Далее следует длинный список долгов Стрепсиада.
Более того, Стрепсиад готов пойти на что угодно, лишь бы присвоить себе чужие деньги. Он говорит, например, следующее: «Я ЗАКОН ОБВЕРНУТЬ ВОКРУГ ПАЛЬЦА ХОЧУ, ОБМАНУТЬ ОДОЛЖИВШИХ МНЕ ДЕНЬГИ» [1], с. 372.
Здесь абсолютно четко звучит тема ДЕНЕГ и НАЖИВЫ. Жадный Стрепсиад не хочет отдавать долги и ищет пути — как избежать расплаты. Здесь проступает соответствие с евангельским Иудой Искариотом — жадным человеком, который ради денег даже предал своего Учителя.
Аристофан подчеркивает, что Стрепсиад сознательно идет на обман и готов терпеть все те обвинения, которые обрушит на него разгневанный народ.
Обращает на себя внимание буквально всенародная ненависть к Стрепсиаду, описанная в этих стихах. Спрашивается, если он всего лишь обманул нескольких своих кредиторов и не вернул им деньги, то откуда такая всеобщая ненависть к нему? Почему говорится о всем НАРОДЕ, о ПРОХОЖИХ, которые будут проклинать Стрепсиада? В конце концов, какое дело прохожим до него? Скорее всего, причина столь бурной ненависти в том, что Стрепсиад — отражение Иуды Искариота. Он стал врагом для буквально всех христиан. И вовсе не потому, что любил деньги, а потому, что предал Христа и фактически помог казнить его. За это Иуда и был всенародно проклят. Недаром, по Аристофану, Корифей, обращаясь к Стрепсиаду (Иуде) говорит: «До неба прославлен меж людей ты будешь» [1], с. 373. Все верно. Имя Иуды Искариота действительно стало отрицательно-нарицательным, известным всем.
3.3. Сократ-Христос и его ученики издевательски представлены Аристофаном в карикатурном виде
Затем Стрепсиад показывает своему сыну стоящий недалеко дом Сократа. Сын спрашивает — зачем ему этот дом? Стрепсиад отвечает:
Тем самым, на страницах Аристофана Сократ-Христос и его ученики предстают в карикатурном виде. С одной стороны — они мудрецы, а с другой — они за деньги обучают людей превращать ложь в правду.
Стрепсиад направляется к дому Сократа и стучится в дверь. Завязывается беседа с вышедшим учеником Сократа. Ученик расхваливает своего Учителя в следующих словах.
Здесь Аристофан (или поздний редактор, воспользовавшийся известным именем старинного автора) рассказал нам о приходе Иуды к Христу-Сократу. Иуда просится в ученики и становится одним из апостолов. Однако вся сцена изложена в крайне издевательском ключе.
Кстати, в целях экономии места мы цитируем далеко не все насмешливые «перлы», которыми Аристофан постоянно расцвечивает Сократа-Христа и его учеников-апостолов.
3.4. Как описаны научные занятия Сократа-Христа и его учеников
Стрепсиад входит в дом Сократа и удивленно рассматривает Учителя и его учеников. Приведший Стрепсиада ученик услужливо поясняет, что присутствующие здесь исследуют глубины Тартара. На вопрос — почему один из них в небо «поднял задницу», следует ответ: «Считает звезды собственными средствами» [1], с. 357. Стрепсиад с удивлением рассматривает разнообразные предметы в «мыслильне» и спрашивает об их предназначении. Ему отвечают: «Вот это — астрономия… А это — геометрия… чтоб мерять землю… А здесь — изображенье всей вселенной. Вот Афины. Видишь?… Вот это… — Аттика… А вот Эвбея, видишь ты, как вытянулась, узкая и длинная» [1], с. 358–359.
Итак, фактически здесь сказано, что Сократ-Христос и его ученики усиленно занимались астрономией, геометрией, исследованиями неба, звезд и глубин Земли. Они показали Стрепсиаду-Иуде и географические карты — «изображенье всей вселенной». На картах были показаны Афины, Аттика, Лакедемон и т. д.
Все правильно. В книге «Царь Славян» мы уже говорили, что Андроник-Христос действительно занимался астрономией, геометрией, руководил составлением карт. Именно при нем начал складываться знаменитый «Альмагест», энциклопедия сведений о вселенной. В общем, Аристофан говорит то же самое. Правда, он преподносит все эти сведения в шутливом и часто издевательском тоне, однако при внимательном чтении суть дела становится ясна. Вообще не исключено, что первоначальный текст Аристофана вовсе не был таким ерническим. Наверное, это была поэма, вполне серьезно и уважительно рассказывавшая о Христе-Сократе и об истории Иуды-Стрепсиада. Но потом, в эпоху Реформации по ней прошлось увертливое перо скалигеровского редактора. Он окрасил текст в шутливые тона, разбросал повсюду слова вроде «задница», «мудрец кишечный», «в рот наклала…» и т. п. При беглом чтении именно эти яркие образы бросаются в глаза в первую очередь, и сильно искажают общее впечатление. Драму превратили в дешевую комедию. Отношение к ней стало несерьезным. Наверное, именно этого и добивались редакторы. Переписывать весь текст заново (в свете новых западноевропейских требований времени) было хлопотно. Куда проще было разбросать по всему произведению ругань и вульгарщину. После этого для рядового читателя суть поэмы исказилась. Ее христианское содержание затуманилось. Получилась пародия на Евангелия.
Двинемся дальше по драме «Облака».
Тут Стрепсиад, наконец, замечает Сократа. Тот раскачивается в гамаке. Стрепсиад кричит ему: Сократ! Сократушка! Тот отвечает:
Завершив эти размышления, Сократ, наконец, спрашивает у Стрепсиада: зачем явился? Тот отвечает, что просит научить его красноречию. «Жмут долги меня, худею, чахну, сохну, изведусь вконец». Сократ резонно удивляется: «Но как же ты не заметил, что В ДОЛГАХ УВЯЗ?» Стрепсиад отвечает:
3.5. Сократ — основатель новой религии
Крещение водой и поклонение Троице
И тут Сократ неожиданно заявляет Стрепсиаду, что обычные боги в их компании «не в почете». Иными словами, Сократ и его ученики поклоняются иным богам, чем все остальные афиняне. Тем самым, Аристофан вскользь уже бросает обвинение Сократу в безбожии. Стрепсиад просил пояснить ему природу тех божественных сил, которым поклоняется Сократ. Тот соглашается и приступает к ПОСВЯЩЕНИЮ Стрепсиада. Далее описывается интересный религиозный ритуал. Сократ вручает Стрепсиаду венок (возможно, терновый венец Христа, являющийся святыней для христиан), затем обсыпает Стрепсиада мукой (?) и начинает молиться «ясному Эфиру и Облакам громоносным». Интересно, что в этот момент Стрепсиада ОБЛИВАЮТ ВОДОЙ. Кто — не сказано. Можно понять так, что вода появилась в виде дождя из облаков. Однако, скорее всего, кто-то из стоящих рядом облил Стрепсиада водой из какого-то сосуда. Стрепсиад, растерявшись от неожиданности, восклицает, обращаясь к Сократу:
По-видимому, здесь намекается на ОБРЯД КРЕЩЕНИЯ ВОДОЙ. Все правильно. Поскольку Сократ — отражение Христа, то обряд посвящения должен предполагать КРЕЩЕНИЕ ВОДОЙ. Напомним, что при крещении человека погружают в воду или (при обливательном крещении) выливают воду ему на голову. Обряд крещения показан, например, на многочисленных старинных изображениях крещения Христа Иоанном Крестителем, см. рис. 1.33.
Появляются Облака, к которым Сократ обращается со словами: «О священные жены, богини мои, Облака» [1], с. 363. Вступает хор и исполняется молитва.
Сократ вновь сообщает Стрепсиаду, что бога Зевса не существует, а вместо него есть Вихрь. Начинается религиозная дискуссия между Сократом и Стрепсиадом. Сократ критикует привычные представления Стрепсиада об олимпийских богах, разъясняя, что на самом деле прежние боги — вовсе не боги. И что есть новые, куда более могущественные силы, которым теперь и следует поклоняться. Вероятно, перед нами — отражение бурных средневековых дискуссий о природе божественного. Христианство боролось с прежними религиозными культами, и борьба эта была непростой. Ее отблеск мы и видим на страницах аристофановских «Облаков».
Поразительно, что, далее, согласно Аристофану, Сократ призывает поклоняться христианской священной ТРОИЦЕ! Мы цитируем:
Здесь довольно откровенно перечислены лица христианской Троицы. В самом деле.
Бог Отец назван ОБЛАКАМИ. И действительно, в христианской иконографии Бог-Отец часто изображался восседающим на облаках.
Бог Сын, то есть Христос, назван ЯЗЫКОМ. То есть, иначе говоря, СЛОВОМ. Но именно так и именовали Христа.
Бог Дух Святой — ВОЗДУХ, по Аристофану. Тоже вполне подходящий образ.
Мы видим, что в основе дошедшего до нас варианта «Облаков» лежал, по-видимому, некий христианский текст. Позднее он был отредактирован и превращен в пародию.