– Какое замечательное украшение, – заметил Архимбауст.
– Я считаю его великолепным, – вежливо поклонился Кугель.
– Не могли бы вы рассказать нам что-нибудь о его происхождении?
Кугель с улыбкой покачал головой.
– Давайте поговорим о чем-нибудь более интересном. Баззард сказал мне, что у нас есть некоторое количество общих друзей, включая благородного и знаменитого Юкоуну.
Архимбауст изумленно заморгал своим глазом.
– Вы о том трусливом, безнравственном и омерзительном Юкоуну, которого иногда называют Смеющимся Магом?
Кугель вздрогнул и поморщился.
– Я никогда не стал бы называть так дорогого Юкоуну, в особенности, если бы думал, что он сам или один из его приспешников могут это подслушать.
– Ах, вот оно что! – спохватился Архимбауст. – Теперь я понял, откуда такое недоверие. Не беспокойтесь! У нас есть оповещающее устройство. Можете говорить все, что вздумается.
– В таком случае должен признать, что моя дружба с Юкоуну не так уж крепка. Недавно по его приказу крылатый демон перенес меня через Океан Вздохов и выкинул на пустынном берегу, который называется Шенгльстоун-стрэнд.
– Если это шутка, то довольно-таки неудачная! – воскликнул Баззард.
– И я так думаю, – согласился Кугель. – Что же касается этого украшения, в самом деле, это чешуйка, называемая «Нагрудный разбивающий небеса фейерверк», с носа демиурга Садларка. Она обладает силой, которую, откровенно говоря, я не понимаю, и ее опасно трогать, если не намочены руки.
– Замечательно, – сказал Баззард, – но почему вы не пожелали сказать это раньше?
– По причине очень интересного факта: все остальные чешуи – у Юкоуну! Поэтому он желает получить «Фейерверк» совсей той страстью, которую мы связываем с Юкоуну.
– Очень интересно! – сказал Архимбауст.
Он и его братья разразились шквалом сообщений, с мгновенной четкостью обмениваясь друг с другом своим единственным глазом, ухом и рукой. Наблюдая за ними, Кугель наконец смог отважиться предположить, каким образом четыре отца умудрились произвести на свет общего сына.
Через некоторое время Васкер спросил:
– Каковы ваши планы в связи с Юкоуну и этой необыкновенной чешуйкой?
– Я еще не решил и, честно говоря, обеспокоен, – признался Кугель. – Да, Юкоуну жаждет получить «Фейерверк». Он подойдет ко мне и скажет: «Ах, милый Кугель, как любезно с твоей стороны было принести мне „Фейерверк“! Отдавай его мне или приготовься к шутке!» Ну и что я буду делать? У меня нет перед ним никакого преимущества. Когда имеешь дело с Юкоуну, надо быть готовым к чему угодно. У меня острый ум и быстрые ноги, но достаточно ли этого?
– Очевидно, нет, – отозвался Васкер. – И все-таки…
Послышался свистящий шум. Васкер тут же придал своему голосу дрожь сладкого воспоминания:
– Да, этот милый Юкоуну! Как странно, Кугель, что вы тоже в дружбе с ним.
Заметив тайный знак Баззарда, Кугель заговорил столь же медовым тоном:
– Да, его повсюду считают отличным малым.
– Именно так. Да, у нас были маленькие разногласия, но у кого их не бывает? Теперь же все давно забыто, я уверен.
– Если вам посчастливится встретиться с ним в Альмери, пожалуйста, передайте ему наши самые теплые пожелания, – вступил в разговор Баззард.
– Я не увижусь с Юкоуну, – сказал Кугель. – Я намереваюсь удалиться в укромную маленькую хижину на реке Сьюн и, возможно, выучиться какому-нибудь полезному ремеслу.
– В общем и целом это, кажется, вполне разумный план, – сказал Архимбауст. – А теперь, Баззард, расскажи-ка нам еще что-нибудь про Выставку.
– Она была великолепно задумана, – сказал Баззард. – В этом нет никаких сомнений! Кугель показал замечательную дыру, но герцог Орбаль отверг ее на основании недолговечности. Заллопс выставил «Справочник универсальных знаний», который произвел впечатление на всех. На обложке был Гностический Девиз, что-то в таком роде…