Дар: читать начало книги онлайн

Во время насильственного слияния с недавно ещё душевно близкими ей чужаками она чувствовала всю ненависть, копившуюся в агрессорах годами.

Нежеланные дети, ненавидимые собственными родителями…

Дети, чьи матери желали им поскорее умереть…

Дети, познавшие и принявшие единственный способ общения с миром и другими людьми, – насилие и ненависть. Ненависть и насилие.

Боль и ненависть. Ненависть и злоба. Всё, что она чувствовала, когда они, один за другим, надругивались над её беззащитным телом.

А ещё – неполученная и невыраженная любовь.

Ведь их матери хотели любить их, но не смогли.

Ненависть и любовь заполняли её и раздирали душу на части.

Она сама любила и ненавидела свою мать.

Мать, давшую ей физическую жизнь, но день за днём, в разгуле пьяного угара, отнимающую секунды, минуты, часы счастливого бытия…

Соединённая и объединённая боль нарастала и становилась невыносимой.

И тогда она закричала.

В миг, когда из неё вышел последний из насильников.

Подведший черту под списком страданий от предшествующих ему монстров.

Она закричала, не в силах сдерживать переполняющую тело и душу боль.

И в миг наивысшего страдания она решила сохранить зачавшееся дитя.

Решила бессознательно, понятное дело.

Призрак бабушки в её душе напомнил о давным-давно наложенном вето.

Нельзя раскрывать душу никому, кроме ближайших к сердцу людей.

Бабушка знала о ней всё. По крайней мере, верила в реальность этого знания.

– Нельзя накладывать позор на свой род. Ну и что, твоя мать пьяница, но ты не должна никому об этом говорить. И если случается плохое, молчи. Людям не стоит знать правду. Ложь во спасение – святое дело. Подумай, кому какое дело до твоих проблем? Люди не захотят помочь, но обсмеют и осудят! Позор ляжет на всех твоих родных, живых и мёртвых! И на меня в том числе. А ты же меня любишь? Любишь – так не рассказывай подружкам о наболевшем. Пусть думают, что у тебя всё хорошо!

Она наизусть помнила слова, сказанные бабушкой много лет назад. А сейчас, в момент обрушения мира, в миг почти что смерти, призрак бабушки поманил её перстом из глубин памяти.

Она вперила в старушку умоляющий взгляд.

Помощь, поддержка, участие и любовь – Боже, сколь отчаянно нуждалось её сердце хоть в капле человеческого тепла!

– Нехорошо, неприлично, – строго сказала бабушка.

И, купируя её стон, отрезала:

– Ты сама виновата. Зачем ходила на выпускной? Зачем надела красивое, хоть и в пол, но красивое же платье?! Мужчины, они ведь самцы по природе!

Её робкие попытки возразить, что уголовный кодекс не учитывает «природные» потребности мужчин, бабушка почему-то яростно отвергла.

Наверное, неосознанно, страдая от собственной боли, некогда молодая бабушка хотела сделать внучку ответственной за потери, понесённые на личном фронте.

Один симпатичный молодой человек бабушку, в те времена тоже юную деву, поматросил и бросил, сославшись на уход на фронт строительства светлого коммунистического будущего.