Балтийская сага: читать начало книги онлайн

Под его пальцами расплывалось по маскхалату алое пятно.

Наверное, финны, подвезя на берег миномет, неясно видели группу лыжников в белых халатах среди торосов. Так или иначе огневой налет был коротким, да и передвинулся куда-то вбок. Ранены были двое — Гребенчук и Травников. Их везли на волокушах.

Когда вышли из зоны огня, Плещеев, принявший командование взводом, приказал остановиться, чтобы перевязать раненых. Гребенчук, когда санитар раздел его до пояса, жаловался, что холодно, и просил не щекотать.

— Я щукотки боюсь, — голосил фальцетом этот веселый хохол, первый трепач во взводе.

У него рана была легкая.

А вот Травников очень Плещеева тревожил. Поначалу всё твердил, что ничего, боли нету, но вскоре умолк. Осколок мины, влетевший ему в грудь, видимо, затруднял дыхание. Травников хрипел, задыхался. Лицо у него сделалось белым, как маскхалат. Плещеев скомандовал начать движение.

— Шире шаг! — крикнул он.

Только бы продержался Травников оставшиеся несколько километров. Только бы не умер… «Осколок в меня летел, в меня! А Валька рядом стоял… принял осколок…» Неотвязно билась у Плещеева в голове эта мысль, заставляла бежать, превозмогая боль и дикую усталость, — второе дыхание, наверно, появилось…

— Шире шаг!

Наконец-то береговая полоса слева приобрела привычные очертания. Ну вот проход через заминированную полосу, сквозь проволочные заграждения, — и начинается расположение бригады морпехоты, траншеи и дзоты, жилые землянки с торчащими из снега трубами от печек-времянок, полевая кухня, дымящая на краю утоптанной лесной поляны.

Подвезли волокуши к землянкам бригадной медсанчасти. Тут стояли, курили лейтенант Сахацкий и военврач Арутюнов, недавно появившийся в бригаде, молодой, черноглазый и черноусый, в армейской форме. (Слух прошел, что всю морскую пехоту переоденут в армейское, сухопутное. Но пока не переодели.)

— Что, Валентин убит? — вскричал Сахацкий, взглянув на мертвенно бледное лицо Травникова.

Тот раскрыл глаза, пробормотал:

— Не совсем…

Арутюнов немедля принялся за дело. Травникова и Гребенчука, переложив на носилки, потащили в землянку медсанчасти. Вскоре туда прошел, сутулясь, главврач Потресов. За ним поспешала Лена Бирюля, операционная медсестра, бойкая синеглазая девица «с довоенным цветом лица», как говорил, посмеиваясь, Плещеев, тайно по Лене вздыхающий. Она, проходя мимо, метнула в него, как синюю молнию, по-женски быстрый взгляд.

— Тяжело его ранило? — спросил Сахацкий, щелчком отбросив окурок в снег.

— Тяжело. — Плещеев снял каску, сдвинул со лба шерстяной подшлемник. — Почему вы ракету не дали?

— Как это не дали? Три ракеты выстрелил я лично! — У Сахацкого, когда он кричал, рассерженный, в углах тонких губ пена проступала. — А вы там как будто заснули!

— Ну, значит, нам приснилось, что финны атакуют. Что Борю Ивакина убили… Да не кричи ты… — поморщился Плещеев.

Он Сахацкого, крикуна этого, давно знал, в волейбол играли в одной команде. Но прошлым летом Сахацкий училище окончил, получил лейтенантские нашивки.

— Я хотел сказать, товарищ лейтенант, — спохватился Плещеев, что надо же соблюдать субординацию, — что мы ваши ракеты потому не увидели, что в лесу так темно, как у негра в жопе.

— Какие в твоем взводе потери, кроме Ивакина?

— Еще Савкин. Правда, его никто не видел убитым. А из лесу на лед он не вышел.

— Вы что — оставили его умирать в лесу?

— Никто не оставлял. Говорю же, не видели…

— Надо было видеть! Ну, пошли в штаб докладывать.

Сахацкий, с лыжами и палками под мышкой, двинулся по протоптанной в лесу дорожке к штабу бригады.

— Погоди, лейтенант, — хмуро сказал Плещеев. — Рано еще. Давайте чаю попьем горячего.

В просторной землянке, приспособленной под операционную палату, лежал на столе, на белой простыне, Травников. Санитарка Дроздова обтерла ему грудь, залитую кровью. Другая санитарка Пичугина («наши птички», называли их раненые) зажгла все четыре керосиновые лампы, подкинула дров в печку в углу землянки. И стало тут почти светло и тепло. Лена Бирюля готовила к операции инструменты и прислушивалась к негромкому разговору врачей, осматривающих рану Травникова.

— Кровоизлияние в полость плевры, — хмурился над раненым начальник медсанчасти Потресов.