Прыжок во тьму: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Поезд отправлялся около часа ночи. Комендантский час обязывал всех, кому предстояло ехать ночными поездами, прибывать на вокзал до семи часов вечера. Мы знали, что нас ждала неоднократная проверка документов. Но иного выхода не было.

Зал ожидания был переполнен. Только после тщательных поисков мы с трудом нашли свободное местечко. До отхода поезда оставалось несколько часов.

Стрелки на больших вокзальных часах как будто остановились. Патрули прочесывали вокзал, неоднократно проверяли документы у людей, оказавшихся в этой ловушке. Достаточно было малейшего подозрения, и несчастного арестовывали. Признаюсь, временами у нас душа уходила в пятки, хотя бы потому, что в случае опасности мы не могли ни защищаться, ни бежать.

Удастся ли проскользнуть?

Благодаря нашей проводнице все обошлось благополучно. При каждой проверке нам ничего не оставалось, как молчать. Уверенно и энергично вступала она в переговоры, превосходно играя роль любимой девушки моего компаньона. Я изображал их заботливого отца.

В час ночи мы наконец сели в поезд. Облегченно вздохнули. Но опасность еще не миновала. Документы проверяли и в поезде. Патрули шли с двух сторон вагона. Пассажиры должны были вставать и поднимать руки. Фашисты обыскивали каждого, рылись в багаже — не прячет ли оружия. Вот когда мы поняли, что решение польских товарищей отправить нас в дорогу без оружия было самым правильным.

Ануся «трудилась» в поезде так же усердно, как и на вокзале. Она и здесь не давала нам открыть рта, беря все переговоры на себя. Но никому и в голову не могло прийти, что этим она прикрывает нас.

Фашистские патрули трижды прошли по вагону во время нашей поездки, но мы не вызвали у них подозрения.

До Кракова добрались благополучно.

В Кракове Ануся отвела нас на явочную квартиру и передала новой проводнице — Марии. Это была миловидная интеллигентная девушка. До войны она изучала медицину. Одного ее брата немцы убили, другого арестовали. Марию мобилизовали на дорожные работы и заставили возить щебенку. Оттуда она бежала к партизанам, товарищи поручили ей поддерживать связь между Варшавой и Силезией.

Мария заботливо опекала нас. Она была смелым, опытным конспиратором, каждое задание выполняла старательно, стремилась заранее все предусмотреть.

Однажды она пришла к нам, когда мы обсуждали вопрос о том, как попасть в Силезию. Центральную Польшу немецкие фашисты объявили «генерал-губернаторством», а граница между «генерал-губернаторством» и Силезией находилась под строжайшим контролем. Нужно было очень тщательно подготовиться, чтобы перейти ее. Товарищи долго думали, каким самым безопасным путем перебросить нас через границу. Поезд отпадал: уж очень часто там проверяли документы. Пешком от Кракова до Освенцима, куда лежал наш путь, было далеко. Как быть? В конце концов решили отправить нас водным путем. По Висле плавали буксирные суда. Один из таких буксиров водил капитан, связанный с подпольной коммунистической организацией. Он дал согласие перевезти нас и поручился, что рейс пройдет в относительной безопасности. После долгих и подробных обсуждений с этим предложением согласились все.

Мы обдумали каждую деталь предстоящего путешествия и закончили последние приготовления.

Мария, всегда подвижная и энергичная, тихо сидела, о чем-то задумавшись. Вдруг, ни к кому не обращаясь, она заговорила:

— Что это за жизнь! Не будь проклятых фашистов и предателей, какая сегодня могла бы быть Польша и кем была бы я? Сегодня я могла бы уже стать настоящим врачом…

Девушка покраснела и быстро добавила:

— Нет, не подумайте, что я жалуюсь, просто хочу сказать, что многого лишили нас проклятые фашисты, заставили взять в руки оружие. Ну что ж, если биться — так биться: не на жизнь, а на смерть.

Она отвела нас на явочную квартиру. По дороге сообщила, что в Кракове вот уже три недели находятся Карел и Тонда. С ними, сказала она, очень много забот, особенно с Тондой.

На новой квартире, несмотря на то, что мы прибыли по партийному поручению и с рекомендацией варшавских товарищей, краковский товарищ долго расспрашивал меня. Его вопросы удивляли. Впрочем, скоро все объяснилось.

— Я знаю тебя, — сказал он, — ты работал в Карлине, Краловская 13, в секретариате, на втором этаже, первая дверь налево от входа.

Так как я не мог вспомнить его, он пояснил:

— Я был у тебя. Ты передавал мне документы и деньги для группы польских товарищей, бойцов интернациональной бригады. Мы отправлялись в Испанию. Тогда вы помогли нам, сегодня мы рады помочь вам.

Гора с горой не сходится, а человек с человеком…

Польские товарищи поселили меня вместе с Тондой.

В квартире жила вдова со своей сестрой. К вдове приходил знакомый.

Едва я переступил порог этой квартиры, как Тонда заявил мне, что он здесь не останется, так как опасается этого мужчины, который (он, мол, подслушал разговор) хочет знать, кто мы и почему здесь находимся.

Я стал уговаривать Тонду остаться здесь до утра.

— Пойми, сейчас комендантский час, и мы не сможем свободно ходить по улицам.

Однако Тонда настаивал на своем.

Я заколебался. Возможно, он что-то слышал. Как же быть?