На десятый день заточения юноши тиран убедился в своей неспособности исполнить преступление.
Он пришел к Марии и сказал:
«По причинам, мне неизвестным, я принужден оставить тебе девственность, но не радуйся заранее. Твой возлюбленный уже десять дней находится без воды и пищи, в эту же ночь я велю заточить и тебя вместе с ним. Ты будешь свидетельницей его последних мучений, и в этом будет тебе награда за твою добродетель. Теперь мне не страшно его соперничество: чего не мог сделать я в своей силе, того не сделает он в своей слабости. Звереныш уже не двигается и находится при последнем издыхании».
По его приказанию слуги схватили Марию и отвели в башню, где томился Георгий. Они заперли за нею тяжелую дубовую дверь, окованную железом, и передали ключ своему господину, и тот забросил ключ в озеро.
Едва закрылись двери, как Мария услышала слабый стон, доносившийся из угла. Держась руками о стены, она подошла в темноте к тому месту, откуда раздавались стоны, и скоро наткнулась на беспомощно распростертое тело возлюбленного. Истомленный голодом, он, казалось, не мог пошевельнуть ни одним членом, но, узнав голос Марии, протянул к ней руки и сделал попытку приподняться. Затем снова упал.
Осыпая ласковыми именами, Мария приподняла юношу и старалась привести его в чувство. Она положила к себе на колени бессильную голову и поцелуем пыталась вдохнуть жизнь в его уста, орошая их слезами.
Так прошла ночь, и наступило утро.
Но напрасно она окликала Георгия, напрасно сжимала его в своих объятиях, он уже наполовину принадлежал смерти, и только случайные вздохи его говорили о жизни.
Всмотревшись в его исхудалое лицо, Мария поняла, что он должен умереть.
Ей показалось, что ее собственное сердце перестает биться и ее собственная кровь перестает двигаться в жилах.
И снова обратилась она с горячей молитвой к Пресвятой Деве, прося у нее заступничества и помощи. Молитва принесла ей краткое облегчение.
Но ни признака пищи не было кругом.
Тогда, желая хоть на миг обмануть муки его голода, Мария преодолела девичий стыд и дала ему грудь; и тут произошло чудо: из розового сосца девственницы вдруг брызнуло сладкое молоко.
Узник жадно стал пить его, и, чем больше пил, тем румянее становились его щеки и тем крепче становилось тело.
В продолжение многих дней питала она Георгия, и силы его увеличивались. А когда слабела сама, он выжимал молоко в свою пригоршню и давал ей.
И молоко не иссякало в груди ее.
Двадцать дней прожили они так, наслаждаясь взаимной любовью и вознося благодарения Господу. Тут впервые призналась Мария в своем обете и рассказала историю их обручения с самого начала, как знала сама.
Между тем кто-то из слуг донес на злодеяние опекуна, и по приказанию короля убийцу схватили, посадили под стражу и, расспросив свидетелей, приказали взломать тяжелые двери башни.
Все были уверены, что найдут там два трупа, но каково же было изумление, когда навстречу им вышли сияющие здоровьем, красотой и радостью чудесно спасенные влюбленные.
Весть об этом быстро облетела всю страну, и свадьбу их почтил своим присутствием сам король.
А святейший отец прислал из Рима благословение, кончавшееся словами:
«Ничего без Бога, ничего кроме Бога, да святится имя Его. Его же милостью кроткие побеждают».
ВОЗВРАЩЕНИЕ
Марта давно знала, что любит Луку. Она полюбила его еще в детстве и до сих пор безмолвно лелеяла воспоминания о прошлом.
Да, было время, когда их купали в одном корыте. Мальчик громко смеялся и брызгал на нее водой: маленький ангелочек с ласковыми глазами.
Они по очереди сосали одну и ту же грудь, так как мать Марты была его кормилицей.
Не забыл ли Лука? Он ведь долго жил в чужом большом городе, где, говорят, воспоминания детства не нужны никому.
Он во всем слушался подругу и делился с ней игрушками. Вон под образом Мадонны отдыхает от трудов старая лошадка, выцветшая, бесхвостая, с переломанной ногой…