью и молитвой охранял он мою семью во всех наших тяжелых бедствиях и бегстве.

Он приезжал к нам также с иконой Казанской Божией Матери, которую мои родители “поднимали”472 не менее раза в год. Для отца Иоанна всегда запрягалась карета, и отец мой Виктор Иванович Шульгин лично привозил и отвозил его, заботясь его не утомлять.

Во время беженства двадцать лет тому назад отец Иоанн проявил опять свою милость к моей семье. Во время блужданий по России мы попали в Ростов-на-Дону на квартиру к Т. С. Леванидовой, местной купчихе, воспитаннице Новочеркасского института, видевшей впервые отца Иоанна в названном институте и после, при посещении им Ростова-на-Дону, принимавшей его в своем доме.

Бегство наше было, как и большинства беженцев, очень тяжелое, и мы были счастливы, наконец, найти две комнаты в этой милой семье.

Добровольческая армия473 занимала Ростов, но мы все жили под постоянной угрозой большевиков. Нервы у всех были натянуты, и спали мы чутко и беспокойно, но как-то случайно, увидав портрет отца Иоанна у Татьяны Семеновны и узнав, что отец Иоанн останавливался у нее, я ей с полной уверенностью сказала: “Отец Иоанн меня благословлял, значит, с нами ничего не будет”. Это и оказалось в действительности.

Мы жили в барском особняке, что, конечно, должно было бы привлечь внимание большевиков. К нам приходили для обысков, и ни одного обыска не было, почему-то они не входили в дом; прислуга была очень верная, и никто не обмолвился, что мой муж офицер. И в святую ночь, когда большевики, под натиском немцев, отошли на Батайск, с нами случилось чудо, которое я всецело приписываю святой защите отца Иоанна. В 2 часа ночи мы все проснулись от гула орудий. Большевики стреляли по нашему району, и снаряды ложились вокруг нашего дома. Полуодетые, испуганные, мы помчались в погреб и, добежав до него, Т. С. Леванидова вспомнила, что драгоценности и бумаги ее остались у нее в спальне, в зеркальном шкафу, и она с моим мужем вернулась наверх, вбежали в спальню, открыли шкаф, схватили вещи и бросились вниз. И в тот момент, когда все были уже в безопасности, большевики ударили по нашему дому; снаряд попал в спальню, где только что находились мой муж и Татьяна Семеновна.

Угол дома был совершенно отбит, и шкаф, из которого только что были взяты вещи и драгоценности, не существовал, а в щепки разбитая мебель покрывала комнату. И с этой минуты я неизменно верю в заступничество отца Иоанна Кронштадтского, милосердно помогающего мне и моей семье. Видев его один раз в жизни, нельзя его забыть. Кротость его необыкновенных, в душу проникающих глаз, до сих пор как живая стоит передо мной, и я всегда прошу его о помощи и защите».

Глава 48. Отец Иоанн в солнечном сиянии

Рассказ Валаамского монаха Барсовы, проживающего в Сербии в Темском монастыре, почта Пирот «Я родом из Череповца Новгородской губернии.

Отец Иоанн при жизни заезжал к нам в Череповец, когда ездил на родину на пароходе по реке Шексне, и все его знали.

Когда поднялась в газетах травля против отца Иоанна474 и весь народ отшатнулся от него, мой знакомый, весьма религиозный молодой человек Василий Иванович Смирнов очень жалел отца Иоанна, а его старались уверить в правдивости того, что писали газеты.

Но Господь ему открыл истину: он видит во сне, что отец Иоанн идет по Крестовой улице города Череповца, посредине улицы, в полном облачении и в митре, весь в необыкновенном свете горит, как солнце, а кругом мрак, и из этого мрака множество людей ругают отца Иоанна и бросают в него грязью и камнями и готовы его разорвать. Тогда Василий Смирнов подбежал к Батюшке — ему стало его жалко, и вот люди набегают на отца Иоанна и свалили его на землю, а Василий Смирнов накрыл собою Батюшку и сказал: “Бейте меня, а Батюшку не трогайте”. На этом Василий Смирнов проснулся и с этого времени не стал верить клеветам.

Василий Иванович Смирнов приезжал в 1910 году ко мне на Валаам, где я жил. Он умер в 1920 году монахом-келейником у владыки Неофита, викарного епископа Полтавской епархии, и оба молодые в короткое время один после другого умерли — оба очень высокой духовной жизни».

Глава 49. Отношение отца Иоанна к мужским монастырям

Рассказ князя Михаила Алексеевича Черкасского, члена Всезаграничного Собора Русской Православной Церкви, состоявшегося в г. Сремских Карловцах (б. Югославия) в 1938 году, церковного старосты Брюссельского храма-памятника475.

«Отец Иоанн часто бывал у тестя моего Лихачева, очень богатого человека.

Однажды тесть мой дал отцу Иоанну пакет с деньгами. В это время подошла девушка и просила отца Иоанна помочь ей на приданое. Отец Иоанн отдал этот пакет девушке, не зная, сколько в нем было денег. Увидав это, Лихачев сказал отцу Иоанну, что в пакете 15 тысяч рублей.

На это отец Иоанн ответил: “Ей нужно”.

Другой раз, когда отец Иоанн был у Лихачева, один монах стал просить у Лихачева денег на монастырь. Тогда отец Иоанн сказал Лихачеву: “Дай лучше мне на бедных”, и Лихачев дал отцу Иоанну денег на его бедных.

[471] Рассказ княгини Марии Александровны Святополк-Мирской... — Княгиня М. А. Святополк-Мирская играла значительную роль в церковно-общественной жизни Сербии, возглавив по благословению митрополита Антония (Храповицкого) Мариинское сестричество, о чем пишет одна из сестер Л. Твердохлебова: «Эта организация давала возможность многим русским женщинам и девушкам, пережившим кошмарные и неизгладимые страдания Русской трагедии, — найти душевное равновесие и духовное удовлетворение в работе при церкви... Ее (М. А. Святополк-Мирской) многообразные труды ценили наши первоиерархи и архипастыри. Я помню ее горячее участие в построении Иверской часовни в Белграде, в устройстве бесплатных обедов для бедных русских эмигрантов, погибавших от нужды. Она посылала нас, сестер, на кружковый сбор, чтобы накормить и одеть неимущих. Направляла нас в больницы, чтобы навестить и помочь продуктами нередко совершенно одиноким, потерявшим надежду на участие. Многих согрела ее ласка» (Православная Русь. 1959. № 13. С. 9).

[472] Подымать образа — приносить из церкви образ к больному для совершения молебна.

[473] Добровольческая армия... — белогвардейское воинское формирование, действовавшее на юге России в период Гражданской войны. Создана в ноябре-декабре 1917 г. в Новочеркасске. Возглавлялась генералами М. В. Алексеевым, Л. Г. Корниловым, А. И. Деникиным, П. Н. Врангелем. В марте 1920 г. армия была разбита, а сохранившиеся части ее вошли в состав армии Врангеля.

[474] Когда поднялась в газетах травля против отца Иоанна... — Поводом для травли послужил отъезд отца Иоанна из Кронштадта 27 октября 1905 г., во время восстания матро­сов. В № 13 газеты «Русь» (от 8 ноября 1905 г.) появилась заметка «О. Иоанн и кронштадтские беспорядки» за подписью «Баян», в которой отец Иоанн обвинялся в «постыдном бегстве» из города. Вслед за этим на него обрушились и другие газеты. 22 ноября отец Иоанн публично выступил в газете «Котлин»: «По непонятной, невыразимой ненависти ко мне редакторов-издателей “Петербургского Листка”, “Петербургской Газеты” и недавно народившейся “Руси” молодого Суворина, эти три газеты помещают на своих страницах постоянные клеветы на меня, ложные известия и ругательства, и ссылают меня то в Соловки, то в Сибирь, то увольняют на покой после Нового года, желая как-нибудь извести меня и совсем убрать с этого света» (1905. 23 нояб., № 261). Однако газетная травля не утихла. Печальную картину «поруганий и поношений», обрушившихся на отца Иоанна, нарисовал прот. Иоанн Восторгов в речи, произнесенной 6 декабря 1907 г. в кронштадтском Андреевском соборе: «Его первого стала травить и бесславить разнузданная печать. Помню я, два года назад, возвращаясь из Сибири к северной столице, по всей линии железной дороги эти листовки, рисунки, стихи — издевательства над Иоанном Кронштадтским... Потом на краткое время травля ослабела, но теперь вся эта грязь опять соединяется в один общий поток» (Новые грозные слова 1906-1907 гг. С. 121).

[475] ... Брюссельского храма-памятника... — Брюссельский храм-памятник во имя Иова Многострадального был посвящен памяти Царя-Мученика Николая II и всех русских людей, богоборческой властью в смуте убиенных. Он был построен в 1937 г. по проекту известного архитектора Николая Ивановича Исцеленнова (1891-1981)и входил в число целого ряда мемориальных храмов и часо­вен. Брюссельский храм, в котором хранятся реликвии Царской Семьи, действует по сей день, охраняется бельгийским правительством как памятник архитектуры и является достопримечательностью города.