Мне не жаль...(СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ждать ночи оказалось сложнее, чем она думала. Слуги, многих из которых Натали знала с детства, давно стали членами семьи, и даже представить себе, что они подумают о своей хозяйке, было сложно. Щёки вспыхнули, и Натали в красках увидела картину: кухарка и горничные на кухне обсуждают, как ночью в спальню к хозяйке пришёл мужчина. Какой скандал! Поэтому, прежде чем окончательно погрузиться в ожидание встречи, Натали вызывала к себе экономку Агафью, сухопарую женщину с мудрыми голубыми глазами.

— Наталья Александровна, душенька, что-то не так? — в тревоге спросила та, едва переступив порог спальни. Натали сидела в кресле, нервно теребя край шали, но тут же поднялась, дожидаясь, когда закроют дверь.

— Мне нужно с тобой поговорить, — решительно начала Натали, но тут же стушевалась, опуская глаза.

— Что-то случилось? — мягко спросила Агафья, подходя ближе. Она легко видела смятение хозяйки и искренне сопереживала ей, ещё не зная даже, о чём пойдёт речь.

— Думаю, ты слышала, что в прошлом году я должна была выйти замуж, — начала Натали издалека, понятия не имея, что говорить дальше.

— Не сложилось, знать, судьба такая, — философски пожала плечами экономка. — Слышала, что вы из-под венца сбежали, это правда?

— Правда, — тихо сказала Натали, сама себе удивляясь, что обсуждает подобные вещи с крепостными. Но Агафья действительно была ей родной, долгое время жила в имении, и только когда родители уехали за границу, она переехала сюда, чтобы хоть изредка видеть тех, кого считала роднее своих детей, которых у неё никогда не было.

— Знать, сердце не лежало, — спокойно ответила Агафья, и Натали кивнула, нервно проходясь по комнате и останавливаясь у окна.

— Моё сердце полюбило другого. — Натали всматривалась в тёмный сад, гадая, когда приедет Александр. Он говорил, что до полуночи будет у неё, а часы лишь недавно пробили девять. — Но мы не можем быть вместе.

— Сердцу поперёк не скажи, — как-то слишком понимающе улыбнулась Агафья. — Как оно велит, так и будет, хоть ты костьми ляг.

— Недавно я узнала, что он любит меня так же сильно, как и я его, — Натали обернулась и твёрдо посмотрела в добрые глаза, — и сегодня он должен приехать.

— И никто не должен его заметить? — проницательно догадалась Агафья, подходя к Натали и беря её за руки.

Натали, не в силах совладать со стыдом и волнением, кивнула, прикусив губу. Это было гадко, мерзко, подло, претило всему её существу, но княжна понимала, что теперь её жизнь вся будет состоять из таких моментов, нелицеприятных, разрушающих душу.

— Не моё это дело, Наталья Александровна, — Агафья заговорила успокаивающим тоном, как с маленькой, — но вы потом выйдете за него замуж?

— Нет, — отчаянно прошептала Натали, крепко зажмурившись. — Мы никогда не сможем быть вместе. Но замуж я не выйду ни за кого боле.

Агафья глубоко вздохнула и горько улыбнулась своим мыслям. Потом погладила по руке, вынуждая заглянуть в глаза.

— Жизнь, Наталья Александровна, душенька, она такая — нас никто не спрашивает, чего мы хотим на самом деле. А когда старость приходит, так и сожалеть остаётся об упущенном. Не моё это дело — осуждать вас. И не буду я. Дверь открою, провожу тайного вашего. Всё сделаю, будьте покойны.

— Ох, Агафья! — воскликнула Натали, чувствуя, как падает с грохотом огромный камень. Она порывисто обняла экономку и быстро клюнула её в щёку.

Агафья улыбнулась, кивнула и оставила её одну, теперь с сомнениями иного толка. Натали приняла ванну и долго раздумывала, в чём встретить цесаревича. Надеть домашнее платье? Не будет ли слишком чопорно для встречи, в исходе которой никто не сомневается? А если надеть ночную сорочку, не слишком ли откровенно для первой встречи?

Первая… Всё в новинку, всё немного страшно и очень волнительно. Натали не смогла заставить себя проглотить и кусочек. Сидела в кресле, завернувшись в длинный стёганый халат из атласа, под которым всё-таки спрятался воздушный кружевной пеньюар. Вздрагивала от каждого шороха, каждого стука, чувствуя, что нервы вот-вот не выдержат, и сердце разорвётся от нетерпения и предвкушения, от которого в груди всё замирало, а пальцы рук мелко подрагивали. В конце концов сон сморил её, и Натали, положив голову на спинку кресла, уснула.

Александр ехал в сопровождении двух адъютантов, которым настоятельно и очень резко приказал ждать его на ближайшем постоялом дворе. До имения Репниных оставалось каких-то десять минут, и офицеры упорствовали, говоря, что убедятся, что наследнику ничего не угрожает, а после отправятся туда, куда он сам соблаговолит их послать. Пришлось согласиться и всю дорогу до имения стискивать зубы в раздражении, стараясь не обращать внимание на понимающие взгляды. Этим людям он мог доверять, но после многозначительного молчания точно не избежать. Вскоре показались огни, и дом выплыл из деревьев, дыша миром и покоем.

— Я надеюсь, теперь вы удовлетворены увиденным? — холодно спросил Александр, но один из адъютантов, Дмитрий Орлов, упрямо покачал головой, намереваясь проводить цесаревича до конюшни. Александр мотнул головой, спешился и бросил поводья Орлову. — Позаботьтесь о моей лошади, а о себе я позабочусь сам.

И, не оборачиваясь более, поспешил к дому. Замешкался у дверей, собираясь постучать, когда они сами распахнулись, пропуская внутрь. В холле царил полумрак, и Александр с трудом разглядел невысокую женщину, склонившуюся в поклоне.

— Я провожу вас, а за лошадь не беспокойтесь, — тихо сказала она и взяла свечу, стоявшую на столике у двери. Огонёк задрожал, освещая картины, висевшие вдоль лестницы. У одной из дверей на втором этаже женщина остановилась и, кивнув, ушла, унося с собой огонёк. Коридор погрузился во тьму, и только лунный свет ложился квадратами на пол, да из-под двери вырывалась тонкая яркая полоска. Александр вошёл, стараясь успокоиться, но сердце, будто издеваясь, только ускорило свой бег, мешая ровно дышать.

Он увидел её сразу: хрупкую фигурку, свернувшуюся в кресле клубком. На столе давно остыл ужин, в ведёрке с шампанским начал таять лёд. Цесаревич тихо стянул сапоги, поставил у входа, развязал кушак и непослушными пальцами расстегнул мундир, кладя его на ближайший стул. Потом подошёл, опускаясь на колени перед креслом, и склонился над рукой, лежащей на подоконнике, невесомо целуя.

Натали вздрогнула, медленно открыла глаза и несколько секунд недоумённо смотрела на Александра, всё ещё не веря, что это не продолжение сна. Сердце встрепенулось, забилось быстрее, и она осторожно положила руку на его голову, пропуская сквозь пальцы волнистые пряди.

— Наташа, — прошептал он, поднимая глаза, — мне всё ещё не верится, что я здесь, у твоих ног.

— Как вы добрались? — Её всё ещё смущала интимность в их разговоре, хотя его «ты» вызывало трепет, напоминая, что теперь он действительно принадлежит ей, пусть даже на неопределённо короткий срок.

— Потом, всё потом, — неразборчиво прошептал Александр, обняв её колени и ласково, как большой кот, потёршись о них. — Ты здесь, передо мной, и нет никого, кто мог бы нам помешать…

Натали смутилась его горячности, подобралась невольно, пытаясь вспомнить, как когда-то сама предлагала себя, чтобы насолить жениху и отомстить за его измену. Тогда всё было проще: в груди кипели обида и злость, но теперь всё было иначе. Перед ней на коленях стоял наследник Российской Империи, шепча нежные, ласковые слова, но, если отбросить это, то оставался горячо любимый мужчина, страстно её желавший. Эта мысль будоражила кровь, но смущение всё не отступало, заливая щёки розовым. Чувствуя её скованность, Александр выпрямился, становясь вровень с лицом Натали, и заключил его в свои ладони, заставляя смотреть на себя.