«Это плохая идея», – мелькает у него в мыслях, когда Гэвин опрокидывает его на кровать.
«Плохая идея», – но он послушно облизывает белые пальцы, испачканные в его собственной сперме, когда те касаются его губ.
Чуть позже, уже приведя себя в порядок, он замечает, что на телефоне мигает входящее сообщение. От Коннора.
«ФБР забрало моё дело, я отстранён от расследования. «Киберлайф» отозвал Хэнка. Еду домой».
Ричард молча показывает сообщение Гэвину, и тот еле слышно матерится сквозь зубы.
Даже столь полюбившееся «пхлять» в этот момент не заставляет Ричарда улыбнуться.
Коннор приезжает через полчаса. Аккуратно закрывает дверь, стряхивает с волос снег, вешает куртку, ставит на место ботинки.
Сидящие на диване в гостиной Ричард и Гэвин поворачиваются к нему, и Гэвин неловко машет рукой. Коннор окидывает его долгим взглядом, останавливаясь на виске, где больше нет диода, затем чуть улыбается и кивает ему.
Ричард хлопает по свободному месту на диване рядом с собой. Коннор садится и, подобрав колени, обхватывает их руками. Чуть помедлив, Ричард перегибается через него, берёт с подлокотника плед и, развернув его, накрывает их обоих и принимает ту же позу, прижимаясь ближе к Коннору. Точно так же они сидели зимой двадцать девятого, когда арендатор на две недели в январе отключил у них тепло за неуплату. Только тогда слева к Ричарду не прижимался Гэвин, приятно грея, а справа к Коннору – почувствовавший общее настроение и тоже пришедший на диван Сумо.
Некоторое время они молча смотрят очередной репортаж, а затем Коннор, наконец, подаёт голос:
– Когда ты стал девиантом, Гэвин?
– Официально, со сломом стены – два дня назад. Неофициально – где-то с августа, может, раньше, – отзывается тот.
– Ясно, – рассеянно кивает Коннор. – И давно вы вместе?..
Гэвин сдавленно цыкает от неожиданности.
– Около месяца, – спокойно отвечает Ричард.
– М-м, – снова кивает Коннор.
И, чуть помедлив, добавляет:
– Ты же понимаешь, что это плохая идея, да?..
Ричард утыкается в его плечо и тихо трясётся от смеха, который он почему-то не может сдержать, хотя ему не так уж и весело.
***
Аллен звонит в полдесятого вечера.
– Стерн. «Иерихон» нашли, это заброшенный корабль, штурм через час, совместная операция с военными и ФБР. Будь на месте через двадцать минут.
Ричард закрывает глаза. Делает вдох. Выдох.
– Уже еду, сэр.
========== Часть 18 ==========
«А если тебе прикажут стрелять не в ублюдка?»
Тогда ответ казался таким простым и очевидным. Действительно, что может быть легче: просто промазать, когда стреляешь. Попасть не в голову, а в руку, ногу, плечо…
С высоты ему видно всю палубу старого корабля; ночной визор выхватывает мельтешащие фигуры. Вот андроид в потрёпанной одежде явно не по размеру выскакивает из трюма, сжимая в руке кусок стальной трубы, и начинает тихо подбираться со спины к одному из спецназовцев, обыскивающих контейнеры на палубе.
Ричард стреляет. В прицел хорошо видно, как брызги тириума разлетаются во все стороны, и спецназовец резко оборачивается – а потом быстро салютует в его сторону. Кто это, интересно? Джексон? Или Гарри-новичок, две недели назад угощавший всех пончиками в честь рождения племянника? А может быть, Рассел, которому он до сих пор не отдал одолженную у него месяц назад игру, хотя прошёл её в первую же неделю. Надо будет принести.
Ещё один андроид вылезает из воды и крадётся в сторону БТР, который охраняют всего двое. Ричард немного ждёт, давая ему шанс передумать и просто сбежать, но тот продолжает путь; в его руке на миг блестит что-то металлическое – пистолет? нож? – и Ричард нехотя жмёт на спуск. Он не проверяет, попал ли, переводя прицел обратно на корабль, но уверен, что да.