– Я уже сообщил о своих мотивах. Вкратце же – я не желаю, чтобы кто бы то ни было пришел сюда, либо покинул зал до завершения конклава, – спокойно ответил Айделфонс.
– Хорошо, продолжай. Я постараюсь сдержать нетерпение.
– Предваряя суть дела, я хотел бы обратиться к авторитету Фандаала, Великого Магистра нашего искусства. Его указаниями и предостережениям мы будем пользоваться в рассмотрении сложнейшего вопроса сегодня. Я имею в виду, главным образом, Голубые Принципы.
Эйч-Монкур перебил его:
– Айделфонс, ты, конечно, прав, но не слишком ли затянулась вступительная речь? Пора перейти к сути дела. Я полагаю, ты собрал нас, чтобы заняться перераспределением собственности Риалто. Хотелось бы узнать, что за новые ценности удалось обнаружить, и каково их количество?
– Ты забегаешь далеко вперед, Эйч-Монкур! Но раз уж сделано подобное предположение, вероятно, все присутствующие принесли с собой список имеющихся у них в наличии предметов, ранее принадлежавших Риалто? Все принесли? Нет? Честно говоря, я и не ожидал ничего подобного… Тогда… о чем это я? Ах да, я выразил свое глубочайшее почтение Фандаалу.
– Да! А теперь расскажи нам о новых находках – будь так любезен. Где, кстати говоря, они были спрятаны? – снова вставил Эйч-Монкур.
Айделфонс поднял руку, требуя тишины.
– Терпение, Эйч-Монкур! Я надеюсь, ты помнишь всю цепочку событий, начиная с того, что Хуртианкц в спешке порвал копию Голубых Принципов Риалто, чем и спровоцировал его апелляцию? – спросил Наставник.
– Я отлично помню. Риалто, как всегда, устроил бурю в стакане воды.
Высокая фигура в черных брюках, узкой черной блузе и низко надвинутой на лоб черной шляпе вышла из тени.
– Мне так не кажется, – произнес человек в черном и снова отошел в тень.
Айделфонс не обратил на него никакого внимания.
– С теоретической точки зрения дело очень интересное. Риалто являлся истцом, а все собравшиеся в этом зале – ответчиками. Риалто выдвинул четкое обвинение: он заявил, что в Голубых Принципах содержится статья, в которой говорится, что любое намеренное уничтожение или повреждение Монстрамента или его заверенной копии является преступлением. За подобное преступление назначено наказание: трехкратное возмещение убытков от конфискации как минимум и полная конфискация имущества виновных как максимум. Таково было требование Риалто, и он принес поврежденную копию как свидетельство преступления и кодекс одновременно.
Ответчики, возглавляемые Эйч-Монкуром, Хуртианкцом, Гилгэдом и другими, отвергли претензии Риалто и обвинили его самого в совершении преступления, которое также могло повлечь за собой тяжкие последствия. Чтобы доказать свою правоту и вину Риалто, Эйч-Монкур и остальные отправились на холм Священной Реликвии, где изучили подлинный Монстра-мент.
Эйч-Монкур утверждал – и якобы нашел подобную статью в законе, – что любая попытка представить свидетелям поврежденную копию Монстрамента, либо ссылаться на содержащиеся в ней статьи, является преступлением.
Таким образом, Эйч-Монкур и его сторонники заявили, что, предъявив на собрании поврежденную копию и ссылаясь на нее, Риалто совершил преступление, должен подвергнуться суду, а его претензии на незаконность конфискации отметаются сами собой. Они утверждали, что вина Риалто заслуживает исключения его из списков членов ассоциации магов.
Айделфонс сделал паузу и обвел взглядом всех присутствующих.
– Я правильно излагаю события?
– Вполне. Сомневаюсь, что кто-то станет возражать. Риалто давно был у нас как кость в горле, – ответил Гилгэд.
Вермулиан добавил:
– Я не требую для Риалто Заброшенной Капсулы (Заклинание Заброшенной Капсулы подразумевает заключение виновного в герметичную капсулу и отправку ее на сорок пять миль от поверхности Земли.). Пусть он доживает свой век в теле саламандры или ящерицы где-нибудъ на реке Ганг.
Айделфонс прокашлялся.
– Прежде чем выносить Риалто обвинительный приговор, следует разобраться в некоторых чрезвычайно странных обсто-ятельсвах. Прежде всего позвольте мне спросить: кто из вас сверился с собственной копией Голубых Принципов в связи с делом Риалто? Как? Никто?
Неженка Лоло весело хихикнул.
– А разве это так уж необходимо? В конце концов не с этой ли целью мы зря слетали на холм Священной Реликвии.
– Совершенно верно. Но я не могу оставить без внимания инцидент с порванной копией Риалто, и она интересует меня не меньше, чем наша поездка на холм, – ответил Айделфонс.
– Это все же твои личные впечатления. А теперь, Айдел-фонс, надо бы покончить с…
– Одну минуту! Во-первых, я хочу сказать, что сверился с собственной копией Монстрамента, и она в точности совпадает с копией Риалто, – перебил его Наставник.
В комнате воцарилась тишина. Маги пребывали в недоумении. Внезапно Хуртианкц сделал нетерпеливый жест и воскликнул::