Стук стал громче и интенсивнее, спуская на меня новую лавину раздражения, когда стало очевидно, что кто бы это ни был, он не собирался уходить.
– О Боже, – чуть ли не прорычала я. – Иду!
Оттолкнувшись от дивана, почувствовала боль в голове от вина и на мгновение плотно прикрыла глаза. Но боль не собиралась уходить, очевидно, как и осёл снаружи, продолжающий бить в мою долбаную дверь.
Я решительно потопала к двери, повернула замок и с рывком распахнула её.
– Я же сказала, что иду, – в глазах еще было мутно после сна, а в голове стучало сильнее из-за моих быстрых движений. – Теперь ты можешь прекратить стучать в эту чертову дверь!
– Ага, я стучал всего лишь около десяти минут, мэм.
Я подняла глаза, слегка качая головой, раздраженная и немного смущенная, чтобы зафиксировать взгляд на человеке у моего порога. Это был высокий парень с темными волосами и с самыми голубыми на свете глазами, с татуировками, которые выглядывали из-под его оранжевой футболки в обтяжку. Изучая его тело с головы до ног, я почувствовала небольшое возбуждение от увиденного. И тут на меня внезапно обрушилась вина за то, что позволила себе оценить этого мужчину. Так происходило всегда, когда я разрешала себе что-то отличное от грусти, словно я позволяла себе забыть Уолкера.
Впрочем, не было никакого смысла отрицать, что на этого мужчину определенно приятно смотреть спросонья. Даже если голова была готова взорваться. Сразу вспомнила о своем раздражении и о том, что его вызвало.
– Разве я похожа на мэм, а? – мой оценивающий взгляд перешел в оскорбленный.
– Я не уверен, что знаю, как на это ответить, – ответил он, но в его голосе, очевидно, присутствовал смех. – Прямо сейчас ты выглядишь как человек после адской ночки, учитывая что твои волосы в некотором роде напоминают воронье гнездо.
– Что, прости?
Он поднял руку и ткнул пальцем в мои волосы. Инстинктивно я посмотрела вверх, как будто могла увидеть, на что он показал.
– Понятия не имею, что произошло, но если это твое обычное состояние после сна, то ты, должно быть, еще та вертушка.
– Что?
О, боже, я была похожа на попугая, отвечая ему парой слов.
– Вертушка, понимаешь?..
Нет, я не знаю, придурок, поэтому и спрашиваю! Но я не настолько грубая, как могло показаться, поэтому ни за что бы так не сказала, как бы мне ни хотелось. Вместо этого я скрестила руки на груди и стала ждать объяснения.
– Крутишься и переворачиваешься во сне, снося все вокруг, как сумасшедшая.
Я все еще молчала.
– Это единственное объяснение всему, что творится у тебя на голове, – он опять поднял руку к моей голове, а мои глаза, как будто у них есть собственный разум, посмотрели наверх. – А тут полная жесть.
– Ну, а ты просто задница, – буркнула я, не подумав.
Черт, я даже не ощущала себя виноватой. Медленная ухмылка искривила его губы, и, как будто этого было недостаточно, чтобы разозлить меня, он принялся хихикать.
– В любом случае, что тебе нужно?
Я подождала, пока он соберется с мыслями, игнорируя факт, что этот мужлан ржал надо мной. Если честно, мне хотелось шагнуть вперед и познакомить его пах с моим коленом, но я сдержалась. Не припомню, чтобы кто-нибудь когда-нибудь также меня бесил.
– Я здесь, чтобы проверить проводку для сушилки, – наконец-то он собрался с мыслями.
Затем до меня дошло – я должна была быть готовой его встретить.
Я опустила голову, понимая свою вину. О чем я вообще думала, напиваясь в ночь перед встречей? Встречей, которую я уже дважды пропустила.
– Она там, – сказала я, избегая его глаз.
Когда он прошел мимо меня, я не смогла остановить себя и попялилась своими неугомонными глазами на его ягодицы. Меня бросило в жар, когда я поняла, что делаю, и что еще хуже, подняв глаза вверх, я увидела, что он хитро на меня смотрит через плечо.
Ага, меня поймали.