— Вот здорово!
— Не сомневаюсь, что ты-то будешь рад. Дядя Джим — нет.
— Почему? — искренне удивился мальчик.
— А зачем ему такой обормот, как ты?
Валентина хихикнула.
— Я не обормот, — насупился Томми.
— Еще какой. Вылезай оттуда. Немедленно.
На помощь матери пришла Энн, вытащив непослушного брата из-под стола за руку и весьма строго отчитав его. Томми ничем не дал понять, что ее слова произвели на него впечатление. Он показал ей язык и высвободился.
— Миссис Корриган, пожалуйста, уведите Томми в его комнату и проследите за ним.
Гувернантка увела мальчика, который напоследок скорчил гостям страшную рожицу, чем немало их повеселил. Энн осталась в гостиной, но сидела в уголке так тихо, что о ее присутствии почти забыли.
— Чтобы за ним следить, его нужно связать, — проворчала Элен, имея в виду своего сына, — только тогда можно гарантировать какой-нибудь положительный результат.
Валентине понравился Томми, поскольку в детстве она тоже не была паинькой. А Анриетта заметила:
— Ваша дочь удивительно на вас похожа, мадам.
— Да, верно. Это все замечают. Уверена, когда она вырастет, ее нельзя будет отличить от меня в молодости. С ней у меня нет никаких хлопот, и этим она тоже похожа на меня. В детстве я была тихой и скромной девочкой. Это Джимми постоянно шалил и безобразничал, вовлекая в свои проказы и меня. Не скажу, что я была против, но самой мне никогда ничего подобного было не устроить. У моего братца была безудержная фантазия в этом вопросе.
— Если ваш брат приедет к вам в гости, они с Тиной быстро найдут общий язык, — съехидничала Анриетта, — она в детстве тоже постоянно шалила и безобразничала.
— Я не безобразничала, — возразила Валентина.
— Да? А кто залез под стол и связал шнурки гостей между собой?
— Это было сто лет назад, — проворчала девушка.
Элен рассмеялась.
— Умоляю, не говорите об этом Томми. До этого он еще не додумался.
Когда гости допили чай, мадам Маршалл пригласила их на прогулку.
— У меня, конечно, нет такого великолепного фонтана, как у вас, мадам Леруа, но в моем саду тоже найдется, на что посмотреть.
— Что вы, я нисколько в этом не сомневаюсь, мадам, — улыбнулась Анриетта.
Они вышли в сад. Элен не преувеличивала, он разительно отличался от сада Анриетты. Для начала, кузины дорожки были безупречно ровные, посыпанные песком, клумбы подстрижены, деревья одного роста, как солдаты на параде. А сад Элен казался лесным уголком, все было предельно естественно, если не считать ухоженных газонов и вычищенных до блеска бордюров.
Мадам Маршалл повела их дальше, указывая на самые выигрышные с ее точки зрения места, но внимание Валентины привлекла статуя, изображающая девушку, держащую кувшин воды на плече. В этой фигуре не было ничего особенного, разве что, статуя находилась в весьма живописном месте и великолепно смотрелась. Валентина шагнула ближе, присматриваясь и в ту же секунду была окачена мощной струей воды. В результате этого девушка оказалась мокрой с головы до ног.
От неожиданности Валентина окаменела. Не в силах пошевелиться, она стояла, чувствуя, как по ее телу стекает вода и капает на землю.
Элен и Анриетта обернулись. Увидев свою мокрую кузину, Анриетта сперва ахнула, потом сдавленно фыркнула и наконец расхохоталась. Элен метнулась к гостье. Лицо у нее казалось встревоженным, хотя она кусала губы от сдерживаемого смеха.
— О, простите, Тина, ради бога! Я совсем забыла вас предупредить! Мне очень жаль. Пойдемте в дом, я дам вам переодеться в сухое.
Анриетта тем временем просто умирала от хохота. Валентина посмотрела на нее очень злобно и рявкнула:
— Если ты не прекратишь, я спихну тебя в фонтан, Анриетта! Хватит!