– Эм…
Ричард только хмыкает – ну а что ещё можно было ожидать.
– Тогда обойдусь, просто отметьте у себя, что он свалил. Если вдруг увижу в округе, сообщу, но его наверняка давно след простыл. Спорт-андроид, как-никак, бегает шустро.
– Да, сэр. А модель какая?
– АС700, – без запинки отвечает Ричард.
– А, знаю, у дяди был такой, – кивает другой солдат. – Они и правда шустрые.
И, вежливо распрощавшись, уходят. Ричард закрывает дверь и облегчённо выдыхает.
– Говно эти ваши АС700, – фыркает Гэвин, подходя к нему и приобнимая за плечи. – Одна шустрость и есть, йога-хуёга всякая, а для спаррингов не годятся и поднимают всего двести пятьдесят фунтов, и то со скрипом.
Ричард тихо смеётся, целуя его в макушку.
– Ну куда им всем до тебя, конечно.
Гэвин довольно ухмыляется в ответ.
***
Когда через пару часов они видят в новостях кадры из андроидских концлагерей, смеяться им уже не хочется.
Ночью Ричард долго не может уснуть и лежит в темноте, обводя кончиком пальца стыки панелей на ладони Гэвина. За окном так тихо, что кажется, стоит только прислушаться, и можно услышать, как падает снег. Ничьи шаги не нарушают спокойствия.
Комендантский час.
***
Коннор возвращается с работы и устало падает на диван. От Хэнка до сих пор никаких известий, хотя со штурма прошло уже почти два дня, девианты затаились, а андроидов продолжают вытаскивать из домов и хватать на улицах, свозя в лагеря. Ричард надеется, что ему только кажется, будто в воздухе над всем городом витает слабый запах горелого пластика.
– Пойду немного прогуляюсь с Сумо, а то скоро комендантский час, – говорит он и начинает одеваться. – Заглянуть в магазин по дороге? Он пока ещё открыт.
– Возьми грейпфрутового сока?.. – рассеянно просит Коннор, перещёлкивая каналы. Он ненавидит недостаток информации даже больше, чем Ричард.
– Мгм, – Ричард прицепляет поводок к ошейнику Сумо и выходит на улицу.
Пёс, видимо, чувствует настроение хозяев и бредёт по улице довольно понуро, даже не пытаясь ловить зубами снежные хлопья, как он обычно любит делать. Купив сок и фрукты и перекинувшись парой слов со стариком Смитом – «а я тебе говорю, парень, это всё происки коммунистов, и не в андроидах вовсе дело!..» – Ричард идёт домой. Издалека он видит, как от дома отъезжает такси, и озадаченно хмурится: интересно, куда Коннора сдёрнули на этот раз на ночь глядя.
Он достаёт ключ и вставляет в замок, но тот не проворачивается – дверь не заперта. Забыть такое совершенно не похоже на Коннора, и Ричард сразу понимает: что-то случилось. Толкает дверь и вбегает внутрь.
Сумо сначала рычит, а затем начинает тихо скулить. Ричард на пару секунд замирает, широко раскрытыми глазами глядя на пятна тириума на полу – а затем бросается в гостиную.
– Гэвин!..
Тот сидит на полу в дальнем углу и тихо хрипит; свитер разодран на груди и залит тириумом, пол вокруг усеян синими отпечатками ладоней, а через переносицу тянется глубокая рана.
– С-сука… Генри… – выдыхает он.
Ричард кидается к нему, но Гэвин отпихивает его.
– Я в порядке, тириум есть?
Бесцеремонно вывалив на пол продукты из нижнего ящика, не обращая внимания на рассыпавшиеся спагетти, Ричард вытаскивает из дальнего угла несколько упаковок тириума. Гэвин жадно присасывается к одной.
– Генри?.. Это Хэнк сделал? Где Коннор? Я видел, как отъезжала машина.