— У меня пошли вторые рабочие сутки — это раз. Я рассталась с Бэйли — это два, — в тон подруге спокойно ответила я.
— И вызвалась на ещё одну бессонную ночь? Ты с ума сошла, Джо?! И прости, но не повод себя гробить из-за Бэйли! — возмутилась Расти.
— Я не гроблю, просто мне нужно отвлечься, — ответила я, глядя в окно и наблюдая за меняющимся видом.
— Ты её любишь?
— Мы никогда не поднимали эту тему, просто нам было хорошо вместе. Она любит Локлин, я понимаю, возможно, так было всегда. Я имею в виду, для неё всегда существовала Локлин, а я — неудачная замена, похожая по типажу и фигуре, но в отличие от Локлин, с другим характером.
— Ты лучше Локлин! — уверенно возразила подруга. — Вы были хорошими друзьями, а порой этого достаточно для столь длительных отношений, когда на горизонте нет тех, кто запал в душу, — мы ехали по вечернему городу, и я по новой смотрела на мелькающий пейзаж за окном машины. Расти следила за дорогой и спустя несколько минут добавила:
— Когда любишь, в животе появляются бабочки и желание видеть любимую, на лице — улыбка, а в душе — спокойствие.
— У вас с Ивэн так было? — спросила я.
Ивэн также директор магазина, ей тридцать шесть, Расти — двадцать восемь, учится на последнем курсе института, получая высшее образование позже, чем планировала, по семейным обстоятельствам. Работает у Ивэн администратором, и вот уже на протяжении трёх лет они встречаются, о чём я узнала за пару месяцев, перед тем как стать директором. Я никогда не понимала, как им удавалось и удаётся не показывать чувств на работе, и порой Расти доставалось по полной, за какую-нибудь мелочь, мне же косяки сходили с рук. Раньше я и Расти работали вместе, и мы сдружились. Частенько проводили время вместе: я с Бэйли, Расти с Ивэн. На тот момент Ивэн уже не была моим директором. Но, вспоминая то время, это лучший директор, о котором я могла только мечтать, придя в новую компанию.
— Она мой мир, с первой нашей встречи, что-то внутри меня знало это раньше меня. Возможно, Ивэн не права, но ты с появлением Морены странно себя ведёшь, ты становишься другой. Цитирую свою девушку: «Я вижу блеск и злость в её глазах, и желание испариться, как только появляется возможность».
— Ивэн заметила? — больше для себя спросила я. А мне казалось, я веду себя обычно. — Морена, она же Броми, семь лет назад разбила моё сердце. Но даже сейчас я восхищаюсь этой стервой. Она начальник, и спасибо, что не моего магазина. Боюсь представить, что было бы, будь она моим куратором, — открылась я подруге. (Броми — так я называла её раньше).
— Ты шутишь? Ого-о-о-о! Вот это подфартило, — удивилась Расти.
— Да, не думала, что мир настолько тесен, чтобы ещё раз попасть в одну компанию.
— Вот это новости. Я могу рассказать Ивэн? — воодушевилась Расти.
— Можешь конечно! — засмеялась я. От Ивэн Расти вряд ли смогла что-либо скрыть.
— Но чёрт возьми, она конечно огонь! Как и ты.
— Тогда я была другой, мне было всего двадцать, ей — двадцать семь. Для неё я была слишком лёгкой добычей. Но и такой урок жизни тоже полезен, — произнесла я. С годами я проще воспринимала тяжёлый разрыв с Броми, если, конечно, это можно назвать разрывом. — Кстати, как Ивэн?
— Завтра возвращаются, неделя семьи заканчивается. Я думаю, они устали уже друг от друга за это время. Три сестры, мама и бабушка — все вместе ядерная смесь, но мне нравится эта их традиция: раз в год проводить время вместе.
— Хорошо, я вот всё удивляюсь, как вы так удачно до сих пор скрываете отношения?
— Меньше знают, крепче спят. Я собираюсь сделать ей предложение, — сказала Расти, припарковав машину возле торгового центра, и, повернувшись ко мне, добавила, — но, на фоне твоего расставания, это неуместно.
— Ух ты, это серьёзный шаг! Это круто! А моё расставание должно рано или поздно было случиться! — искренне порадовалась я за девчонок.
— Ты можешь пожить у нас, комната есть, — предложила Расти, заглушив машину, и снова повернулась ко мне, по-дружески похлопав по моей коленке.
— Спасибо, Расти, но я справлюсь. Пока сниму гостиницу.
— Я в этом не сомневаюсь, но предложение в силе. Подумай, Ивэн будет рада, и я тоже. Ты в порядке? — побеспокоилась подруга.
— Да, Рас. Я в порядке ровно настолько, насколько можно быть в порядке, когда тебя бросили.
— Боюсь, я бы напилась, — ответила подруга. — На утро мне, конечно, было бы очень плохо, но…
— Я напилась, когда рассталась с Броми, и поняла, что это не выход. Меня до сих пор в дрожь бросает, как вспомню, как меня валтузило, — сказала я. — Справляюсь, не волнуйся.
Мы зашли в магазин, поздоровались с коллегами и погрузились в работу: распаковывали коробки, отпаривали вещи и развешивали товар в зале, общаясь на рабочие темы.
Магазин отличался от основной концепции других в нашей сети. Это был совместный проект владельцев компании с другом из Англии. Время пролетело незаметно, но не обошлось без увечий, моя концентрация к утру подвела меня, и, разрезая коробку, я полосанула канцелярским ножом между большим и указательным пальцем кисти. Аптечки не оказалось рядом, и, перемотав тем, что нашли, я продолжила работу. Порез пульсировал, но мне это даже нравилось, так я чувствовала себя живой. К девяти утра подъехали Колин и Морена. Не знаю, как насчёт бабочек в животе, но моё сердце предательски пропустило удар, увидев Броми, одетую в сногсшибательное красное платье ниже колен. Раньше я её видела в основном в джинсах и рабочей форме, ну и временами вообще без одежды. «Вот последнее сейчас — совсем некстати», — промелькнуло в голове.
— Джой, некрасиво так глазеть! — подшутила Расти, звонко засмеявшись, за что я одарила её уничтожающим взглядом.