Восстание махдистов в Судане: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Восстание назревало не только в Судане. В начале 80-х годов XIX столетия вся долина Нила была охвачена национально-освободительным движением. Англия сначала столкнулась с сопротивлением народных масс Египта. В правительстве Нубара (1878 г.) главную роль играл министр финансов, англичанин Риверс Вильсон. Чтобы удовлетворить ненасытные аппетиты английских ростовщиков, египетское правительство изыскивало, по указанию Вильсона, все новые и новые источники доходов. Политика неприкрытого грабежа затрагивала интересы всех слоев населения, но больше всего страдало крестьянство. В деревнях хозяйничали сборщики налогов, ростовщики и спекулянты. Треть доходов Египта отчислялась на государственные нужды, остальные две трети шли на погашение внешних долгов. Росло недовольство народных масс. В апреле 1879 г. хедив Исмаил распустил ненавистный кабинет Нубара. В ответ на это, под нажимом Англии и Франции, турецкий султан сместил хедива Исмаила, поставив на его место его сына Тевфика (июнь 1879 г.). В сентябре 1881 г. реакционный кабинет Рийада-паши, сформированный Тевфиком и проводивший английскую политику, был свергнут восстанием каирского гарнизона, которое было поддержано народными массами. В начале 1882 г. было образовано правительство, составленное из прогрессивных элементов, в котором пост военного министра занял вождь национального движения Араби-паша. Последователи Араби требовали введения новой конституции, реорганизации армии, освобождения от иностранной зависимости, ограничения феодальных прав турецкой верхушки на землю и воду. Египет разделился на два лагеря. Революционный лагерь объединял крестьян, солдат, мелкую буржуазию, прогрессивную интеллигенцию. В лагерь реакции вошли крупные феодалы, духовенство, компрадорская буржуазия.

Англия использовала народное движение в Египте как предлог для вооруженной интервенции и захвата страны. 11 июля 1882 г. английский флот бомбардировал Александрию, а спустя несколько дней высадил на берега Египта десант. Образовавшееся в Каире национальное собрание низложило Тевфика и создало Комитет национальной обороны. Главнокомандующим был назначен Араби-паша. Араби располагал недостаточной армией и не имел времени для вооружения крестьянских масс и формирования широкой народной армии. Компрадорская буржуазия и крупные феодалы либо открыто поддерживали Англию, либо вели подрывную работу в египетском тылу. Высадившись в Порт-Саиде и Исмаилии, английские войска направились к Каиру и около Тель-эль-Кебира (неподалеку от Каира) 13 сентября 1882 г. нанесли решающее поражение расположенным здесь нерегулярным частям армии Араби. Каир был взят, и вожди восстания вместе с Араби были арестованы. На Египет была наложена контрибуция; в стране было образовано реакционное проанглийское правительство. Англия не решилась на открытый захват Египта, который формально продолжал считаться частью Османской империи. Но английские войска с тех пор оккупировали страну, и фактически Египет стал английской колонией.

Таким образом, в 1879–1882 гг., т. е. в течение трех лет, Египет переживал серьезные политические потрясения. Против английских империалистов, против правящей в Египте турецкой феодальной верхушки выступили с оружием в руках народы всей Нильской долины. Движение Араби не слилось в единый грозный поток с движением махдистов, чего так боялись англичане. Восстание, поднятое Араби, также не разрослось в общенародную освободительную войну, задушенное в самом начале силой английских войск, подорванное изнутри предательством правящей буржуазно-помещичьей клики. Но революционное движение народных масс Египта позволило восстанию махдистов развиться и окрепнуть.

Используя благоприятную политическую обстановку — массовое недовольство народов Судана, революционную ситуацию в Египте, а отсюда растерянность англо-египетских властей в Судане и симпатии оккупационных египетских войск к движению Араби, Мухаммед Ахмед смело выступал против правителей Судана и призывал народ к открытой борьбе. Число его последователей быстро росло; имя молодого проповедника стало популярным в стране. В августе 1881 г., во время праздника рамадан, Мухаммед Ахмед провозгласил себя махди,[55] кратко изложив программу действий. Он призвал объединиться для борьбы с единым врагом — англичанами и египтянами, борясь за чистоту ислама, оскверненного долгими годами владычества неверных. Непосильные налоги отменяются, заявил он; все равны перед лицом аллаха. Главная задача — освобождение Судана от иноземного владычества. Мусульманские страны должны управляться мусульманами. Но это не все — неисчислимые армии завоюют Египет, а вскоре и святой город Мекка снова станет истинно мусульманским.

Многие из последователей махди отправились в отдаленные места обширной страны, призывая население стать под знамена нового мессии, объявившего «джихад», священную войну против неверных — «турок» и европейцев.[56]

Слухи об этом дошли до Хартума и генерал-губернатор Судана Рауф-паша поручил своему уполномоченному доставить махди в Хартум для «переговоров». Махди отказался прибыть в Хартум добровольно, и Рауф-паша откомандировал к острову Абба вооруженный отряд в 200 человек на пароходе «Исмаилия» с заданием арестовать непокорного дервиша. Отряд высадился ночью и двумя колоннами предпринял «наступление» на хижину махди. Но операция не удалась: последователи махди, поддержанные местными племенами арабов, бесстрашно напали на солдат и почти всех уничтожили. Лишь немногие успели спастись на пароходе.

Однако оставаться вблизи Хартума становилось опасным, и махди решил переменить место своего пребывания. Вскоре он оказался далеко на юго-востоке Кордофана, в горах Нуба, в местечке Гебель-Гедир, где можно было рассчитывать на деятельную поддержку кочевых арабских племен.

В первое время своего опасного путешествия небольшому отряду махдистов пришлось столкнуться с серьезными трудностями. Из всего отряда только махди имел лошадь, остальные шли пешком.[57] Отряд не располагал огнестрельным оружием. Нехвагало продовольствия. Но горячая проповедь джихада встречала сочувствие, в первую очередь среди беднейших слоев населения. Число сторонников махди быстро росло.

«Люди стекались к нам массами; они были бедны и искали у нас поддержки, богатые же и зажиточные избегали нас», — рассказывает о раннем периоде движения один из ближайших учеников махди, в будущем глава махдистского государства, Абдаллах.[58]

Отряд под командованием Мухаммеда-паши Саида, высланный в погоню за махди, вернулся через месяц ни с чем: мах диеты быстро уходили в глубь страны, и каратели не рискнули удаляться от своих баз.

Обеспокоенный развитием движения, губернатор Фашоды Рашид-беи выслал в начале декабря 1881 г. к Гебель-Гедиру отряд в 400 человек, но и этот отряд был внезапно атакован махдистами на походе и разбит. Эта победа подняла еще выше престиж махди; к Гебель-Гедиру стекались все новые и новые силы. Из Эль-Обейда, Бербера, Хартума, Сеннара махди регулярно получал необходимые сведения о положении дел в городах, население которых с нетерпением ожидало своего избавителя.

В марте 1882 г. энергичный Абд-аль-Кадыр-паша сменил Рауф-пашу. Вскоре новый генерал-губернатор прибыл в Хартум, но его приезд не изменил положения. 15 марта 1882 г. шеститысячный карательный отряд под командой Юсуф-паши выступил из Хартума в направлении к непокорному Гебель-Гедиру. Юсуф-паша, как замечает Слатин, не боялся этих «изголодавшихся, истощенных болезнями, полуголых людей»,[59] но эти «полуголые истощенные люди» на рассвете 7 июня разбили армию Юсуф-паши. Это была уже крупная победа. По свидетельству того же Слатина, жители Кордофана и Дарфура, в большинстве бедные простые люди, были приведены вестями о победе махди в величайшее возбуждение. Воспламененные фанатизмом, многие из них оставили свои жилища и массами, с женами и детьми, шли в Гебель-Гедир, чтобы поступить в распоряжение махди. Другие собирались в отряды под руководством избранных ими вождей и нападали на военные посты и правительственных чиновников.[60]

Египетско-турецким военным властям вместо наступления приходилось думать об обороне. Абд-аль-Кадыр-паша отдал приказ о срочном строительстве укреплений в больших городах. Войска, размещенные в провинциях, оттягивались под защиту крепостных стен. За каждого убитого повстанца хартумские власти обещали выплачивать награду в два фунта стерлингов, за убитого шейха — восемнадцать,[61] но в массе суданского народа не находилось предателей, и хотя махди· все еще оставался в Гебель-Гедире, не предпринимая активных действий, в отдельных пунктах страны разгоралась ожесточенная борьба. «Лучше тысяча могил, чем выплата одного дирхема налога»[62] — говорила крылатая поговорка, облетевшая весь Судан. К сентябрю 1882 г. положение дел в стране сложилось благоприятно для махдистов. Правительственные войска с большим трудом удерживали за собой города Абу-Хараз, Сеннар, Коркой. Опорные пункты египетской армии в области Кордофан — Ашаф, Шат, Таяра, Биркет — один за другим перешли в руки повстанцев.

Бара и Эль-Обейд, крупные города Кордофана, над которыми еще развевался египетский флаг, оставались последним заслоном перед мах-дистскими войсками на дальних подступах к Хартуму.

Махди мог приступить к выполнению сложной задачи — осаде Эль-Обейда. Это решение было широко обнародовано, и всем разрозненным группам повстанцев предлагалось присоединиться к войскам «мессии». Местом сбора, куда вскоре с основными силами прибыл махди, был назначен город Биркет. По распоряжению губернатора Эль-Обейда — Сауда-паши, гарнизон спешно возводил дополнительные укрепления. Глубокий ров, вырытый перед городской стеной, служил достаточно серьезным препятствием. Так же хорошо были укреплены правительственные здания в центре города. Уверенный в своих силах махди послал в осажденный город трех парламентеров с требованием безоговорочной капитуляции. Сауд-паша отказался сдаться, а парламентеров повесил.[63] В начале сентября 1882 г. основные силы повстанцев передвинулись из Биркета к осажденному городу. Большинство жителей Эль-Обейда охотно перешло на сторону махдистов. К этому времени махди располагал более чем тридцатитысячным войском. 8 сентября состоялся решительный штурм. Силы махдистов разделились на две неравные части: одна часть (около 10 тыс. воинов) наступала с восточной стороны, остальные войска под командованием махди двигались с юго-запада. Мах диеты проявили исключительную храбрость и упорство, но атака, длившаяся несколько часов, была отбита.

На поле боя погибли два брата махди, много выдающихся полководцев и несколько тысяч воинов.[64] Последующие атаки — 11 и 14 сентября — также не принесли успеха. Махди отказался от мысли взять город штурмом, но осаду решил продолжать, вызвав из Гебель-Гедира дополнительные войска. Осада длилась несколько месяцев. Вскоре гарнизон Эль-Обейда начал испытывать голод; к голоду прибавились эпидемические заболевания. Суровыми мерами махди прекратил контрабандную доставку провианта осажденным. Продовольственных запасов в городе становилось все меньше. «Мертвые и умирающие заполнили все улицы».[65] От 30 до 40 солдат погибало ежедневно от истощения на своих постах.[66] Попытки хартумских властей оказать помощь извне ни к чему не приводили — часть посылаемых войск охотно переходила на сторону повстанцев, часть уничтожалась в пути.

5 января 1883 г. сдался гарнизон города Бара, осада которого началась одновременно с осадой Эль-Обейда. Махдисты, кроме солидного пополнения людьми, захватили много оружия и боеприпасов. Известие о падении Бара быстро достигло Эль-Обейда, и его защитники, измученные голодом и болезнями, окончательно пали духом. В таких условиях продолжать сопротивление было бессмысленно. Участились случаи дезертирства. Население не скрывало своего сочувствия повстанцам.

На совещании командования было решено город сдать. Махди гарантировал личную безопасность солдатам и гражданскому населению. 18 февраля 1883 г. махдисты ворвались в город. Гарнизон охотно сложил оружие. «Мы не оказывали сопротивления, и ни один из нас не был убит или ранен», — вспоминает египетский офицер, участник описываемых событий.[67]

Богатые трофеи — более 6000 винтовок, склады с продовольствием, товарами, боеприпасами, имущество купцов и чиновников — все это попало в руки победителей. Войско махдистов увеличилось на 4000 египетских солдат, изъявивших желание сражаться под знаменами повстанцев.

Под стенами Эль-Обейда махди одержал не только первую внушительную победу над правительственными войсками, но также добился и первого крупного политического успеха. Штаб махдистов расположился в правительственных зданиях. Все, что напоминало иноземное владычество, уничтожалось. Правительственные документы, контракты торговых фирм, договорные свидетельства, займовые обязательства сжигались. Впервые в широких масштабах были опубликованы приказы и постановления махди, послужившие основой для его дальнейшего законодательства. Много внимания уделялось организации армии — махдисты готовились к новым боям.

В то время Египет переживал серьезные политические потрясения. Национально-освободительное движение широких народных масс, возглавленное Араби-пашой, было задушено. Англия — фактический хозяин положения — оккупировала страну, окончательно устранив этим своего старого конкурента Францию. Пользуясь поддержкой Англии, к власти пришло реакционное правительство Шерифа-паши.

Вслед за победой у Тель-эль-Кебира, после того как силы Араби были окончательно сломлены, в декабре 1882 г. английское правительство поспешило откомандировать в Хартум полковника Стюарта для детального ознакомления с истинным положением дел в стране.

Отчеты Стюарта рисуют мрачную для англичан картину: «Финансовое положение страны отчаянное, правительство почти повсеместно ненавидят»;[68] «солдаты заражены симпатиями к Араби…»; «их лояльность хедиву сомнительна»; «многие также имеют суеверное представление о силе махди», и притом все они хорошо знают, «что махди не причинит им вреда».[69] «Широко известно, — добавляет английский полковник, — что Судан есть и в течение ряда лет был источником убытков для египетского правительства».[70] А затем следует вывод, что «египтяне самостоятельно управлять Суданом не могут. Факт их неспособности к управлению настолько хорошо известен, что нет необходимости дискуссировать этот вопрос».[71]

Это заявление самоуверенного полковника свидетельствует о том, что уже в то время английские империалисты разрабатывали план отторжения Судана от Египта.

С точки зрения английских правящих кругов, Египет был «не в состоянии» самостоятельно управлять Суданом, но «с помощью Англии» он безусловно мог бы справиться с этой нелегкой задачей.

Абд-аль-Кадыр-паша неоднократно запрашивал Каир о присылке дополнительных войск. Приезд Стюарта в Хартум ускорил решение этого вопроса. Египетское правительство изыскало, наконец, необходимые средства для снаряжения десятитысячного отряда, составленного из солдат, большинство которых принимало участие в восстании Араби. Эти войска, втайне сочувствуя антианглийскому движению махдистов, не отличались высокими боевыми качествами. Через Суакин и Бербер отряд прибыл в марте 1883 г. в Хартум. Во главе его стоял английский генерал Хикс и при нем небольшая группа английских же офицеров.

29 апреля эти войска захватили город Сеннар, осажденный махдистами, но когда возник вопрос о решительном наступлении на Эль-Обейд, мнения разделились: не все считали далекий поход возможным. Многие указывали, что не стоит рисковать, а лучше занять оборонительные позиции под стенами Хартума, не пускаясь в сомнительное предприятие.

Еще 16 февраля 1883 г., за два дня до взятия Эль-Обейда махдистами, Стюарт говорил, что «в случае разгрома экспедиции Судан, по всей вероятности, будет потерян».[72] Англия возлагала на эту экспедицию большие надежды, хотя британский министр иностранных дел, лорд Гренвиль в телеграмме от 7 мая 1883 г., посланной на имя британского консула в Каире, подчеркивал, что «правительство ее величества ни в коем случае не ответственно ни за операции в Судане, которые были предприняты под руководством египетского правительства, ни за назначение или действия генерала Хикса»[73] (формально Хикс числился на службе у египетского правительства).

[55] Население северной части Судана — мусульмане-сунниты. Многочисленное духовенство Судана следило за непогрешимостью официального направления в религии.

[56] В своих проповедях Мухаммед Ахмед призывал к борьбе с турками. Не следует забывать, что Египет и Судан периода махдистского восстания считались частью Османской (турецкой) империи. Население как Египта, так и Судана ненавидело турок — крупнейших феодалов, алчных государственных чиновников, жестоких предводителей карательных отрядов.

[57] R. Slatin. Указ, соч., стр. 63.

[58] Там же, соч., стр. 134.

[59] R. Slatin. Указ, соч., стр. 65.

[60] Там же, стр. 137.

[61] F. R. Wingate. Mahdiism and the Egyptian Sudan. London, 1891, стр. 19.

[62] J. Ohrwalder. Ten years captivity in the Mahdi’s camp, 1882–1892. London, 1892, стр. 11.

[63] J. Ohrwalder. Указ, соч., стр. 34.

[64] С. G. Gordon. The journals of majorgen. C. G. Gordon. London, 1885, стр. 467.

[65] J. Ohrwalder. Указ, соч., стр. 53.

[66] F. R. Wingate. Указ, соч., стр. 54.

[67] F. R. Wingate. Указ, соч., стр. 55.

[68] Е. Cromer. Указ, соч., стр. 353.

[69] Там же, стр. 354.

[70] Там же, стр. 351.

[71] Там же.

[72] Е. Cromer. Указ, соч., стр. 358.

[73] Там же, стр. 364.