– Тогда до свидания. – Дуг пошел по дорожке. Он поднял руку прощальным жестом, и Стелла закрыла дверь, перед этим заметив человеческую фигуру у заднего выхода. Это была Эсме. Она стояла неподвижно и наблюдала за происходящим. Стелла видела только розовый овал ее лица, но не его выражение.
Стелла возвращалась из кухни с третьей чашкой кофе за день, когда услышала собачий лай. Она остановилась, ожидая услышать звонок или стук в дверь – любое событие, которое могло потревожить этих сторожей. Хотя она не особенно любила больших и шумных собак, но и не особенно встревожилась. Эсме держала их под строгим контролем, и каким бы неприязненным порой ни казалось поведение домохозяйки, Стелла не верила, что Эсме может спустить собак на нее.
Однако лай продолжался, и за ним не последовало отрывистых, но властных команд Эсме. Разнервничавшись, Стелла замедлила шаг. Лай стал громче, и в нем появились маниакальные нотки; это подталкивало к мысли о том, что собаки заперты где-то в доме либо попали в беду. Если она не обратит внимания на лай, это не улучшит отношения с Эсме, зато собаки могут от страха и ярости наброситься на нее. Она расправила плечи и открыла дверь.
Джейми лежал на полу, а громадный черный лабрадор возвышался над ним. Казалось, что они обнимаются, и лабрадор, распахнувший устрашающую пасть, высунул розовый язык и облизывал лицо человека. Колли скакала вокруг этой безмятежной сцены, энергично подпрыгивая, словно ее держали на амфетаминах, и заливаясь самозабвенным лаем. При звуке открывшейся двери шотландская овчарка повернулась и бросилась на Стеллу, щелкая зубами. Джейми сел, оттолкнув лабрадора:
– Лежать, Энгус!
Кобель шотландской овчарки послушно улегся на пол. Он мгновенно превратился из разъяренного зверя в бдительного сторожа, положив голову на лапы и неотрывно глядя на Стеллу.
– Мне правда жаль, – сказал Джейми, поднимаясь на ноги. – Энгус – сторожевой пес. – Он ласково потрепал лабрадора. – И это хорошо, потому что Табита очень ласковая. Она бы впустила в дом чужого человека, – правда, моя хорошая?
– Эсме говорила, чтобы я была осторожна с собаками, – сказала Стелла, пытаясь объяснить свой ужас и нежелание гладить псов.
– Она всего лишь подтрунивала над вами. Это ее обычная уловка для посетителей, чтобы они хорошо себя вели.
– Ну, конечно. – Стелла отступила на шаг, а Энгус обнажил клыки и глухо зарычал.
– Энгус! – резко произнес Джейми, и рычание прекратилось. Он хмуро посмотрел на пса: – Энгус, это Стелла. Будь с ней ласковым.
Табита принюхалась и дернулась вперед, но Джейми осадил ее.
– Вам нравятся собаки?
– Я не часто встречалась с ними, – дипломатично ответила Стелла. Она старалась не показывать свой испуг, но Энгус наблюдал за ней, как ястреб за мышкой. Судя по его виду, ему хотелось отхватить сочный кусок от ее ноги.
– Эти две совсем чокнутые, но хорошие. Обещаю, они вас не тронут. – Джейми улыбнулся. – Энгус! Замри!
Пес перекатился на спину, задрал лапы и вывалил язык наружу. Его поза выглядела комичной и одновременно слегка непристойной.
– Хороший мальчик, – сказал Джейми, и пес вернулся в прежнее положение, а потом уселся перед хозяином и энергично завилял хвостом. Джейми что-то достал из кармана и скормил Энгусу.
– Вам нужно носить с собой какое-нибудь лакомство, – сказал он. – Путь к сердцу собаки определенно лежит через ее желудок. Но не кормите их каждый раз, когда они слушаются команды. Подчинение ожидается как должное, а награда выдается лишь время от времени.
Стелла отвлеклась на Табиту, которая явно сочла ее дружественным существом и теперь пыталась сунуть нос ей между ног. Стелла плотно сдвинула ноги и оттолкнула голову собаки.
– Нет уж, спасибо, – сказала она.
– Видите, вы ей нравитесь, – заметил Джейми.
Стелла с подозрением покосилась на него, но он не смеялся над ней, а казался искренним.
– Табита бывает застенчивой, так что это большая честь.
Стелла снова отпихнула любопытный нос Табиты, изогнувшись назад, чтобы освободиться от собаки, решительно желавшей познакомиться с интимной частью ее анатомии. Она распознала вызов, брошенный ей в лицо, и будь она проклята, если позволит Эсме одержать победу. За последние несколько лет Стелла имела дело со многими управляющими недвижимым имуществом и знала, как ведутся эти игры.
Цвет неба опять изменился, и из окон кухни открылись виды на темные горные хребты в отдалении, которые выглядели мрачно и угрожающе, в то время как море превратилось в тысячи серебристых осколков света. Стелла сама удивилась желанию находиться под открытым небом, прохаживаться по галечному пляжу, карабкаться на зубчатые скалы и пробираться по старинному лесу, заросшему влажным мхом. Она никогда не считала себя любительницей дикой природы, но, с другой стороны, у нее никогда не было особых возможностей для этого.
Разумеется, нехарактерные побуждения могли быть вызваны замкнутой обстановкой в особняке Манро. Запретные двери, зачехленная мебель и ощущение того, что она впустую тратит силы.
Стелла вернулась в свой кабинет, настроенная на продвижение уже начатых дел. Через несколько недель на любой временной работе, за которую она бралась, ее называли «лучшим ассистентом, который у нас когда-либо работал», и она не собиралась прерывать эту традицию. Возможно, Джеймс Манро был более необычным человеком, чем корпоративные менеджеры, с которыми она привыкла работать, но ей нравились профессиональные испытания. Дверь Джейми была закрыта, внутри царила тишина, и Стелла устроилась перед своим новеньким компьютером.
Появилось уведомление. Прошу немедленно сообщить новую информацию. К счастью, Натан Шварц теперь пользовался не телефоном, а своим вторым любимым средством общения: мгновенными сообщениями по скайпу.
Он работает, написала Стелла.
Над чем?