Стелла хотела засмеяться, но у нее пересохло во рту.
– Проклято?
– Это место. Я знаю про слухи. Они ходят так давно, что уже стали частью фольклора. Какой-то полоумный писака посвятил ему раздел в своей книге местных баек, и пошло-поехало. Газеты подхватили слухи и стали называть Манро-Хаус «трагическим местом», что лишь усугубило положение.
– Я кое-что слышала в поселке, – призналась Стелла, решив быть откровенной.
Джейми натянуто улыбнулся.
– Готов поспорить, что слышали. Но я не хочу, чтобы вы тревожились…
– Я не считаю этот дом проклятым, – поспешно сказала Стелла. – Мне просто не нравятся недомолвки. Я люблю иметь на руках все факты, чтобы принимать осознанные решения.
– Совершенно верно, – сказал Джейми. – Я точно такой же. Еще раз прошу прощения.
– Ну, хорошо. Есть что-нибудь еще, о чем мне следует знать?
– О местных слухах?
– Обо всем.
– Я рад, что вы здесь, – сказал Джейми. – Я думаю, что наша договоренность отлично работает.
Стелла почувствовала жар, приливший к ее щекам, и ощущение, недалекое от счастья.
– Спасибо.
Глава 10
Весь день после схватки с Джейми Стелла чувствовала себя подавленной. Она внушала себе, что просто выстраивает отношения с боссом, как она уже делала раньше, но сердце подсказывало иное. Ей было не все равно. И она по-настоящему рассердилась, а не устроила показательную сцену. Она не лгала Эсме, зато солгала Джейми. Как бы глупо или забавно это ни выглядело, она была немного встревожена тем, что происходило в Манро-Хаус, и в самые беспросветные моменты ей начинало казаться, что дом действительно проклят. В большом уединенном особняке рядом с широкой полосой серой воды было нечто зловещее. Известие о девушке, которая сорвалась со скалы и умерла за несколько недель до ее приезда, совсем не облегчало мрачное предчувствие.
Но ей не хотелось уезжать отсюда. Теперь она как будто пустила корни в этом месте.
Стелла чувствовала, что ее дыхание становится частым и затрудненным, и уже подумывала отменить встречу за ужином у Кэтлин и Роба. Люди склонны считать, что боли в груди имеют отношение к сердечным расстройствам, но на самом деле казалось, что проблема заключается в легких. Стелла делала мелкие вдохи, а потом стало невозможно сделать даже крошечный глоток воздуха. У нее закружилась голова от нехватки кислорода, стали подгибаться ноги. Потом появился звон в ушах и ощущение, что она тонет.
Она взяла мобильный телефон, все еще сомневаясь, стоит ли перенести приглашение на более поздний срок, но сообщение на экране заставило ее замереть на месте. «Сигнал отсутствует». Она огляделась по сторонам в поисках стационарного телефона, хотя жила в коттедже уже больше двух недель и не видела аппарат. В конце концов, зачем нужен стационарный телефон в коттедже для отдыхающих? Потому что здесь ужасное качество мобильной связи, и это элементарная мера предосторожности. Возможно, но большинство людей не отличается такой осмотрительностью. У большинства людей нет повышенного риска экстренной медицинской ситуации, напомнил тихий голосок в сознании Стеллы. Она почувствовала, как комок в груди уплотняется, и опустилась на маленький диван, делая медленные вдохи и заверяя себя в том, что еще не все потеряно.
Через несколько минут она надела сапоги для прогулок, шапку, дождевик и вышла на улицу. Она то и дело проверяла свой мобильный телефон, пытаясь найти место для приема сигнала и надеясь, что оно окажется не слишком далеко от ее коттеджа. Она миновала «большой дом», так и не обнаружив сигнала, но постаралась не слишком беспокоиться. Об этом можно было подумать в другой раз.
Небольшой холм, поднимавшийся от поместья Манро, а затем опускавшийся в сторону поселка, как будто увеличился в размерах с тех пор, как она в последний раз проходила там, и на полпути вверх по склону Стелла всерьез подумывала вернуться к своему автомобилю – и черт с ним, с красным вином. У нее сдавливало грудь, и она ощущала биение пульса в висках, что было дурным признаком. Она сунула руку в карман куртки и нащупала коробочку с бета-блокаторами[13], которую носила с собой для экстренных случаев, и несколько секунд стояла, хватая ртом воздух.
Через некоторое время она нашла в себе силы продолжить путь и преодолела остаток склона короткими, медленными шагами с частыми остановками.
Занавески в коттедже Кэтлин были задернуты, но внутри горел свет, весело игравший на заиндевелых стеклах снаружи.
Стелла чувствовала, что у нее подкашиваются ноги, и на несколько секунд привалилась к двери в надежде, что тяжесть в мышцах немного пройдет. Когда она поняла, что это не помогает, то постучалась, справедливо рассудив, что сидеть в тепле будет лучше, чем рухнуть на мерзлое крыльцо.
К счастью, Кэтлин почти сразу же отворила дверь. Ее приветливая улыбка мгновенно исчезла.
– Господи, у тебя ужасный вид!
Стелле хотелось съязвить в ответ, но ей не хватило дыхания. Кэтлин взяла ее под руку и помогла войти в дом, а потом заперла входную дверь. Стелла не могла говорить; ощущение тяжести сменилось полным онемением губ, пальцев рук и ног. Поле зрения резко сузилось, и она почувствовала, что вот-вот упадет.
– Помоги нам! – крикнула Кэтлин, когда Роб появился в коридоре. Он мгновенно оказался рядом, подхватил Стеллу на руки и опустил ее на стул. Ей хотелось опустить голову пониже, чтобы кровь прилила к мозгу, но при наклоне вперед увеличивалось давление на легкие, поэтому она отклонилась назад. На потолке было небольшое пятно; она сосредоточилась на нем и стала делать частые, неглубокие вдохи в ожидании того, когда отступит чернота по краям зрительного поля.
– Что произошло? – Лицо Роба находилось в неприятной близости от ее лица, так что она видела поры на коже вокруг его носа. – Это он сделал?
– Нет, – выдавила Стелла, не вполне уверенная, кого он имел в виду.
[13] Бета-адреноблокаторы – фармакологические препараты, чаще всего используемые для лечения сердечной аритмии и профилактики инфарктов.